Яна Лари – Приструнить босса (страница 19)

— Ты правда грубил, потому что боялся признаться, что я тебе нравлюсь? — мурлычет поганка, заглядывая мне в глаза.

— Ни хрена я не боялся! — Порывисто встаю с кровати, чтоб натянуть трусы. Постановка вопроса просто коробит. И тут у неё Дулин — герой, а слюнтяй какой-то! — Дай сюда, телефон.

Буквально вырываю мобильный из её тонких пальцев.

— Вова, что ты делаешь?

О, как заволновалась. Аж по имени обратилась! Наверно, снег пойдёт…

— Ответ пишу. — Отмахиваюсь от требовательных рук. — Тебе это недоразумение твой бывший прислал. Неужто не узнала? Или так не терпелось на меня наехать?

— Извини ещё раз. Я была неправа. И не нужно ничего отвечать… — Опять пытается отнять у меня телефон Юля.

— Значит, как из-за него выслушивать, так нормально? — с психом отталкиваю её на кровать. — Ты не оборзела ли, а?

Едва разбирая буквы от злости, печатаю ответ:

«Жизнь — прекрасно, замуж выхожу. И у меня к тебе просьба, такая же маленькая, как твоя пипетка. Сотри уже мой номер, будь любезен!».

— Всё. Я добавил этого олигофрена в чёрный список. Не благодари.

— Не буду, — Юля задыхается от возмущения, явно пытаясь придумать слово пообиднее. Но по итогу лишь выпаливает: — Я сама в состоянии это сделать!

— Ой, видали уже, на что ты способна, извращенка, — смеюсь ехидно, уворачиваясь от летящей в меня подушки. — Иди уже, собирайся. У нас вечером самолёт.

Я почти не жалею, что не воспользовался моментом Юлиной мимолётной капитуляции. Уверен, тогда непременно вернулся бы дед или в окно залетел ураган, или ещё какая муть приключилась. Я не мазохист. Верну её в кофейню, там и продолжим.

Моя территория — мои правила.

Глава 17

Юля

Хаматов: Опаздываешь?

Перечитываю полученное сообщение и выгибаю бровь, глядя в глазок камеры, установленной над рабочей зоной.

Обратный перелёт прошёл настолько спокойно, что я даже как-то расслабилась. Не ожидала, что босс вспомнит, какой он тиран прямо с утра понедельника.

По крайней мере, раньше он не афишировал, что наблюдает за мной из своего кабинета.

Ларионова: Я помню про штраф. Извинения прилагаются.

Ларионова: Троллейбус был переполнен. Пришлось ждать другой.

Это мои проблемы и вовсе не попытка избежать финансовой кары. Просто не хочу, чтобы Вова решил, будто я обнаглела или считаю, что, подержавшись за его член, теперь могу себе позволить появляться на работе по велению левой пятки.

Едва успеваю надеть фирменный фартук нашей кофейни, как на телефон приходит ответ.

Хаматов: Забей.

Ларионова: Мне не нужны поблажки. Я профессионал.

Хаматов: Потому и поблажки. Не хочу, чтобы тебя увели конкуренты.

Я даже не нахожусь, что на такое откровение ответить. Готовлю лавандовый раф для постоянной клиентки. Банка для чаевых радует приятным звоном, который сразу же подхватывает и мой телефон. Словно босс специально ждал, когда я освобожусь.

Ощущение, что он находится рядом, добавляет переписке изюминку.

Хаматов: Дедушка не забыл уговорить тебя познакомиться с моей семьёй?

Ларионова: Я занята на неделе.

Нет, ну а что мне ответить?

Дедушка шепнул, что по-настоящему человека можно узнать и понять, лишь понаблюдав за ним в кругу семьи. А я боюсь в нём разочароваться.

Пока что я Вове не давала надежд, но если приму приглашение, это как будет выглядеть? Даже не так. Как будет выглядеть, если я приду к нему в дом, а потом у нас ничего не получится?

Несерьёзно и ветрено, вот как.

И стыдно будет смотреть в глаза Евгении Павловне. Она уже давно не наш классный руководитель, но по-прежнему незыблемый авторитет. Про старшего Хаматова вообще молчу. Я до сих пор не знаю, его бояться надо или слухи про бандитское прошлое всего лишь деревенские байки?

С одной стороны, не думаю, что Евгения Павловна связалась бы с плохим человеком.

А с другой стороны, любовь зла…

Хаматов: И чем же ты будешь занята?

Ларионова: Работой. У меня босс — самодур.

Хаматов: Вот козлище. А в выходные?

Отворачиваюсь от камеры, чтобы спрятать улыбку.

Ларионова: А в выходные я от него отдыхаю.

Хаматов: Отлично! Моя сестрёнка приготовит печенья с предсказаниями.

Хаматов: Ты обязательно должна попробовать! Они, кстати, всегда сбываются.

Ларионова: Я мучное не ем.

Ответ, достойный фитоняши, чей лучший друг — сельдерей… Но я не придумала, как вежливо отказаться, чтобы не перейти, как обычно, на личности, а там и разругаться в прах. Это у нас получается лучше всего.

Да и Вова повода для резких ответов не давал. Что странно…

Хаматов: Это не проблема. Я потом помогу скинуть калории;)

Ларионова: Пошляк.

Хаматов: Я про прогулку по ночному городу. А ты о чём?

Ларионова: А я о танцах. Но ладно, прогулка так прогулка, тоже неплохо.

Ответа нет… о-о-очень долго!

Я об одном жалею, что не могу насладиться выражением на лице босса. Ради такого стоило согласиться. Тем более что конкретный день мы не обговаривали, а он бы всё равно не отвязался.

Хаматов: Забрать тебя после работы?

Я вопросительно смотрю в глазок камеры, не до конца понимая, что он подразумевает под этим предложением.

Да и в целом…

Ощущение, что переписываюсь с кем-то другим, на моего начальника совершенно непохожим.

Ларионова: У меня проездной.

Хаматов: А у меня в холодильнике только полуфабрикаты. Не вдохновляет…

Ларионова: Напрашиваешься ко мне на ужин?

Хаматов: Планирую поесть в ресторане. Вместе будет не так уныло.

Я смеюсь, уже не скрываясь. Вот теперь вполне в духе Хаматова — пригласить в ресторан в таком тоне, что в этом и близко не заподозришь свидание.

Ларионова: Я подумаю.