Яна Седова – Илиодор. Мистический друг Распутина. Том 1 (страница 35)
Выборы в I Думу
Не подозревая о сгустившихся над его головой новых тучах, о. Илиодор вместе с о. Виталием с головой ушел в предвыборную кампанию. Предстояло избрать депутатов от Волыни в Государственную думу II созыва.
Первые выборы, состоявшиеся в 1906 г. вышли, как и во всей Империи, бестолковыми. Темные крестьяне-выборщики были оглушены потоками агитации, лившимися со всех сторон. На житомирских выборах правое духовенство постаралось собрать всех избирателей из простонародья на одной квартире, чтобы изолировать от левых агитаторов и настроить на консервативный лад. Позднейшие жалобы, поданные в Думу на волынские выборы, уверяли, «что крестьян держали взаперти и с них сняли клятву». С другой стороны, левые всячески пытались противостоять попыткам изоляции крестьян: «выборщиков встречали еще на Бердичеве и старались их растянуть в разные концы города, не допускали собраться на одну квартиру, обещали по 50 руб. за измену». По уверениям «Почаевских известий», агитаторы радикального лагеря — прибывший из Киевской губ. С. Т. Таран, Теслюк и учитель семинарии Тиховский — «мучили народ трое суток подряд, так что некоторые крестьяне дошли до умопомрачения».
В Западном крае выборы осложнялись национальным вопросом. Представители каждой народности желали провести в Думу своих соплеменников. Шел торг. В Минске поляки откровенно заявили русским, предлагавшим соглашение, что не дадут им «нi еднего кшесла». Ошиблись только в том, что одно кресло русским все же следовало дать согласно закону. Остальными восемью представителями чисто русской губернии оказались 7 поляков и 1 еврей.
Дамоклов меч чисто инородческого представительства висел и над Волынью. Поэтому священники-выборщики предложили объединение по национальному признаку — союз крестьян и русских помещиков. Эти последние, однако, предпочитали признак классовый и решили вступить в союз с польскими помещиками, следствием чего стало следующее распределение мест: 3 русских помещика, 3 польских помещика, 3 еврея, 4 крестьянина и ни одного священника. В свою очередь, остальные две группы — евреи и крестьяне — тоже начали переговоры, причем крестьяне вели их лишь для отвода глаз. Маневр оказался действенным: русские помещики испугались и соединились с крестьянами. В итоге оказались избранными 2 русских помещика, 3 поляка, 7 крестьян и 1 священник. Русские гордились тем, что «ни одного еврея не пропустили».
После роспуска Государственной думы принцип «нi еднего кшесла» был провозглашен польским съездом в Варшаве как руководство для новых выборов уже по всему Западному краю. Перед консервативным лагерем вновь встала задача провести в Думу своих наперекор инородцам.
Выборы на Волыни
Несомненно, почаевский отдел «Союза русского народа» создавался с прицелом на будущие выборы. Еще в одном из пробных выпусков августа 1906 г. «Почаевские известия» писали: «Нужно будет выбрать в Думу хорошего, честного, богобоязненного человека, чтущего Царя Самодержавного. Когда будут союзы, тогда всем будет известно, кто посылается в Думу, так как один союз известит другой о посылаемом депутате».
Самыми естественными кандидатами от почаевского Союза были бы оба его отважных руководителя. Но монахи не имели избирательных прав. Дело в том, что выборы в Государственную думу Российской империи были основаны на цензовом начале: избирательные права имеют лица, владеющие некоторым имуществом в известном размере. Монах, давший обет нестяжания, никакого имущества не имел. Однако епископат и белое духовенство принимали деятельное участие в выборах, поскольку церковь имела земельные владения, которые закон приравнивал к частновладельческому цензу.
О.о. Виталию и Илиодору оставалась организация предвыборной кампании, чем они и занялись. В «Почаевских известиях» печатались разъяснения о порядке предстоящих выборов и их важности. В декабре-январе в Почаеве состоялось несколько собраний Союза, посвященных этой теме. Совещание 7–8 января 1907 г. началось с молебна, за которым была освящена сооруженная Союзом икона Покрова Божией Матери. Затем оба монаха поочередно обратились к крестьянам с просьбой выбрать в Думу хороших, честных людей. О. Илиодор прочел свое любимое патриотическое стихотворение «Русь идет!» и предложил трижды исполнить гимн. Таким образом, это собрание, как, вероятно, и прочие, носило агитационный, а не организационный характер. Не рассчитывая на помощь этих простых хлебопашцев, монахи лишь просили их серьезно отнестись к делу. Реальная же организационная работа была, вероятно, проделана не почаевским Союзом, а его городскими единомышленниками — например, житомирским «Русским союзом».
На первый этап волынских выборов (12.I), проходивший по волостным сходам, союзники, по-видимому, влияли только идеологически. Тут крестьяне выбирали из числа своих соседей и, при должном настрое, могли справиться самостоятельно. Но на следующем этапе начинались сложности. Уполномоченным от волостей предстояло (20.I) съехаться в уездные города и там, в непривычной городской обстановке, произвести выборы в своей среде, то есть из числа совершенно незнакомых лиц. Тут союзники пошли по пути, испытанному в прошлые выборы, — приготовить для приезжих квартиры. Выборщику оставалось лишь обратиться в местный собор или (в Кременце и Житомире) монастырь, чтобы узнать адрес. Кроме того, «Почаевские известия» объявили сбор сведений о лицах, избранных на первом этапе, а также о помещиках, чтобы легче было определить кандидатов.
Благодаря заготовленным квартирам крестьяне получили даровой постой, возможность заранее сговориться о кандидатах и вообще держаться в чужом городе вместе, однако теряли часть необходимой избирателю свободы. Трудно сказать, злоупотребляли ли союзники приобретенной над выборщиками властью. Напечатанное в «Известиях» описание кременецких выборов, присланное одним из участников, больше напоминает рассказ о паломничестве, с поучением викарного епископа Амвросия и посещением богослужений.
Двумя днями позже прошли уездные съезды землевладельцев. В отличие от предыдущих чисто крестьянских выборов, эти собрали представителей всех местных народностей — русских, поляков, евреев, чехов и немцев. Поэтому «Почаевские известия» призывали выборщиков-землевладельцев соединиться по национальному признаку. «Если русские все: крестьяне, священники, помещики не объединятся — их инородцы провалят». Русские объединялись, но и поляки, руководствовавшиеся постановлением варшавского съезда, не дремали. В итоге по всем уездам прошла, так сказать, русско-польская битва. Там поляки победят и откажутся предоставить хоть одно место коренному населению (Староконстантиновский уезд), там, наоборот, русские не пропустят ни одного поляка (Житомирский, Острожский, Кременецкий уезды). В итоге по Волыни одержал внушительную победу импровизированный русский союз: избранными оказались 72 крестьянина, 14 священников, 20 помещиков при 40 евреях, 25–30 поляках и горстке лояльных коренному населению чехов и немцев.
Предстоял последний этап выборов, который должен был пройти в Житомире 6.II и, наконец, определить 13 будущих членов Государственной думы от Волынской губернии. Оба лагеря начали готовиться заблаговременно. Союзники, по своему обыкновению, устроили в Житомире квартиру для выборщиков-крестьян и разослали им по почте приглашение. «Почаевские известия» напечатали для них же доходчивую инструкцию:
«…какое бы у вас неотложное дело ни было, все равно бросьте его и спешите, чтобы 3 февраля быть в Житомире.
Помогите в этом, просим вас, все русские люди. Если уполномоченный ваш замешкается, настанет время ехать, а он еще дома, вы прямо гоните его.
… Если у него нет средств, дайте ему на проезд, последнее дайте, в складчину соберите, а только пусть едет и дела общего не портит.
… Прямо, как приедете поездом, садитесь на трамвай и берите билетик до Богоявленского монастыря на Большой Бердической улице. Там вас будем ожидать».
Понимая, что на этой квартире крестьяне будут под полным контролем духовенства, левые всячески старались не допустить их туда. Некие «молодые панычи», в том числе бывший семинарист, проехали по выборщикам, убеждая их не собираться в монастыре, а то «отец Антоний» запрет их там и они ничего не будут знать. В противовес левые заготовили собственную квартиру — у присяжного поверенного Теслюка — и при своих агитационных поездках оставляли выборщикам ее адрес, призывая остановиться именно там.
На съезжавшихся со 2 по 4.II крестьян велась настоящая охота. Левые дежурили на всех подъездах к городу, отлавливая гостей. Главная засада была устроена, как и годом ранее, в Бердичеве. К первой же подъехавшей группе выборщиков подсел здесь «удалой поляк Свентковский» и уговаривал вместо монастыря идти к Теслюку.
Несмотря на все ухищрения, левым удалось заманить «на какую-то еврейскую квартиру» лишь одного из семидесяти крестьян, да и тот вскоре сбежал в монастырь, куда все прочие проследовали сразу с дороги. Очевидно, они так легко сориентировались в губернском городе не без посторонней помощи. «Почаевские известия» писали только о проводниках из своей среды, которых ранее прибывшие выслали на вокзал к новичкам, но гораздо достовернее выглядит замечание В. В. Шульгина, что крестьян встретили на вокзале «ласковые монахи».