Яна Смородина – Ключ от всех дверей (страница 49)

— Майя, не расстраивайся, мы найдём другой способ…

— Нет. Я знаю, что у меня должно получиться. Но ключ почему-то не реагирует на силу… Я лью, лью, почти ничего не осталось, — бубнила я себе в колени. — Вот тупица!

Я вскочила. Ян поднялся вместе со мной.

— Если он проявлен, это не значит, что он обычная вещь, так? — яростно уставилась я на оборотня.

— Так, — немного неуверенно подтвердил он. — Что ты имеешь в виду?

Я не стала отвечать, а закрыла глаза, собрала остатки силы на кончики пальцев и провела по глазам, призывая сумрак.

Получилось!

Дракончик на ключе потянулся, взмахнул крылышками и, как мне показалось, даже закатил глаза, словно говоря, мол, и тугодум же ты. Мне хотелось его расцеловать, но радоваться было рано.

Я вставила ключ в замочную скважину и всей душой пожелала найти за дверью Фёдора. Чёрная дымка завертелась между пальцев, окутала руку; я повернула ключ и поняла — сработало.

Когда я повернулась к Яну и Алексею, от неожиданности немного вздрогнула, поскольку здесь, в Яви, сумрак отмечал их своими, и душками они не выглядели: оттенённые тьмой черты лица, жёлтые глаза и непохожая на человеческую аура. Оборотни оба с нетерпением ждали моего комментария, как всё прошло. Я только кивнула и без сил, но счастливая с улыбкой на лице, стекла по стене на пол.

Ян бросился ко мне и стиснул за плечи, вглядываясь в лицо.

— Тебе плохо?

— Нет, нормально. Устала просто очень.

— Алексей, зови остальных. Майя, тебя Денис домой отвезёт, жди нас с Фёдором там, — распорядился Ян, усаживая меня в кресло.

Алексей кивнул и вышел за дверь.

— Нет, пожалуйста, только не домой! — вцепилась я Яну в запястья. — Можно я подожду вас у Феди? Тут совсем рядом. На перекрестке с Монастыркой. Просто я боюсь оставаться у себя одна. Ярослав знает, где я живу.

Ян присел напротив меня, ласково гладя по плечам.

— Думаешь, он не знает адреса Фёдора? И потом, ты не останешься одна, Денис присмотрит, — успокоил меня он. — На расстоянии, — уточнил Ян, заметив, как я нахмурилась. — Ладно, пусть у Фёдора. Если тебе так спокойнее.

В кабинет зашли пятеро мужчин в одеяниях, точно, как у оборотней из сна.

— Майя, когда мы войдем, закрой дверь на ключ, поняла? — Ян глядел мне прямо в глаза и держал за плечи.

— Но как же вы вернётесь?… Это безопасно для вас?

— Мы вернемся другим путём. Пожалуйста, сделай, как я сказал. Это очень важно.

— Хорошо, — кивнула я.

Ян ободряюще улыбнулся мне и поднялся.

— Денис, отвезёшь Майю на Монастырскую. Головой отвечаешь, — обратился он к парню с серьгой в ухе, одетому в обычные джинсы и толстовку. Тот коротко кивнул.

— Пошли, — скомандовал он своему отряду.

— Ян, подожди! — я вскочила с кресла, бросилась к оборотню, с тревогой глядя ему в глаза. Кто там что подумает, мне было все равно. — Пожалуйста, будь осторожен.

Он обнял меня за плечи, затем прижался губами к моему виску и шепнул:

— Всё будет хорошо. Обещаю.

Затем резко отстранился, развернулся, шагнул к двери, взялся за ручку и махнул ребятам рукой:

— За мной по одному.

И открыл дверь.

Чем бы занять себя, чтобы не сойти с ума? После того, как за Яном и его маленьким отрядом закрылась дверь, я ни о чём, кроме как о них и Федьке, думать не могла. Все дальнейшие события прошли мимо меня как в тумане. Конечно, я повернула ключ в замке, не сопротивлялась Денису, отконвоировавшему меня в квартиру на Монастырской, позволила усадить себя на диван и напоить чаем… Но вот заставить себя думать о хорошем не получалось.

Когда Денис ушёл, включила телевизор, чтобы вообще никакие мысли не задерживались в голове. На канале «Пятница» ведущие «Орла и решки» наперебой рассказывали о прелестях Милана. Я тупо смотрела сквозь экран, и от картин, представавших в моем воображении, мурашки шли по телу и тряслись руки. На душе скребли и гадили кошки: ведь сколько народу рискует сейчас жизнью по моей милости. Да по большей части глупости. А насколько опасен Ярослав до меня начало доходить только сейчас: это можно оценить по тому, с каким мастерством он реализует свои планы, заметает следы и оборудовал своё логово.

Всё. Надо выпить чего-то успокоительного. Зомбоящик абсолютно не справлялся с поставленной задачей.

Из успокоительного в Федькиной «аптечке» нашелся только коньяк. Похоже, остается только напиться и забыться. Я налила полчашки коньяку и залпом выпила все это дело. Спиртное обожгло мне горло, и я бестолково заметалась по кухне в поисках «огнетушителя». Облилась остатками сока из коробки, который в рот мне так и не попал, разбила чашку, в конце концов потушить «пожар» мне удалось найденной в холодильнике одинокой мандаринкой. Переодевшись в Федькины трикотажные штаны и футболку, которые были мне велики размера на четыре, я устроилась на диване, чтобы качественно предаться страданиям. Но мне не удалось: позвонила Светка Городецкая.

— Русакова, что за хрень происходит?! Скажи своему церберу пропустить меня!

— Алло, Майя, девушка очень настойчивая, но…

— Пропусти её, Денис, пожалуйста, иначе она не отстанет…

Городецкая влетела в квартиру и фурией пронеслась по периметру. Я молча вернулась на диван.

— Не вернулся… Завтра с самого утра идут снимать метки. Серебров, скотина, до последнего упирался… — процедила Светка. — У тебя что? Ты к оборотням ходила? И как?

— Жду…

Светка бухнулась рядом со мной.

— Значит, и я жду. Майка, ты это… извини меня за шквал. Жёстко вышло.

Я промолчала.

От противного писка домофона мы со Светой хором подорвались в коридор. Даже не спрашивая, кто пришёл, я ткнула пальцем в кнопку, открыла входную дверь нараспашку и осталась стоять на пороге. Двери лифта открылись, и на пороге появились весь в синяках и ссадинах потрепанный Федька в куртке на голое тело и чуть помятый Ян. У меня от радости и облегчения на глазах выступили слёзы.

Светка молча стояла в дверях комнаты и беззвучно ревела.

Всхлипнув, я бросилась Федьке на шею.

— Федечка, слава богу, живой! Я едва умом не тронулась! Прости, это всё из-за меня…

— Ну-ну, всё уже закончилось, — он одной рукой меня обнимал, а другой — успокаивающе гладил о голове.

Оглушающе хлопнула дверь — и я сразу отлипла от Федьки и принялась суматошно крутить замок.

— Ян! — я бросилась за ним в подъезд. — Ян, подожди! — крикнула я, прислушиваясь к звуку спускающегося лифта. Может, успею нагнать его внизу? Я метнулась вниз по лестнице. Выбежав на улицу, я заметила отъезжающий Янов Рэйндж Ровер. Буксанув колесами и взрычав, он умчался. Я бессильно опустила руки. Почему он ушёл? Я даже не успела «спасибо» ему сказать. Босые ноги замерзли от бессмысленного стояния на крыльце, и мне ничего не оставалось, как уныло тащиться обратно.

Как только я вошла в квартиру, обнаружила страстно целующихся Федьку и Светку.

Шикарно! Этот идиот снова принялся скакать на старых любимых граблях.

Я прошла мимо них на кухню и достала из шкафа бутылку коньяку.

— Ну что, настигла своего Отелло? — раздалось мне вдогонку.

— Нет… И он — не Отелло.

— Ладно, просто психованный ревнивец.

— Что за чушь? — вернулась в комнату я.

— Да это невооруженным взглядом видно! Он, наверное, уже пожалел, что меня вытащил! — Федька, кряхтя, развалился на диване, утянув за собой Светку, сияющую, как альфа Центавра, с глупейшей счастливой улыбкой на лице. — И ещё всю дорогу допытывался, что у нас с тобой, в самом деле дружба или более тесные отношения…

— Ну, а ты что? — напряглась я, с Федьки станется наболтать ерунды в свете «этот оборотень тебе не пара»!

— Что-что… Сказал, что мы на соседних горшках сидели и…

— Опять ты про горшки! — в ужасе взвыла я.

— А что надо было сказать? — удивился Федька, выхватил из моих рук бутылку и сделал глоток.

— По-человечески не мог объяснить, что мы друзья и всё?! И что ты как придурок иногда себя ведёшь и лезешь целоваться, когда тебя не просят!