Яна Сокол – Шаг навстречу (страница 18)

Господи, вот же приставучий.

«Вот, — отправляю ему фото меня и моего обеда. — Доволен?»

«Почти, — отвечает он с грустным смайликом. — Хочу быть рядом».

«Успеется еще», — отрезаю я и, только отправив сообщение, понимаю, что делаю.

Совсем уже разошлась.

А как же развод? И мои планы?

На последнее сообщение не отвечаю. Даже не открываю, принципиально отложив телефон в сторону. Подтягиваю к себе контейнер с ароматным жарким. Оно заканчивается слишком быстро, и я снова вливаюсь в рабочий процесс.

Мы почти закончили проект, над которым все трудились почти три месяца. Остались последние штрихи, и можно показывать итоговый результат клиенту. Поэтому вечером офис я покидаю позднее, чем обычно.

Мечтая о расслабляющей ванне с морской солью, ступаю на парковку и замираю, наткнувшись на Дэйва, облокотившегося на капот своей машины и явно ожидающего меня.

— Привет, ты здесь? — зачем-то констатирую очевидный факт. «Господи мы же договорились встретиться». — Почему ты не сообщил, что приехал?

— Не хотел тебя отвлекать от работы, — не теряется Дэйв. — Уверен, она у тебя была важная.

— Ты теперь мне вечность это будешь припоминать? — возмущаюсь я. — Да, работа — важная часть моей жизни, и я не буду просить за это прощения, — взрываюсь под конец.

— Если ты задержалась, значит, на то была причина, и я не хотел звонить и торопить тебя. Это все, что я хотел сказать, — отвечает Дэйв спокойно на мой срыв. Чувствую себя истеричной дурочкой. — Если я тебя обидел, прости меня, — делая шаг ко мне, просит он. — Я этого совершенно не хотел.

— Это ты прости, я устала и сорвалась на тебе, — признаю свою вину. — Ты тут совершенно ни при чем. Сама не понимаю, что на меня нашло.

— Хорошо, тогда начнем заново? — предлагает он, и мне приходится запрокинуть голову, чтобы посмотреть в его лицо. Прежде чем я успеваю дать ответ, Дэйв уже обнимает меня за талию и притягивает еще ближе к себе. Мамочки!

В последнюю секунду отворачиваюсь и получаю поцелуй в щеку.

— У меня зубы не чищены, — признаюсь я, на что получаю тихий смешок, переходящий в хохот. — И вовсе это не смешно, — отрезаю, не разделяя его веселья. — Поставь меня на землю.

— Ты пахнешь кофе, — шепчет он, отсмеявшись мне в висок. Непроизвольная дрожь пробивает тело от того, как нежно он ведет губами по моей щеке. Сердце стучит набатом в груди, отдаваясь эхом в ушах, голова кружится от нехватки кислорода, потому что я забыла, как дышать. И в тот момент, когда его губы накрыли мои, я поняла, что пропала. Нежно, сладко, страстно, до боли в губах, до звездочек в глазах.

Только почувствовав спиной нечто твердое, прихожу в себя. Как у него получается вот так одним прикосновением забрать у меня дыхание и разум?

— Ну, здравствуй, женушка, — шепчет он, всматриваясь в мои глаза. — Я скучал.

Вот так легко и просто он заставляет меня признаться, что и я по нему скучала.

— Я тоже, — вырывается из меня прежде, чем я успеваю остановить глупые слова. Растерянно хлопаю глазами, боясь собственных чувств.

— Поужинаем вместе, — решает он. — Отказ не принимается.

И вот я снова рядом с ним, в его машине, согласная на все еду неизвестно куда. Телефон Дэйва трезвонит, но он отключает звук. Несмотря на это, аппарат продолжает вибрировать.

— Тебе стоит ответить, вдруг это важно, — предлагаю я.

— О, это важно, — усмехается Дэйв. — Мне нужно срочно померить тесное трико, что для меня по приказу деда приготовил его помощник. А ты уже отмучилась? — бросает он на меня косой взгляд.

Корчусь, словно лимон проглотила.

— А я ведь предлагал бросить их с их затеями и отдохнуть в тишине, — напоминает он, отрицательно качая головой.

Еще раз представив себе, что меня ждет вечером дома, прикрываю глаза. Последний месяц выдался непомерно тяжелым. Несколько проектов, которые требовали моего внимания, не давали расслабиться. В то же время попытки Фредерики свести меня с кем-то из «нашего окружения» морально изматывали, а под конец, как вишенка на торте, ее сообщение о свадьбе. И в эти несколько дней нетипичное для меня поведение и раздрай от собственных эмоций окончательно выбили меня из колеи.

— А давай, — решаюсь я и отчего-то облегченно выдыхаю.

— Ты уверена? — бросает Дэйв на меня удивленный взгляд.

Не в силах ответить, просто киваю.

— Отлично, — расплывается он в радостной улыбке. И в этот момент становится похож на мальчишку, получившего желанный подарок. — Куда едем?

— Что, прямо сейчас? — удивляюсь я.

— Конечно, — кивает он. — Пока ты не передумала.

— Этого можешь не бояться, — успокаиваю я его. — Я с трудом принимаю решения, но если уж приняла, то меня уже с этого пути не сбить.

— Что, и даже Фредерика не сможет тебя остановить от такого безрассудства? — подначивает Дэйв.

— Никто, — заявляю уверенно. — Так что у нас есть время поужинать, собрать нужные вещи и утром спокойно выехать.

— Ты меня приятно удивляешь, — выдает Дэйв довольно, выруливая на дорогу.

Глава 19

Виктория

Господи, не могу поверить, что я все-таки это сделала. Впервые в жизни наплевав на работу и на планы, которые для меня приготовила Фредерика, я просто сорвалась и поехала отдыхать. И во всем этом можно винить только Дэйва.

Кошусь на его довольное лицо.

Светится так, словно выиграл в лотерею.

На секунду, прежде чем он просто поднял меня на руки и отнес в машину, у меня закралось сомнение, но передумать он мне не дал. И сейчас, когда я почти смирилась с мыслью, что Новый год буду встречать в горах и со снегом, я вдруг поняла, что мне стало легче дышать.

— Какую музыку любишь? — спрашивает Дэйв, потянувшись к радио.

— Классическую, — выдаю я неуверенно.

— Вряд ли тут такое крутят, — с сомнением косится он на меня.

— Поставь то, что нравится тебе, — предлагаю я, улыбнувшись.

В колонках начинает играет джазовая импровизация. От которой меня корежит.

Дэйв же, расслабленно покачиваясь в такт музыке, слегка постукивает пальцами по рулю.

— Ты серьезно? — спрашиваю я насмешливо. — Это вообще музыка? Они как будто все разом забыли, что у них ноты есть.

— О, Вики, это свобода! Это чувство! Это душа музыки! Ты просто не понимаешь... — усмехается он.

— Душа? Звучит так, будто саксофонист пытается позвать на помощь с тонущей лодки, — перебиваю я его, едва сдерживаясь, чтобы не зажать уши.

— Ну давай, давай, включай своего Шопена, или что там у тебя... Я послушаю, как кто-то в очередной раз сыграет «ля-ля-ля» по нотам, и притворюсь, что мне интересно, — смеется Дэйв.

Нахмурившись, беру телефон, подключаю его к колонкам и включаю классическую симфонию.

— Вот, слушай! Это изысканность, красота, порядок. Слышишь, как все идеально гармонирует? — объясняю я.

— Конечно идеально! Чересчур идеально. Настолько, что хочется прилечь на диван, закрыть глаза и… уснуть, — выдает он с серьезным лицом.

— Ты просто слишком все упрощаешь, чтобы понять! — со смехом возмущаюсь я.

— А ты слишком все усложняешь, чтобы расслабиться! — хитро щурит глаза Дэйв. — Музыка, она не для порядка, а для того, чтобы позволить себе вольности, чтобы позволить душе парить. Отпустить контроль и дать волю эмоциям, — продолжает он, хитро на меня косясь.

Он точно все еще о музыке говорит?!

На очередной смене мелодии переключаю на другой канал, где играют «Volare», песню на итальянском языке.

— Нейтральная территория! Другая классика, — смеюсь я в ответ на состроенную им рожицу. — Тут и ты, и я можем петь.

— Ну что ж, кидай мне вызов, маэстро! — смеется он, начиная подпевать. А у него хороший голос. И главное, в ноты попадает.

— Что, струсила? — подначивает он.