Яна Миа – Мы вернемся (страница 23)

Ветер аккуратно поцеловал Вик в лоб, а потом махнул стоящим невдалеке соседям:

– Подходите ближе, горе-шпионы. Вы нужны здесь! – и добавил, обратившись к Сияющей: – Сестра, вы тоже подойдите.

Все в замешательстве смотрели друг на друга, пытаясь понять, что же задумал Ветер. Понимание искрило только в глазах его семьи: Пламенный загадочно щурился, а Сияющая неверяще смотрела на брата, повторяя только одно слово: «Нет». Ветер же, умиротворенный и светящийся счастьем, мягко улыбался, держа Вик за руку.

– Я думал сделать это еще утром, но наш завтрак принял немного иной характер, чем ожидалось. Но все, пожалуй, к лучшему. – Ветер опустился на колени, поцеловал руку Вик, и достал из кармана маленькую деревянную коробочку, украшенную резными узорами. Элис сдавленно ахнула, предвкушая дальнейшее развитие событий. – Перед лицом моей сестры по крови и брата по священным узам брака, нашей общей семьи, хоть и не родной по крови, но близкой по жизни, перед Всемогущими Стихиями и Безграничными небесами, я прошу тебя, Виктория Саммерсет, названная людьми Вихрем, рожденная на закате восьмого дня, я прошу тебя стать моей женой во всех Вселенных – твоей, моей и нашей. Клянусь, что желание мое – искреннее, а любовь – истинная.

Со стороны казалось, что Вик не просто застыла, она дышать и моргать перестала.

– Мне кажется, ты должна ответить, милая… – Костра тихонько шепнула, сделав вид, что просто поправляет ей съехавшую майку.

– Я согласна… – голос неуверенно дрогнул, но улыбка Ветра в ответ была такой счастливой и наполненной светом, что Вик тут же воспряла духом. – Да! Да! Я согласна стать твоей женой перед лицом кого угодно!

Ветер открыл свою необычную коробочку и вопреки всем ожиданиям достал оттуда не кольцо, а кулон – резное серебряное облачко, такое же, как у него самого. Вик наклонила голову, позволяя надеть на себя этот символ предложения, а потом смело шагнула вперед, чтобы получить свой первый поцелуй в статусе невесты. Счастливые соседи по дому радостно аплодировали и выкрикивали поздравления, в то время как Сияющая с каменным лицом наблюдала за происходящим.

– Мне кажется, она сейчас испортит весь праздник. – Элис тихонько шепнула это на ухо радостной Микалине. Та успевала не только выкрикивать поздравления, но и якобы незаметно бросать томные взгляды в сторону Пламенного.

– Я ей испорчу! – пригрозила Мика. – И что только такой красавец нашел в этой высокомерной стерве! Никогда не понимала таких союзов.

– Теперь у нас будет настоящая свадьба, да? – Лин бегала вокруг гудящей толпы, с надеждой заглядывая каждому в лицо. Кажется, в ее мире о свадьбах она только слышала.

– Обязательно! – Эван подхватил Лин на руки, как это недавно сделал Ветер с Вик, и закружил, отчего по саду разносился задорный детский смех. – Как только счастливые жених и невеста назначат дату! И тогда уж устроим целый пир!

– Пир! – Костра в ужасе всплеснула руками. – Там же ужин! Мадонна, я там все бросила! Элис, Мика, что вы стоите, мне понадобится ваша помощь! – Она поправила свой белоснежный передник и поплыла к дому, успев бросить Эвану: – Займись гостями, милый.

– Ох уж эти бабы! – Роджер возвел глаза к небу. – Мир будет рушиться, а они все равно будут думать о поцелуях, детях и готовке!

Когда первая волна всеобщей радости улеглась, а ужин был съеден в обстановке натянутой вежливости и ожидания очередного взрыва, Элис устало спряталась в своей комнате. Этот день грозил стать тем особенным значимым днем, о котором впоследствии говорят «Он изменил всю мою жизнь». Счастье смешалось с непониманием, отвращение со страхом, разочарование с воспоминаниями. Этот вторник был таким бесконечным, словно тянулся несколько недель, а не привычные двадцать четыре часа. Элис, кстати, все никак не могла привыкнуть к тому, что здесь не считают года. Вернее, не нумеруют их. В этой Вселенной в полночь встречают просто Новый год, следующий – без номера. Каждый, конечно, вел свой собственный отсчет прожитых лет в этом месте, но все же это было странно и непривычно.

Растянувшись на своей кровати, Элис пыталась воспроизвести все события прожитого дня в памяти, но не выходило. Она то и дело начинала думать о том, как относиться к Иргу, с учетом его прошлого и ее собственных ошибок, в которые ее любезно ткнул Эван. Потом мысли резко перескакивали на невероятное предложение руки и сердца – а ведь до вчерашней ночи она даже не знала, что эти двое встречаются! Хотя нет, встречаются – это слишком формальное, лишенное чувств слово. И тут же всплывало лицо Сияющей и слова Вик о том, что она недостойна такого брата, как Ветер. Все это было так сложно… Казалось бы, они все мертвы, они пережили свои проблемы и беды, и здесь, в последнем пристанище, стоило бы не тратить время на всю эту чепуху. Хотя кто сказал, что их жизни – жизни, Элис, что бы там себе ни повторяла, – это чепуха?

Вик вышла из ванной, вытирая полотенцем волосы. Что ж, она сегодня точно была рекордсменом по внезапным событиям. Серебряный кулон отражал свет, напоминая о новом статусе. А серьезное выражение лица – о внезапных гостях. Достав из тумбочки большую щетку, Вик принялась расчесывать волосы – старательно и медленно, словно это был особый ритуал.

– Я так настраивалась, – заметила она заинтересованный взгляд Элис. – Перед рейдами. Никогда ведь не знаешь, вернешься ли оттуда и сколько твоих солдат сожгут после этой ночи. Меня всегда трясло перед отправлением. После – нет, я просто принимала как данность итоги вылазки, оплакивала каждого глубоко внутри себя. Ничего же не изменить уже. А вот до… Я могла десятки минут расчесывать волосы, снимать с себя этот невроз. Меня это успокаивало.

– Мне тогда остается только лысину тряпочкой протирать, – горестно отозвалась Элис.

– Тебя это так тревожит?

– Не знаю. Я уже ничего не знаю, Вик. Просто эта лысая голова – напоминание. Словно я все еще болею и могу умереть в любой момент. В нашем мире девушки слишком редко ходят с бритой головой добровольно. Чаще всего это такие, как я. А значит – жалость и сочувствие во взглядах автоматом.

– Эван предлагал тебе парик.

– И я сбежала, найдя тот, который больше всего походил на мою прежнюю прическу. – Элис горестно хмыкнула, откинувшись на подушку. – Нет, это не то, что нужно. Я не хочу забывать, через что я прошла, но ведь я изменилась, и это, – она ткнула себя пальцем в макушку, – тоже должно измениться.

– Хочешь чего-то особенного? – Вик продолжала вычесывать волосы, пытаясь успокоить разбушевавшиеся за день нервы.

– Наверное. Что-то значимое, как твои… Точно! – Элис подскочила на кровати, излучая радостное возбуждение. В ее голове родилась блестящая идея. По крайней мере, в этот момент она выглядела именно так – самой правильной и почти гениальной.

– Что?

– Как твои татуировки. Вик, я хочу набить татуировку на голове! – В подтверждение своих слов Элис счастливо закивала, словно убеждая не только Викторию, но и саму себя. – Ты поможешь мне выбрать символы, чтобы это было не бездумное баловство, а действительно важное для меня?

– Без проблем! – Вик, покрытая рисунками буквально с ног до головы, абсолютно спокойно приняла такую новость, и Элис тихонько выдохнула. – Если ты этого хочешь – мы сделаем это! Я и мастера тебе подскажу, я тут периодически обновляю свои…

Их беседу прервал телефон Вик, который завибрировал на тумбочке. Да, здесь есть телефоны, сотовая связь, интернет и телевидение. Как метко заметила Костра – умирают все.

– Мне нужно быть через полчаса в беседке. Черт! – Она отбросила телефон, словно он обжигал ей пальцы.

– Не хочешь?

– Не хочу. Я должна быть с Ветром, но его сестра… Он же добрый, он любит ее и простит любую боль. Я не могу ее простить. Не могу, Элис, что бы там Ветер ни говорил.

– Ты его любишь, поэтому и не можешь выносить его боль.

– Не знаю, я ничего не знаю об этой чертовой любви… – Вик вздохнула и отложила щетку.

– Ты знаешь главное. – Элис села рядом с Вик и взяла ее за руку.

– Еще утром я этого не знала, не осознавала. А там, когда кричала на Сияющую, я просто сказала это и поняла, что так и есть. Это была самая верная правда, потому что я не обдумывала ее, не анализировала… Может, такой и должна быть любовь?

– Вы с Ветром многое прошли вместе, прожили бок о бок столько дней, чтобы влюбиться.

– Нет, Элис. – В глазах Вик что-то изменилось, взгляд стал мягче. – Чтобы влюбиться, не нужно время, достаточно секунды.

– То есть ты влюбилась в Ветра с первого взгляда?

– Разве я сказала, что с первой секунды? – Элис потупила взгляд. – Можно знать человека годами, а потом в одну секунду влюбиться. Любовь другая, ей нужно время, чтобы окрепнуть. Ей нужны силы. Поэтому нас и не учили любить – чтобы мы не тратили то, что должны отдавать в бою.

– Но ты поразительно хорошо осведомлена…

– Это все мои мысли, догадки и – немного счастья. – Вик сжала подаренный Ветром кулон. – Мне нужно собираться. А ты пока подумай о том, что хочешь изобразить на голове. И не загоняйся по поводу любви: время просто не пришло. К любви нужно быть готовой, даже если тебе и кажется, что это совсем не так.

Виктория скрылась в ванной, оставив Элис размышлять над тем, что этот день определенно пытался стать вечным.