Яна Смородина – Ключ от всех дверей (страница 47)

Подобревшая Барби предложила мне кофе, журналы, и даже немного расстроилась, когда я отвергла все развлечения. От тяжёлых мыслей отвлекал разговор на повышенных тонах в директорском кабинете, детали которого разобрать не удалось, как я ни напрягала слух. Секретарша с профессионально непроницаемым выражением лица стучала по клавиатуре. С кем же оборотень там ругается?

Наконец дверь распахнулась, и на пороге появился Ян в компании мужчины в возрасте, седовласым, но с подтянутой фигурой и явно военной выправкой.

— Вспомни, в конце концов, кто ты есть, и о долге, — напоследок сердито посоветовал он Яну.

— Я ни на минуту об этом не забываю, — холодно ответил ему тот.

— Ну-ну, — скептически поморщился седовласый. И тут вдруг дёрнул щекой и свой мрачный взгляд остановил на мне.

Я неуютно повела плечами, невольно оглянулась себе за спину, надеясь, что внимание своё он обратил не на мою скромную персону, но никого позади себя не обнаружила.

— А, вот и сама юная нимфа пожаловала, — иронически обрадовался он. — Что, милая, нашла на чьи широкие плечи взвалить свои проблемы? — этот вопрос адресовался, бесспорно, мне.

У меня на лбу написано, что я пришла с проблемами, и хочу их взвалить на плечи Яна?

Я промолчала. Моя реакция на вопрос его вовсе не интересовала, так как, бросив гневный взгляд на Яна, он ринулся к выходу.

Совсем я не вовремя. Оборотню явно разговор не доставил удовольствия, да ещё и мне пришлось стать свидетелем всего этого.

Я встала с диванчика и с волнением посмотрела на Яна, гадая про себя, не передумал ли он разговаривать со мной. Барби укоризненно на меня косилась.

Ян тяжело вздохнул, поднял глаза на меня и устало улыбнулся. Я шагнула ему навстречу, сердце последний раз стукнуло и провалилось в район желудка. Он приблизился ко мне, в приглашающем жесте протянул руку и остановился, пропуская вперед, обернулся к секретарше и распорядился:

— Алина, отмени все встречи на сегодня, пожалуйста.

Секретаршу перекосило потрясённой улыбкой. Я зашла в кабинет, шумно выдохнула и развернулась к Яну лицом. Прикрыв дверь, он обратил осторожный взгляд на меня.

— Рад тебя видеть, — улыбнулся он, но улыбка вышла какая-то кривоватая. — Правда.

— Ян, — я первый раз в жизни обратилась к нему по имени, — прости за мой внезапный визит. Я, наверное, тебе помешала… — нерешительно начала я, опустив глаза и сцепив дрожащие руки. Господи, как неловко!

— Ты мне не помешала.

— Я не решилась бы тебя побеспокоить, но мне не к кому больше обратиться… за помощью, — я вымученно посмотрела на него. Вроде бы никакого презрения в его взгляде я не заметила. И раздражения тоже. Это уже радует.

— Я тебя слушаю.

— Не знаю с чего начать…

— Присядь, пожалуйста, — он проводил меня к креслу, — начни с главного.

— Ты знаешь, что в наших краях объявился Ярослав Лютич. И он действительно мой отец, — я сделала паузу, Ян кивнул и продолжал молча смотреть на меня. — Я с ним встретилась. Он очень настаивал, чтобы я приняла покровительство его Рода, но я отказалась. Тогда меня похитили его люди. И он хотел заставить меня… пить кровь. Федя… — мой голос дрогнул, — пошёл меня выручать, и нам почти удалось сбежать. Он велел мне уходить, а сам был вынужден остаться там… Я убежала, хотя сейчас очень жалею об этом. А он не вернулся… Я была у Дреговичей, но Серебров мне не верит, и они… в общем, всё плохо, — я подняла глаза на Яна, он, закусив губу, задумчиво смотрел будто сквозь меня.

— Ты уверена, что он хотел именно этого? — вдруг через некоторое время спросил он, когда я уже не надеялась, что он вообще что-то скажет.

— Ты тоже не веришь?..

— Верю, просто хочу услышать более подробно, — мягко возразил Ян.

— Уверена. Ещё до похищения я прямо спросила, а он прямо ответил, что да, кровь он использует для решения некоторых проблем, что я многого не знаю, и он готов меня всему научить. И что мне не придётся больше жить жалкой человеческой жизнью. Поэтому я и отказалась принимать власть рода Лютичей. Он велел мне ещё раз хорошо подумать. А на следующий день меня затолкали в машину, вырубили и привезли к нему.

— Ты запомнила место, где тебя держали, что-то описать можешь?

— Изнутри могу. С самим местом — проблемы. Потому что Ярослав пользуется пространственной транслокацией, или чем-то очень похожим на это. При выходе меня вынесло в здание старой Почты-заброшки на Гайве. Серебров метки снять не пожелал, а у меня самой, боюсь, не выйдет.

— Адрес заброшки не посмотрела?

— Улицу помню — Черняховского.

— Ясно.

— Он что-то хотел сделать со мной, ритуал какой-то… — я передёрнулась от нахлынувших воспоминаний и потерла запястья. — Но не успел, его Федька оглушил, и мы сбежали.

И снова надолго наступила пауза. Ян молчал, явно над чем-то размышляя.

— Я хотела попросить твоего совета… или содействия… В общем, как мне обратиться в вашу… в ваш Совет… может, Феде помогут? — сбивчиво попыталась изложить свою просьбу я.

— Майя… Я, конечно, могу организовать тебе встречу в Инквизиции, даже с её главой, но всё не просто. Лютича давно подозревают в запрещённых махинациях с кровью. Но, к сожалению, в отношении него нет ни одного железобетонного доказательства. В этом-то и проблема. Конечно, их найти можно. А при желании — это дело времени. Но, я так понимаю, как раз времени и нет. Кроме того, думаю, в ситуации, в которой ты оказалась, тебе не стоит обращаться в Инквизицию.

— Почему? — почти шёпотом спросила я.

— На это три причины. Во-первых, без достаточных доказательств Инквизиция не станет вмешиваться, это против правил. Во-вторых, я более чем уверен, даже если твои слова (а для них это будут только слова) примут во внимание, просто вызволять Фёдора, читай — устранять проблемы в вопросах личного характера — Инквизиция не станет, нет такой задачи. Ну и в-третьих, с информацией о ритуале ты запросто можешь стать центральной фигурой в расследовании.

Я молчала. А что тут скажешь? С усилием сглотнула вставший в горле ком и уставилась себе под ноги.

— Понятно. Тогда… могу я надеяться, что этот разговор останется между нами?..

— Конечно.

Я снова обречённо замолчала, продолжая созерцать пол под ногами, а Ян больше ничего так и не сказал. Он обошёл стол, нажал кнопку селектора и распорядился:

— Алина, если Алексей ещё в офисе, пригласи его ко мне, пожалуйста.

— Хорошо, Ян Александрович.

Я так понимаю, мне пора. Впрямую не отказал, но разложил всё по полочкам и намекнул, что у него дела. Что ж… Не помня себя от отчаяния, я поднялась с кресла.

— Прости, что отняла время, — выдавила из себя я и шагнула к двери.

— Куда ты?

Вот зачем он спрашивает? Я понимаю, Ян совсем тут ни при чём, не виноват в том, что так всё сложилось, и не придумывал этих дурацких правил… Но разозлилась я сейчас на него.

— Решать проблему личного характера. Я поняла, что когда случается беда, ни Роду, ни Инквизиции нет никакого дела до того, что у них происходит прямо под носом, — ответила я, едва сдерживая злые слёзы. — Конечно, подождите немного на расстоянии, совсем скоро у вас будут доказательства. Если вы их, конечно, захотите увидеть.

И взялась за дверную ручку.

Ян молниеносно оказался между мной и дверью.

— Ничего ты не поняла. Ты во многом права, правила — наше всё. Но разве я сказал, что не стану помогать?

Я подняла на него глаза.

— Ты сказал, что…

— Ты спросила, как обратиться в Инквизицию. А Инквизиция не пойдет против правил.

— Я сделаю всё, что потребуется, всё, что угодно. Всё, что скажешь. Только выручи Федю, — сбивчиво зачастила я, заглядывая ему в глаза.

— Мне жаль, что у тебя сложилось такое обо мне мнение. Хотя я, вроде бы, не давал повода так думать, — нахмурился он и вернулся на прежнее место к столу. — Я помогу выручить Фёдора. И не жду ни от тебя, ни от него ничего взамен, — закончил он и принялся разглядывать пейзаж за окном.

Я так продолжала стоять у двери, держась за ручку и глядя себе под ноги. Как я умудрилась обидеть его?

— Прости. Я ничего такого не имела в виду, — я подошла к нему и тронула за рукав, и он посмотрел на меня, всё ещё немного хмурясь. — И вовсе не думаю так о тебе. Просто… я в отчаянии. Понимаешь, он там из-за меня! А мне совсем не к кому обратиться, и Ярослав знает об этом. Он уверен, что я сама приползу обратно. И я приползу, если больше нет вариантов, — я закрыла глаза и всхлипнула, не в силах больше сдерживаться.

— Мы его вытащим, — пообещал мне Ян. — А ты лучше посиди, вспомни и расскажи, что и как расположено внутри дома.

Я закивала и быстро вытерла слёзы. А потом в порыве благодарности шагнула навстречу и уткнулась лицом ему в плечо, неловко обхватив его руками за талию. Ян вздрогнул и напрягся, но через секунду крепко прижал меня к себе.

— Спасибо, — еле слышно прошептала я. — Ты не представляешь, как много это значит для меня, — отстранилась немного я, чтобы поймать его взгляд.

Он же глядел на мою скулу.

— Это Лютич? — он провел пальцами по моей щеке, болезненно напоминающей о пощёчине.

— Подарок от папочки, — угрюмо кивнула я, — не любит, когда его не слушаются.

Ян стиснул зубы, но от комментариев воздержался.