Яна Летт – Сердце Стужи (страница 25)

Барт приехал в Парящий порт, и, сойдя с поезда, я пошла за ним, держась позади. Тень была моим другом, и я почувствовала азарт – было что-то новое, волнующее в том, чтобы выслеживать кого-то в Химмельборге. Я невольно подумала об Унельме. Вот какой, должно быть, стала теперь его жизнь.

Ночной Парящий порт был пустынен – а я думала, жизнь здесь всегда суетлива и шумна, как в муравейнике. Всего пару раз мне на глаза попались редкие прохожие. Никто из них меня не замечал – и всё же я старалась идти вдоль стен, не выпуская Барта из виду.

Он шёл быстро, то и дело сворачивая в закоулки и мнимые тупики, пролезая в дырки в заборе, петляя… Вслед за ним я вышла к скопищу старых ангаров, с виду полузаброшенных.

Хочешь спрятать что-то – прячь на виду. Умно.

Я видела, как Барт остановился рядом с одним из многочисленных одинаковых ангаров. Я услышала, как поворчаивается ключ в замке… Для меня это могло стать проблемой. Уже после того, как Барт скрылся внутри, своим обострившимся до предела слухом я различила, как он шепнул всего одно слово: «хаар».

Пароль? Но зачем? Я точно чувствовала: в ангаре, кроме Барта, никого не было.

Я прислонилась к стене неподалёку от ангара, выбрав угол потемнее, и задышала размеренно и ровно, расслабляя мышцы, – кто знает, сколько времени мне предстояло тут провести. За это время мимо меня дважды проходили сторожа – судя по тому, что они даже по сторонам не смотрели, эта часть Парящего порта не казалась им особенно важной. Барт, должно быть, точно знал, когда они появятся.

Он провёл внутри чуть больше часа, а когда снова появился, я засомневалась. Последовать за ним или проверить ангар? Скорее всего, если зайду внутрь, Барта потом не догоню – несмотря на все эликсиры.

Решившись, я подкралась к ангару. Сторожа проходили здесь каждые полчаса – это я успела заметить, пока ждала Барта. Чтобы попасть в ангар, следовало спешить.

Замок, самый обыкновенный с виду… Для тайника я ждала чего-то похитрей. Я вытащила из кармана шпильку – мягковата, но может получиться – и взялась за дело. В кои-то веки я подумала, что мне не хватает Унельма. В своё время, развивая ловкость рук, он учился вскрывать такие замки забавы ради, и получалось у него быстрее, чем мы с Гасси успевали предложить ему перестать заниматься ерундой.

– Давай же, – шептала я себе под нос. – Давай, давай.

Я была так увлечена копанием в замке, что так ни разу и не задала себе вопроса о том, что именно и зачем, собственно, делаю. Риск был огромен. Узнай Стром о том, что я следила за Бартом, он никогда не стал бы доверять мне снова.

Есть. Замок щёлкнул и открылся. Я тихо отворила дверь – так же тихо затворила её за собой.

Здесь было темнее, чем снаружи, но благодаря эликсирам для меня это не имело значения.

Ангар был пуст. Ближе к стенам виднелись кучи какого-то хлама – сломанные крылья паритеров, баки из-под дравта, старые фонари… Ничего больше.

– Хаар, – прошептала я тихо, и воздух передо мной дрогнул, как будто моё слово камушком упало в середину лесного пруда. Сквозь зыбь мягко проступили очертания стеллажей – бесконечных рядов стеллажей, теряющихся вдали, как стены лабиринта.

Внизу справа и слева, на периферии зрения, я заметила нежное лиловое сияние – слабое и быстрое, оно, как живое, стеснительное, ускользало всякий раз, как я пыталась разглядеть его получше.

Магия.

Я вспомнила многочисленные книги о магии Вуан-Фо, виденные мною в кабинете Строма. Неужели он сам обучился ей в достаточной мере, чтобы создать эту иллюзию, надёжно скрывающую секреты? Или это сделал кто-то из его друзей? Быть может, иноземцев? Никогда я жизни я не видела ничего подобного и даже не надеялась, что увижу.

Я медленно пошла вперёд. Ангар был огромен – потолок терялся где-то вверху; изнутри он казался куда больше, чем снаружи.

В полумраке я различила стеллажи и пошла вдоль них, стараясь ничего не трогать.

Большую часть полок занимали мотки длинного жёсткого троса, похожие на свернувшихся клубком змей. Трос напоминал тонкие кишки снитиров – примерно так их складывали в разделочных комнатах, прежде чем отправить к механикёрам на распределение…

Кабель. Вот что это было такое – я не сразу вспомнила малознакомое, книжное слово. Кабель из незнакомого мне материала. Такой используют для связи в других странах – о принципах работы этой связи я знала мало, но была почти уверена, что это он.

Зачем Строму и Барту столько кабеля? И как они смогли его достать и привезти в Кьертанию?

Я продолжала двигаться вдоль стеллажей. Полки с кабелем наконец закончились, и на смену им пришли канистры. Огромные, одинаковые, без маркировок и этикеток. Я попыталась открутить крышку с одной из нижних, но ничего не вышло. Она оказалась запаяна.

Я миновала ещё несколько стеллажей, свернула в образованный ими коридор.

Там, за углом, было нечто огромное, накрытое брезентом. Подойдя ближе, я заглянула под брезент – и едва сдержала возглас. Два самолёта. Их я узнала сразу.

В книгах, которые обожал Унельм, я видела такие не раз. Крылья и корпус из металла, стеклянные окошки, лёгкость и сталь… Чтобы такой взлетел, препараты и дравт не помогут. Нужно что-то другое. Может, содержимое канистр на стеллажах?

Самолёты маленькие, лёгкие. В Кьертании такие бесполезны. Попав в Стужу, самолёт замёрзнет мгновенно, и никакие иноземные механизмы не помогут.

Я поправила брезент и двинулась дальше. Новые стеллажи оказались уставлены большими сосудами с толстыми стенками – голубыми, зелёными, жёлтыми. Мне пришлось подойти к ним совсем близко, чтобы различить то, что плавало в них, в плотном желе, похожем на плир.

Препараты. Кости васок и когти ормов, вуррьи печени и жёлчные пузыри хааров, клыки бьеранов, сушёные элемеры, рога эвеньев… Бесконечные ряды сосудов. У меня захватило дух.

Я никогда прежде не видела, чтобы препараты хранили подобным образом. Желе внутри было похоже на плир – но, судя по лёгким пузырькам воздуха в сосудах, плиром всё же не было. Возможно, новый экспериментальный состав? Зачем он может быть нужен – чтобы перевозить препараты на большие расстояния, не испортив, не повредив?

Кажется, теперь всё встало на свои места. Я вспомнила Унельма и ощутила минутные угрызения совести.

Он был прав. Эрик Стром действительно занимался контрабандой – и до сих пор я представить себе не могла её масштабов.

Колоссальные деньги – интересно, сколько можно выручить за все эти препараты на внешнем рынке. Сотни протезов, редкие лекарства… Взамен можно получить многое.

Например, самолёты.

Стром действительно готовился к тому, что Стужа уйдёт. У Химмельнов нет и не может быть плана на этот случай – а у Эрика он есть.

Должно быть, этот ангар – только часть всего, что припасено им на будущее. Активная торговля наверняка продолжается прямо сейчас.

Что будет, если Унельм продолжит в это лезть?

Я не удержалась – ещё раз взглянула на самолёты, прежде чем уйти. Кьертания не будет брошена на произвол судьбы. Люди на самолётах и бесконечный протянутый через континент кабель свяжут разбросанные по кьертанским просторам города воедино.

Хватит ли этого, чтобы позаботиться обо всех? Протянутся ли гудящие кабели до Ильмора, долетит ли до него хоть один самолёт?

Да – потому что я была охотницей Эрика Строма. Но было много других, кроме Ильмора. Неужели возможно запасти достаточно, чтобы хватило всем?

Я в очередной раз ощутила укол досады от того, что Стром не рассказал мне об этом. Я понимала, что для безопасности тайны такого масштаба всегда будет тем лучше, чем меньше людей знает о ней. Само собой, Эрик куда больше доверяет своему старому наставнику, чем мне. И всё же…

Я дождалась, пока сторожа в очередной раз пройдут мимо, и выскользнула из ангара, закрыла дверь на замок.

Барт не называл никакого нового пароля, выходя, – значит, и мне не нужно. Даже если охранители найдут это место, они не увидят ничего, кроме старого склада.

Впрочем, судя по разговору Строма и Барта, всё равно уже скоро тайник переместят – в неведомое мне более безопасное место.

Конечно, ставки огромны. Если хоть часть спрятанного обнаружат – весь план Строма окажется под угрозой.

Я добралась до дома уже засветло. Мне повезло – Стром ещё не вернулся, и я сразу поднялась наверх, упала на постель, не раздеваясь, и забылась крепким сном.

Мне снился кабель – бесконечный, звенящий на новом, тёплом ветру. Под ним колыхалось целое море высокой зелёной травы.

Унельм. Нижний город

Он отправился в Нижний город следующим же вечером – слишком боялся передумать. Унельму вообще не нравилось бояться. Деньги – не слишком много – он зашил в небольшой мешочек и спрятал на груди под рубашкой. Револьвера у него не было, но идти совсем без оружия не хотелось, и во внутренний карман – туда же, где хранилось несколько писем из дома на удачу и всякая всячина для фокусов – он положил маленький, но острый нож в чехле из хаарьей кожи.

Идти днём, наверное, было бы куда менее опасно, но непонятно было, как отвертеться от службы. Отдел Олке которую неделю работал без выходных. Унельм привык к кофе и, перед тем как отправиться в Нижний город, выпил несколько чашек – теперь его ощутимо потряхивало от волнения.

Оделся он, как советовала Лудела, просто – новую кожаную куртку, которой очень гордился, оставил дома, и вместо неё выбрал ту, что купил сразу после переезда в Химмельборг. Тогда, впрочем, и она казалась ему очень даже ничего. Он даже на первую встречу с Омилией её надел, думая, что выглядит отлично. В сумку Ульм спрятал свитер и пару тёплых носков – к холоду уроженец окраины привык относиться серьёзно.