Яна Миа – Мы вернемся (страница 24)

– Если ты еще раз потеряешь сознание, будешь ходить с тем, что я успел набить! Я тебе обещаю! – Ник выругался на русском – своем родном языке – и убрал у нее из-под носа нашатырь.

Маленький кабинет, прячущийся от посторонних глаз в глубине парикмахерской на противоположной от их дома окраине Спирит-сити, стал для Элис практически вторым домом. Понимая, что хочет воплотить идею с татуировкой до свадьбы, Элис назавтра принялась раздумывать над эскизом, замучив Вик вопросами до такой степени, что та появлялась в комнате только для того, чтобы переночевать. Все-таки это голова, а не нога или поясница – спрятать тату от посторонних глаз под одеждой не выйдет, по крайней мере, не все время, да и сама Элис будет видеть итог в зеркале каждый день.

Долго роясь в справочниках, просматривая эскизы на сайтах, она никак не могла найти подходящий рисунок. Ей очень хотелось набить что-то свое, личное, но ничего такого не приходило в голову. Разве что… Разве что «птичка» – так она была подписана на форуме для онкобольных. Она не хотела, чтобы там знали ее имя, – отрицание как первую стадию никто не отменял, так что Элис упорно делала вид, что болеет не она. Поэтому при регистрации она сделала своим ником то, что первое попалось на глаза. Именно птица была нарисована на обложке книги, лежащей на ее столе, – сейчас Элис даже не вспомнит, что это была за книга. Вот так, благодаря ее упрямству и случаю, она стала Птичкой.

Вик на эту идею ответила скептической улыбкой, но рассказала о птицах и символах все, что знала. В итоге они сошлись на ласточке. Элис просто нравилась эта милая птичка, предвестница весны, а Виктория рассказала, что в их мифологии ласточка означала еще и новую жизнь, воскрешение. Вдобавок Элис выбрала еще и звезду из восьми лепестков – алатырь. Это ей тоже подсказала Вик – их верования и мифология уходили корнями в славянскую культуру, и именно оттуда был взят этот символ Вселенной и жизни в ней.

Когда Элис в тысячный раз подтвердила Вик, что хочет именно этот рисунок, та привела ее сюда. Ник – тощий, кучерявый парень с удивительно добрыми глазами – никак не походил на тату-мастера. По крайней мере, Элис всегда представляла их брутальными бородатыми мужиками, на которых живого места не осталось – все забито. Николай же – о, это сложное русское имя! – в своих клетчатых рубашках поверх веселых футболок и узких черных джинсов больше напоминал участника какой-нибудь поп-рок группы или молодого увлеченного архитектора. Вик шепнула Элис, что у Ника тоже полно татуировок, просто они находятся не в самых заметных местах. Элис тактично не стала уточнять, в каких именно и откуда это известно Вик. Пока Ник колдовал над ее эскизом – а первоначальный он отверг, едва успев глянуть на него, – Элис с интересом рассматривала кабинет. Яркие стены – красные, оранжевые, голубые – пестрели рисунками. Ник сам расписал каждую в определенном стиле: на голубом фоне был корабль и русалка – цветные, немного карикатурные, словно увеличенный в сотни раз эскиз для моряка. На красном – черепа и черные розы, кинжалы и пугающие надписи. Странно, но впервые Элис не сморщилась при виде таких мотивов, а даже засмотрелась – так органично и искусно они были нарисованы. Оранжевую стену украшали узоры, похожие на те, что используют индийские девушки в технике мехенди. Четвертую стену – девственно чистую – наполовину закрывал шкаф с инструментами и каталогами, а оставшееся пространство занимали фотографии довольных клиентов Ника. Стоит отметить, что довольными они были не зря – татуировки восхищали аккуратностью, оригинальностью и гармоничным видом.

– Вот так, думаю, будет гораздо лучше, – Ник протянул Элис листок. Алатырь немного изменил свою форму, стал менее грубым и более утонченным. Ласточка, расправив крылья, летела к нему, занимая собой шею, затылок и доставала клювом до темечка. Все это обрамляли замысловатые узоры, делая рисунок целостным и органичным.

– Потрясающе!

– А я тебе говорила, что лучше Ника в этом городе нет никого!

Вик что-то прошептала на ухо парню, и тот согласно кивнул. Элис наблюдала за тем, как радостная улыбка на лице Виктории сменилась хитрой, как она, глядя Элис прямо в глаза, снова что-то прошептала Нику и тот зловеще ухмыльнулся.

– Нет-нет-нет. Что бы вы там ни задумали – нет! – запротестовала Элис, но ответом ей были только хитрые ухмылки.

– Оставляю вас, ребятки. Наслаждайтесь.

– Вик, стоп! – Элис в два шага догнала подругу у двери и схватила за руку. Рефлекс сработал быстрее, чем мозг, поэтому через секунду Элис уже была прижала лицом к стене, прямо в огромное декольте русалки.

– Прости. – Виктория не знала, то ли ей рвать на себе волосы от дурацких военных привычек, абсолютно ненужных в этом мире, то ли хохотать от этой нелепой сцены. Ник решил все за нее – первый залился лающим смехом, заразив и ее, и растерянную Элис, которая растирала плечо.

– После этого ты просто не можешь оставить меня здесь одну! – Элис умоляюще глядела на Викторию. Во-первых, она панически боялась боли после всех бесконечных часов, когда болело все тело, каждая клеточка ее усталого организма. А татуировка, да еще и на голове, обещала стать очень болезненной процедурой. К тому же, хоть Элис и неслась сюда, снося все на своем пути и повизгивая от приятного волнения, в глубине души ей очень нужна была поддержка. Лишнее напоминание того, что это ее выбор и она всего лишь хочет сделать татуировку, а не убить в страшном ритуале пару десятков котят.

– У меня свадьба скоро, если ты не забыла, – подмигнула Вик и скрылась в дверном проеме, пока Элис не успела совершить еще один необдуманный захват.

– Забудешь тут, – пробубнила она в ответ. А все потому, что благими намерениями и дальше по тексту. В порыве счастья за Ветра и Вик Элис предложила себя в качестве свадебного организатора. Мол, дешево и сердито. Дешево – потому абсолютно бесплатно, а сердито – потому что опыта у Элис – только десяток фильмов о свадьбах, сотня видео, просмотренных в интернете, да парочка статей на эту тему. То есть практически никакого. Как и связей в этом городе. Но энтузиазм бил из нее таким ярким и надоедливым ключом, что проще было согласиться, чем объяснять Элис, что лучше бы взять профессионала. Ну и по традиции помогать ей выдвинули Эвана – как ментора, долго живущего в этом мире и просто красавчика. Последнее было добавлено Микалиной и принято как основной аргумент.

И если в ее первый приход в салон все только начиналось, то в этот раз Элис буквально упала в кресло от усталости и только кивнула Николаю – «начинай».

– Элис, ты в порядке? – Ник заботливо усадил ее в мягкое кресло-мешок и подал стакан воды. – Я понимаю, что у вас там сумасшедший дом творится, но в следующий раз приходи ко мне выспавшаяся и сытая. Иначе – я клянусь тебе четвертым размером Бетси, – он указал на русалку на стене, – я больше и дюйма не набью на твоей глупой безответственной голове!

– Злой ты, Коля.

– И не надо подкупать меня тем, что ты выучила мое настоящее имя. Не выйдет! – Он взял мазь и принялся обрабатывать свежий рисунок на голове Элис. – Я достаточно свыкся с Ником, между прочим.

– Но тебе не нравится?

– Ну как тебе сказать… Не вертись ты! Ожила она, когда уже не надо. А имя… Коля я, а не Ник. Только вот Коля остался там, в прошлой жизни, а здесь все гонятся за простотой и удобством. Что уж тут мучить бедных людей, пусть называют как хотят! Главное, чтобы по-доброму. Все! Укутывай свою голову и беги решать вселенские проблемы.

– Так и передам Вик, что ты обозвал ее свадьбу проблемой. Да еще и вселенской. – Элис обернула голову пленкой и торжественно водрузила сверху шляпу с большими полями.

– Я бы на твоем месте не нарывался. От меня зависит, как будет выглядеть твоя драгоценная голова. До встречи, мадам! – Последнее слово Ник произнес таким тоном, что его смело можно было записывать в разряд изощренных едких ругательств.

– Коля, – Элис обернулась уже у двери, – а где у тебя татуировки?

– Это ты так предсказуемо со мной заигрываешь? – Он прищурился и стал похож на мультяшную собаку на своей футболке.

– Не мечтай! – Элис театрально закатила глаза и сложила руки на груди. – Это просто женское любопытство.

– Любопытство обычно заводит людей в самые страшные и неловкие ситуации, Элис.

– Я просто хотела увидеть твои тату, что в этом страшного и неловкого?

– Действительно, – резюмировал Ник и потянулся к пряжке ремня. Элис уставилась на него во все глаза, а потом, сообразив, пулей выскочила из кабинета.

– А попрощаться? – донеслось ей вслед от хохочущего Ника.

– Иди ты, извращенец! – смеясь, ответила Элис и вышла на улицу. Тело все еще плохо отзывалось на команды мозга, но времени на отдых не было. Через четверть часа она должна встретиться с Эваном, чтобы сделать несколько заказов для свадьбы, а потом ее ждала огромная работа в каком-нибудь кафе. Ожидая зеленого сигнала светофора, Элис запрокинула голову и подставила свое бледное лицо солнцу. Она щурилась и улыбалась – во всей этой суматохе, внезапных желаниях и бесконечных хлопотах было столько жизни! Той самой, которая, как ей казалось, осталась в периоде «до». А сейчас она готовила свадьбу для новых друзей, подтрунивала над татуировщиком, которому доверила свою голову, и учила читать таких разных во всех отношениях людей. Да, она все еще мечтала вернуться домой, но постепенно Элис привыкала к новому положению вещей, она позволяла себе жить и наслаждаться этой жизнью – пусть и не в полную силу.