Яна Лари – Соврати меня (страница 20)
– Ладно, – набираю в грудь побольше воздуха. Пальцы начинают неметь от напряжения. – Я уверенна, что была влюблена в своего парня. По крайней мере, ничего подобного я прежде ни к кому не испытывала. Его улыбка, голос, манеры – всё казалось таким волшебным, правильным, неповторимым. А недавно всё резко встало с ног на голову. Тот улыбчивый добряк, о чувствах к которому хотелось кричать на весь мир, стал вдруг совершенно другим человеком. Я даже подумываю о том, чтобы окончательно с ним порвать, вот только... Знаешь, иногда он прошлый возвращается. Мне кажется, что я его вижу и где-то возле сердца начинает саднить. Этому невозможно сопротивляться. Хочется вернуться на пару месяцев назад, туда, где нам было хорошо и разобраться, что его так изменило...
Мою пламенную лирическую речь перебивает откровенный ржач невесты.
– Ага, зелёные человечки с Альфа Центавры его изменили, – отсмеивается она, поднося огонь зажигалки к сигарете. – Это, Машка, называется раскрыть глаза. Эйфория первых чувств прошла, мишура пооблетела и осталось то, что было там всегда – он настоящий. Сразу оговорюсь, идеальных не будет. Поверь будущему психологу. Просто присмотрись, сейчас самый момент, и других заодно вниманием не обделяй. Нет ничего обиднее потерянного времени.
– А что делать, если тот, другой, на всю голову отбитый сосед и для жизни совсем не годится?
– Так, я не поняла, ты хочешь познать мужчину или сразу под венец собралась? Расслабься, Маш, твоя девственность кроме старушек с лавки никому не сдалась. Да и те сейчас дадут фору любому нигилисту.
– Думаешь, стоит вот так вот – без любви?
– Стоит, не стоит – ты ничего не теряешь. Для счастья в женщине, как в сказке, должен быть хороший конец, – я нервно хихикаю, на что Катька только закатывает глаза. – Так, давай ты уже прекратишь смущаться, и посмотрим на ситуацию здраво, хорошо? – она облокачивается на перила и вопросительно вскидывает бровь. Я киваю, показывая, что внимательно слушаю. – Давать по любви или с умом не важно, шанс разочароваться примерно одинаковый, и вряд ли тебя с первым же мужчиной ждёт полная совместимость. Дурной – это, конечно, минус, но вас, как я поняла, ничего не связывает. С ним по крайней мере в случае провала проще разбежаться. Ты же не станешь покупать туфли без примерки? Нет. Вот и примерь его как следует, не торопись, прислушайся к себе: хорошо ли, не давит ли. Потом уже можно присматриваться к бывшему – так же захочется что-либо возвращать?
– А что, если захочется? Как я к нему потом вернусь испорченная?!
– Вот ты балда, – Катя даже давится дымом, глядя на меня таким же примерно взглядом, каким я смотрела на Мира, когда тот по пьяни сжёг мангальную. – Портится кусок мяса на жаре, а девушка – набирается опыта. По этому поводу не грузись, его ошибка, что упустил момент. Так-то у тебя есть более приземлённые причины для волнения, например, как ты своего, на голову отбитого, в постель затащить собралась?
– Эм-м-м... – растерянно потираю переносицу. Похоже, сливовая самогонка попала точно в цель, потому что согласие Мира до этого момента воспринималось как нечто само собой разумеющееся, но вот доводы подкрепляющие мою уверенность, в упор не подбираются. – Он как бы всегда готов...
– Понятно, и здесь собралась косячить. Запоминай, дорогая, в искусстве соблазнения главное не перестараться. Пусть не задирается. Он должен почувствовать себя счастливцем, а не возомнить о себе бог весть что.
Попытка представить перед глазами не мнящего себя богом Мира вызывает непреодолимое желание засмеяться, но выразительный взгляд моей наставницы заставляет вернуть лицу серьёзное выражение.
– Ладно, попробую. И как этого добиться?
– Значит так, зайди к нему в домашнем халате, скажем... за солью!
– Едва ли Мир имеет понятие, где в его доме хранится соль. Готовка и прочие хозяйственные дела целиком на плечах домработницы.
– Так, зануда, ты меня каким вообще местом слушаешь? – Катя с безграничным терпением гасит окурок о щербатое блюдце. Будто дыру промеж лба выжигает. Предположительно моего лба. – По-твоему, всегда готовый самец возьмёт и поскачет как последний ишак за солью? Он, естественно, первым делом попытается заманить тебя в свою берлогу. С момента, как переступишь порог его дома всё – можешь расслабиться. Всю грязную работёнку сделают за тебя. Главное не забывай соглашаться со всеми его предложениями: выпить чай, посмотреть коллекцию СD дисков, покормить змей в домашнем террариуме, тут уже зависит от его фантазии. И вот ещё, постарайся держаться к объекту как можно ближе, чтобы его воображение бесперебойно работало в нужном направлении.
– Как можно ближе, – с сомнением бормочу себе под нос. Ещё бы у меня рядом с Миром так коленки не дрожали.
– Слышь, подруга, а ты точно уверенна, что готова? – мрачно уточняет Катя, кутаясь в тонкую кожанку мужа. – У тебя сейчас лицо, как у столетней гейши: белее белого и дёргается глаз.
Я только тяжело вздыхаю, бросив грустный взгляд на кружево фаты. Честно говоря, я себе первый раз немного по-другому представляла и надеялась, что всё случится естественно, плавно, а не с бухты-барахты. Но с другой стороны, с Димой было столько подходящих моментов, что хватило бы на целый слезливый сериал, да так и не срослось. Наверное, взаимопонимание не главное, раз самые волнующие эмоции я умудрилась испытать, если не спрятавшись в кустах во дворе Арбатовых, то позже, у шезлонга, точно.
– Любимая, кончай шмалить! – смеётся раскрасневшийся Вова, вываливаясь на балкон с гитарой наперевес. – Я собираюсь посвятить тебе песню!
– Всё поняла? – Катя бросает на меня вопросительный взгляд. Я торопливо киваю. Не хочу осуждать столь щекотливые темы при посторонних. – Ну пошли тогда, вызовем тебе такси и послушаем живое исполнение на дорожку.
Пел Вова душевно, но нескладно. Впрочем, с окосевшим Валерой на подпевке иначе бы не вышло. И всё равно, зардевшейся Кате не удалось скрыть предательскую слезу, мне не удалось сдержать растроганную улыбку, а новоиспечённой свекрови не удалось уберечь мясную нарезку, и крайне довольный собой мопс, соскочив с её колен, потрусил за комод расправляться с добычей.
Добравшись домой, остаток ночи ворочаюсь в постели. Кусаю в предвкушении губы, вспоминая требовательные руки сводного брата и тщательно планируя волнующий шаг, который собираюсь совершить уже следующим днём.
Глава 22. Приятный сюрприз
Сегодняшний полдень неуловимо выделяется из череды таких же аномально жарких дней, и хоть пустые комнаты по-прежнему напоминают склеп, эхо собственных шагов больше не вызывает потребности надраться вусмерть. Видимо, сработала таки крылатая присказка "время лечит" или, если по-простому – я отпустил сожаления. Стать хорошим сыном никогда не поздно. Осознал и вернулся вкус к жизни, вместе с желанием прожить её на полную.
Как итог, я стою в одних шортах напротив распахнутого настежь окна, допиваю уже второй по счёту капучино и лениво пытаюсь вспомнить, когда в последний раз ходил на свидание. А вспоминать, собственно, нечего. Светка из подготовительной группы не в счёт. Мы сбежали во время тихого часа через лаз за сторожкой и подружились с таким же мелким попрошайкой, который подло променял нашу дружбу на несколько банкнот. Продажная крыса просто нас сдал.
Пара обидных подзатыльников от отца и увольнение любимой воспитательницы доходчиво закрепили в моей голове простую истину – всем нужны только твои деньги. Не скажу, что это знание особо омрачило мне жизнь, но необходимость в таком сомнительном мероприятии, как прогулки под луной отпала за ненадобностью. Укрепление симпатии до кондиции необходимой для секса неизменно решалась в два счёта – кредиткой.
Однако сегодня я терзаюсь несвойственным моему внутреннему цинику порывом выманить таки пугливую сестричку на свидание. Конечно, не без видов на пикантное продолжение, но и без особой на него надежды. Довела недотрога! Дожил. В трусы хоть лёд засыпай, чтоб как-то сбить пожар, которому параллельны какие-то там ухаживания. Правда пара свежих ссадин на лопатке в форме каблука недвусмысленно намекают на стопроцентный отказ. И всё же, чем чёрт не шутит? На крайний случай утащу её насильно, а дальше видно будет. Вдруг понравится? Мало ли странных парочек видел наш сквер.
Внезапно картинка за окном перестаёт быть обыденной ибо на горизонте материализуется причина моих чудачеств. Смотрю во все глаза и никак не решу, что меня больше смущает: надетый на скромнице коротенький халат или тот факт, что Маша зачем-то забегает в мой двор – несётся на всех парах, спотыкаясь о свои же ноги. Очень интересно. А глядя на колышущуюся под тонкой тканью грудь, я бы даже сказал – волнующе. Да какой там. Заводит на раз.
Ну всё, паучонок, держись.
– Надо же, какой приятный сюрприз, – ухмыляюсь, распахнув дверь перед её носом и прислоняясь плечом к дверному косяку.
Маша обескуражено замирает на нижней ступеньке. Будто в стену невидимую лбом вписалась.
И-и-и? Так и будем молчать?
С трудом игнорируя недвусмысленное воодушевление своего организма, неторопливо поднимаю взгляд от острых коленок к соблазнительным округлостям бёдер. Пару секунд изучаю повязанный бантом поясок – неровно так, словно всегда аккуратная Маша вдруг растеряла обычную собранность. И правда, вон как пальцы подрагивают: то собирают гармошкой край подола, то нервно приглаживают смятую ткань.