Яна Лари – Развод не повод расставаться (страница 3)
Я не боюсь отказать. Чтоб не остаться в минусе, этот Демьян меня оплодотворит не один раз! Богатый мужик он потому и богатый, что только в кино швыряет по полмиллиона за случку. Благо мне его подарков не надо. Колечко верну, как только увижу на тесте заветные две полоски! А верный он или ходок, вообще всё равно, пусть только справку покажет! Кстати...
— Я принципиально не пользуюсь защитой, — произношу, сцепляя перед собой пальцы. — Поэтому к тебе поднимемся, не раньше, чем покажешь мне справку об отсутствии венерических помех.
Евгений к такому же требованию отнёсся спокойней. Было время подготовить его в переписке. Показать не успел. Да и смысла не было.
Демьян же усмехается криво, с недоверием, а затем начинает так громко ржать, что на нас весь зал оборачивается.
— Серьёзно? Может, всё-таки другую отговорку, чтоб меня продинамить, придумаешь?
— Или показываешь справку или никак, — цежу категорично. Смешно ему? А зря. На других условиях я даже времени на него терять не буду.
— Будет тебе справка, обломщица, — выдыхает он сквозь кривую усмешку. И почему-то это звучит как угроза.
Его бесстыжий взгляд обжигает, а рычащие нотки в голосе сладко царапают затылок. И я на секунду тоже жалею, что нужно ждать. Взвинченность и возбуждение рвут меня на части.
— Ну хоть в машину ты ко мне без справки сядешь? Поедем, покатаемся по городу. Один чёрт теперь всё равно не усну.
Глава 4
Глава 4
Нехилые такие условия, заявленные мне Ульяной, вообще никак не способствуют релаксации. Я как халдей какой-то катаю её по ночному городу, пока она бессовестно смотрит на меня в упор, поджав под себя левую ногу, а правую подтянув к груди и упираясь стопой в пассажирское кресло. Как наглая кошка, которую впустили в дом погреться, а она сразу отправилась шарить по столам!
Хорошо хоть туфли потрудилась скинуть.
Да моя ласточка от такого обращения заглохнуть должна была как минимум! Видимо, тоже пребывает в шоке, как я...
Мне ещё никогда не ставили условия, чтоб просто переспать! Это что за подстава? Кто кого собрался поиметь в итоге, я не понял?!
Но просто вышвырнуть нахалку из машины не позволяет гордость. Добиться своего теперь уже дело принципа, вопрос самоуважения, можно сказать. Когда это красивые девушки меня на лопатки укладывали? В постели только и было подобное. Да, в конце концов, что я ей плохого сделал? Пока что только выручил!
— Ульяна, послушай... — пытаюсь её образумить. — Зачем усложнять? У тебя на латекс, что ли, аллергия?
Если б не Галя, так бы и не знал, что может быть такое.
— Нет.
— Тогда не пойму! Тебе так охота тоже пройтись по врачам? — намекаю, что уже я не горю желанием рисковать.
— Держи! — Она не даёт даже договорить, роется в карманах своего пиджака и суёт мне под нос справку с печатями. — Свежая. Видишь число? Вчерашнее.
Пока стоим на светофоре, внимательно изучаю бумажку. Придраться не к чему, остаётся только тихо охреневать. Она не блефует и не шутит! Боже, пройти через это стоит уже ради того, чтоб развязать себе руки. Доберусь до Ульяны и... не знаю, что сделаю! Всё! Абсолютно всё, на что фантазии хватит! Она мне, зараза, за каждую вытрепанную нервную клетку заплатит!
— А залететь не боишься? — мрачно кошусь на неё. — Вообще-то, от незащищённого секса ещё и дети бывают.
Я не знаю причин подобных капризов, да мне, если честно, абсолютно плевать. Мы люди взрослые, своя голова должна быть на плечах. Я подкатил, а дальше тон общению задала Ульяна. Сама! И провоцировать начала тоже она… Даже сейчас эротично прихватывает нижнюю губу жемчужными зубами. И о чём только думает сидя передо мной в задравшемся по самую задницу платье? Ясно дело о чём! О том же, о чём и я!
Она медленно переводит мутный взгляд мне в глаза.
— С этим у тебя проблем не будет, — бросает сухо, разом как-то напрягшись.
Понял. Не лезу. Если Ульяну эта тема травмирует, больше её поднимать мы не станем. У меня тётка бесплодная, знаю, как это непросто.
Дороги пустые. Давно рассвело, но небо затянуто тучами и город кажется вымершим. Хмель из головы Ульяны давно должен был выветриться, а голубые глаза в полумраке салона всё равно блестят немного пьяно. И идея немного развлечься прямо здесь, на углу безлюдного сквера, уже совсем не кажется провальной.
Я тянусь к бардачку, чтоб достать упаковку влажных салфеток.
— Тебе же замужество на хрен не сдалось, правда? — усмехаюсь, тщательно протирая каждый палец. — Молчишь? Вот и правильно. Вопрос риторический.
Конечно, можно позанудствовать, но зачем? Повисло между нами шуткой и ладно. У меня тут наметилось занятие поинтереснее. Благо в отличие от остального, мои руки в справках не нуждаются.
Нависнув над притихшей пассажиркой, нагло проскальзываю ладонью под платье. На Ульяне чулки. Кожа под тонким капроном горит. Не отрывая дикого взгляда от её глаз, пробираюсь чуть выше, по ажурной кромке к намокшему кружеву нижнего белья.
Ульяна тихо ахает, когда я грубо сминаю треугольник ткани, одновременно покрывая лёгкими прикусами изящную линию челюсти. Она вжимается плечом в кресло и поднимает выше согнутую в колене ногу, открываясь моему чумному взгляду полностью.
Без смущения, без наигранности. Совершенно.
Отодвигаю ткань в сторону и веду подушечкой большого пальца по гладкой плоти, ощущая кожей отзывчивую мягкость женского тела. И снова целую, теперь уже в губы. Более резко, грубо, настойчиво... Под закрытыми веками взрываются фейерверками обрывочные картинки, всего, что я бы мог с ней сделать, но по её упрямой милости не делаю.
Состояние дикое — пограничное между бешенством и болью.
Я тихо рычу, когда проталкиваюсь в неё без ласки, без подготовки указательным и средним пальцами, на все три фаланги разом! Голову какая-то хмарь накрывает, пелена на глазах, только инстинкты работают. Сжать. Схватить. Присвоить. И я не собираюсь нежничать. Не заслужила.
— Плохая девочка! — выдыхаю хрипло в ответ на её несдержанный стон. Повторяющийся громче, когда я начинаю двигаться с той же резкостью, с какой проник в неё.
Рвано втягиваю носом горячий густой воздух, когда шире открываю рот, вылизывая тонкую лебединую шею, так одуряюще пахнущую, что её хочется свернуть! Ульяна будто нарочно дразнит, сжимая меня изнутри, ещё больше разводя ноги, прижимается ближе, ещё ближе... Она такая горячая, такая жаждущая... что, если расстегну ширинку и посажу её сверху, даже слова против пикнуть не сообразит! Я просто лишу её способности размышлять и ужасаться тому, что с ней делают.
Возможность вырисовывается настолько соблазнительная, что у меня от предвкушения жжёт лёгкие и болезненно пульсирует в паху. Получить разрядку так просто, стоит только проявить настойчивость. Каждая мышца во мне горит и напрягается. Всего несколько движений нужны для смены позы... Раскрасневшаяся, с лихорадочным, поплывшим взглядом Ульяна и не поймёт ничего! А когда поймёт, тогда уже будет поздно.
Я до скрипа зубов сжимаю челюсти, чтобы не сорваться. Хочется выть, но нет. Это не та женщина, которую при неограниченном запасе времени хочется трахнуть по-быстрому в тесной машине. Потом, может быть, если подвернётся случай, а нет — не страшно. У меня просторная квартира и куча времени, чтоб воплотить в жизнь всё, что только в голову взбредёт. Всё потом... Потом! Ещё наверстаю.
Подвожу Ульяну к оргазму и чувствую, как снова зверею. Она красиво, безумно чувственно кончает на моих пальцах, а я впиваюсь алчным взглядом в её пылающее лицо и злюсь ещё сильнее, сам не знаю почему.
Оставив её приходить в себя, забираю из бардачка бутылку Хендрикса, пулей вылетаю из машины и закуриваю. Запиваю дым неразбавленным джином. Накрапывает мелкий нудный дождь. Огонёк сигареты шипит... и я весь тоже...
Неудовлетворённость сжигает мои внутренности в пепел.
Глава 5
Глава 5
— Слушаю, — отвечаю на звонок телефона, пытаясь сообразить, какого чёрта может захотеть от меня моя мать после двухнедельного бойкота. Точнее, она меня за хамство решила наказать игнором, а я… я просто кайфую! Наслаждаюсь тишиной и покоем.
— Надеюсь, ты не забыл вчера поздравить племянника с днём рождения? — как обычно, заходит она с упрёков.
— Забыл, — с ухмылкой выдыхаю дым, шлифую джином. Горло дерёт от крепости напитка, но отпускает изнутри немного, становится тепло. Никотин так не греет... — Спасибо, что напомнила… на следующий день. Повод прочитать мне мораль засчитан, выслушаю в другой раз. Сегодня я занят.
— Чем ты таким занят, негодяй?! — моментально заводится она. — Мать его неделями не слышала, а он, видите ли, занят! Спозаранку!
— Женюсь! Такое обоснование сойдёт? — психую. Моя холостяцкая жизнь шестой год не даёт ей покоя, с тех пор как мне исполнилось двадцать. И мать, соответственно, не даёт покоя мне.
Меня периодически так и подмывает нанять актрису, такую… специфическую, можно с низкой социальной ответственностью! Чтоб мама ахнула, взмолилась: «не женись!», и раз и навсегда закрыла тему. Типа мечты сбываются, ага. Загадывайте аккуратно...
Блаженная тишина на том конце линии длится недолго.
— Не смешно, Демьян.
— А кто смеётся? Загс откроется, пойду подавать заявление.
В этот раз тишина длится дольше.
— Ну да, конечно, — не верит она. — Столько и верблюд не выпьет!