Яна Лавэй – Белый север: огонь на юге 2 (страница 1)
Яна Лавэй
Белый север: огонь на юге 2
Пролог. Последний сон Белой Матери
Она снилась Алине каждую ночь.
Не как угроза. Не как враг. Как тень, стоящая у края сна.
– Ты победила меня, – говорила она, голосом, похожим на шелест льда под ногами. – Но не победила страх.
– Я не искала победы, – отвечала Алина во сне. – Я искала право чувствовать.
– Теперь они создали новую мать. Из огня, а не из холода. Она не зовёт. Она приказывает. И люди рады отдать ей свои души… лишь бы не думать.
– Где она?
– На юге. Под стеклом. Там, где нет ветра, нет снега, нет боли.
Там, где нет жизни.
Белая Мать протянула руку. В ладони – кристалл, тёплый, как сердце.
– Возьми. Это последнее, что я могу дать.
Не для борьбы. Для памяти.
Алина проснулась.
В руке – ничего.
Но на груди – тёплое пятно, как будто кто-то положил туда живое сердце.
За окном ветер завыл.
И в этом вое она услышала предупреждение.
Глава 1. Город под стеклом
Они увидели «Южную Базу» на рассвете.
Сначала – дым. Потом – сияние.
Не огонь. Не аварийный свет. Настоящий, электрический свет, льющийся из-под огромного прозрачного купола, накрывающего целый город.
– Это невозможно, – прошептала Марина, прикрывая глаза. – Энергии хватило бы на год… но это уже третий.
– Они что-то скрывают, – сказал Сергей, сжимая рукоять пистолета. Последний патрон – на месте.
Алина шла впереди, держа за руку Артёма. Мальчик молчал. Его глаза – прищурены, как у зверя, чующего ловушку.
У ворот их встретили Хранители.
Шестеро. В белых комбинезонах, без лиц – только маски с мягким голубым свечением. Ни оружия. Ни угроз. Только тишина.
– Имена, – сказал один из них. Голос – ровный, без интонаций. Как у диктора старого радио.
– Алина. Сергей. Марина. Артём.
– Цель?
– Выжить.
– Выживание возможно только в гармонии. Гармония требует очищения.
– От чего?
– От лишнего. От страха. От боли. От воспоминаний, которые мешают.
Артём вдруг шагнул вперёд.
– Вы стёрли их?
Хранитель медленно повернул голову к нему.
– Мы даровали им покой. Ты тоже можешь быть в покое.
– Я не хочу покоя. Я хочу помнить.
Тишина. Даже ветер замер.
– Тогда ты – аномалия, – сказал Хранитель. – Аномуляции направляются в Центр Адаптации.
– Нет! – крикнула Алина, встав между ними.
– Не волнуйся, – мягко сказал Хранитель. – Боль – временная. Через час вы все будете… целыми.
Он протянул руку. На ладони – маленький имплант, похожий на жучок из стали.
– Это подарок Матери. Он соединит тебя с гармонией.
Алина посмотрела на Артёма. В его глазах – не страх. Жалость.
– Мы не примем ваш подарок, – сказала она.
Хранитель не удивился.
– Тогда вы останетесь за куполом. Здесь холодно. Здесь больно. Здесь – реальность.
Он повернулся и ушёл. Ворота закрылись без звука.
– Что теперь? – спросила Марина.
Алина смотрела на купол. За стеклом – люди. Идут по улицам. Улыбаются. Дети играют.
Но никто не смеётся по-настоящему.
Никто не плачет.
Никто не спорит.
– Мы не уйдём, – сказала она. – Потому что за этим стеклом – не рай.
Это тюрьма без решёток.
– Как мы войдём?
– Они сами нас позовут.
Потому что аномалии всегда притягивают внимание.
В этот момент Артём поднял руку. На ладони – тёплое пятно, такое же, как у Алины во сне.
– Она знает, что мы здесь, – прошептал он. – И она боится.
– Кто?
– Матерь.
За куполом вспыхнул свет.