Яна Лари – Попалась! или Замуж за хулигана (страница 21)

Вот и верь потом первому впечатлению.

— Выбрал? — поторапливаю, отступая на шаг.

— Определённо эти. Запах такой… будоражащий.

— Отлично, пошли, — вздыхаю, поправляя свободно свисающий шарф. Вид у Чепразова какой-то пришибленный.

— Подожди! — Руслан нагоняет меня у стенда с тестерами. — Ещё помада нужна.

Ну да, логично. Бабушку уважил, осталась мать.

— Цвет? — уточняю, разглядывая новёхонький стенд. Пробники ещё запечатанные, ни единого отпечатка на глянцевых тюбиках. Видимо, специально к праздникам обновили.

— Не знаю, — теряется он.

— Каким она обычно пользуется?

От такого простого вопроса Руслан ещё больше впадает в ступор.

— Пусть будет красный.

Смело. Я вскидываю бровь, но решаю смолчать. Даже если ошибётся, в конечном счёте главное внимание.

— Брюнетка, блондинка?

— Ну такая… — Играет в воздухе пальцами. — Светло-русая.

— Понятно, — снимаю колпачки сразу с нескольких оттенков красного, чтобы было нагляднее, и протягиваю ему. — Мерло, малиновый, гранатовый…

— Подержи.

Вложив мне в руки ещё и подарочный пакет с духами, Руслан забирает четвёртый тюбик — насыщенного кораллового оттенка и фиксирует мой подбородок свободной рукой.

— Что ты де… — пытаюсь возмутиться, но замолкаю то ли под нажимом помады на губы, то ли под давлением его серых глаз.

— Выбираю тебе подарок.

Руслан громко сглатывает, и я отвожу взгляд, вдруг вспомнив похожее выражение в других глазах — наглых и жгучих… И то, как кипела кровь в ожидании поцелуя.

А что сейчас?..

Настроение резко падает. Решительно отказываюсь от любых презентов, даже не слушая увещевания Чепразова. Не нужно мне ничего. Домой хочу, свернуться под одеялом и никого не видеть.

— Ты на меня злишься, — подытоживает Рус, спустя пару сотен метров молчания.

— Я… Даже не знаю, что тебе ответить, — вздыхаю, пожимая плечами. Это было неожиданно.

Он делает шаг ко мне и заглядывает в глаза как там, в бутике — с непередаваемой смесью муки и голода.

— Пригласи меня в гости. — Кивает на темнеющий в сумерках прямоугольник парадной двери.

Как всё просто. Может, так и надо? А я постоянно сама всё усложняю страхом показаться навязчивой или обидеть?

Я тоже делаю шаг ему навстречу и накрываю ладонью прохладную кисть.

— Руслан, у меня от тебя не бегут мурашки, видишь? — поднимаю его руку. — Просто очень неловко, и всё.

Он с упрямой улыбкой переплетает наши пальцы.

— Их просто нужно разбудить.

— Нельзя разбудить то, чего нет. Подожди здесь, я принесу конспект, — договариваю отстранённо, вглядываясь в чёрную махину, ослепляющую светом горящих фар.

Силуэт в салоне неподвижен. Ноябрьские сумерки тяжело выдыхают холодным ветром и вздрагивают вместе со мной.

Вернулся…

Амиль

Сижу в машине, тупо уставившись на пару у парадной двери.

Закипаю! Как смола, как лёд, брошенный в открытое пламя! В голове бьётся единственная мысль: «Спешил её увидеть? Красавчик. А теперь смотри и заново учись дышать. Желательно размеренно».

Аля не загоняется. По крайней мере, отлично проводит время.

Всё в шоколаде. Если не принюхиваться.

Оплётка руля скрипит под моими пальцами. В голове гудит, как будто в ухо ввинтили дрель. Я прекрасно знаю название этому гулу, но даже мысленно не спешу его произносить. Признать — значит смириться, а я борюсь.

Если я приму тот факт, что Аля мутит с рыжим, оно прекратит высверливать мне в черепе дыру? Не попробовав, наверняка не узнаешь.

Заставляю себя расслабиться, позволяя биению сердца закладывать уши. А оно, зараза, сейчас колошматится даже громче, чем пару недель назад, когда мы садились в поезд. Мы — это компания, которой предстояло перегонять машины в Новосибирск. Я, Кир и Вадим с женой. Трястись в купе нам предстояло пять суток.

Это моя первая серьёзная попытка соскочить с разборки краденного.

Прибыль, конечно, не та. Про комфорт и говорить не стоит. Но, делая Але предложение, я подумал…

Ха! Сейчас даже звучит смешно! И тем не менее меня угораздило внушить себе, что если всё сделать правильно — попросить её руки своими словами, а не наспех заученными абы откуда, и сыграть свадьбу на деньги, заработанные честным трудом, то шанс у нас, пусть маленький, но появится…

Правда, сумма снова понадобилась внушительная и срочно, а лезть в карман к Игорю — откровенный зашквар. По сути, он единственный не в курсе, что собирался спонсировать чистой воды фикцию. Да ещё единственная цель которой — выставить его лопухом. Не так буквально, конечно, но всё равно не по-людски было бы.

И вот в два часа ночи нас встретили на железнодорожном вокзале и повезли в порт. В одноместном номере мы всей компанией по очереди приняли душ и начали готовить машины, купленные нанявшим нас мужиком в Японии.

Оттирать стёкла от корабельной сажи и прочие приготовления мы завершили только к рассвету. После чего получили по две тысячи на быстрый завтрак в местной кафешке, расселись по своим железным коням и начался долгий путь, отпечатавшийся в памяти преимущественно зверским недосыпом.

Ехали колонной: первый босс, потом Кир, затем Вадим. Я гнал за Светкой, замыкая ряд. Водительский стаж у неё, не в пример хватке, слабоват, а вот манера тормозить — экстремальная. Приходилось постоянно быть начеку, прямо как за учебной машиной. И всё равно зевал нещадно.

По обочинам монотонная серая лента лесов, впереди — километры убитой дороги. Постоянная тряска укачивает. Чтобы ненароком не вырубиться, выкрутил музыку на максимум. Помогло ненадолго. С приходом сумерек рубить начало не по-детски. А до следующего хостела пилить и пилить. В лучшем случае добраться светило часам к четырём утра.

Когда Светка в очередной раз притормозила у кустов, я, недолго посомневавшись, набрал Але короткое сообщение. Вышел на воздух. Холод стоял собачий, но хоть немного взбодрил.

И знал ведь, что ей общение со мной до звезды, а всё равно подлая мыслишка, что она слукавила, не давала жить. В глубине души хотелось, чтобы ждала.

Сообщений я ей тогда отправил немерено. Поначалу думал, не слышит. Потом спохватился, что выйдет тупо, если Аля начнёт отвечать, а я уже буду за рулём. Позвонил, блин…

Аля морозилась, я устало тупил. Ещё и Светка, с гиканьем покорив обратный подъём по глинистому склону, начала поторапливать.

Момент для разговора выпал не самый удачный. Так я себя убеждал остаток пути до хостела, куда мы прибыли, как и ожидалось, глубокой ночью. Спать больше не хотелось. Ворочался как тот беззубый пёс, которого заели блохи.

С Алей связаться больше не пытался. По тону было ясно — не перезвонит. Вывод для себя сделал неутешительный — нормальной семейной жизни, зарабатывая перегоном машин, нам не светит. А чистая зарплата автомеханика — далеко не тот уровень жизни, к которому Аля приучена. На том и заснул.

Утром снова за руль и почти двадцать четыре часа непрерывной дороги. Доезжал уже на соплях. Очередная гостиница, баня. Первая более-менее нормальная ночь. Поспал хорошо, но всё равно уже почти сдулся.

Так прошло ещё двое суток. Затем в Новосибирске отдали машины, с нами рассчитались. Домой возвращался на автобусе. Пару дней беспробудного сна и снова в поезд, перегонять по второму кругу. Спина и задница до сих пор протестуют против неудобных сидений случайных машин.

Что примечательно, в дороге голова совершенно пустая, всё на автомате. Процесс мышления никак не участвует в езде, о другом думается. Видимо, я за рулём не столько думал, сколько строил замки. А те, как у любого босоного мальчишки оказались из воздуха.

Пялюсь в лобовое. Пытаюсь понять, что в голове у Рыжего?

Насколько нужно доверять девчонке, чтобы отпустить её замуж за другого?

Я бы не смог.

Дело, наверное, даже не в доверии. Просто своё нужно беречь у сердца. Будь на его месте я — свихнулся точно. Но я не на его месте, меня Аля так трогательно за руку не взяла бы… Я всё для этого сделал!

И всё равно схожу с ума.

Сердце до того противно набухает жаждой действий, что мне становится нечем дышать. Выхожу на воздух. Нарочно громко хлопаю дверью машины. Что собираюсь говорить или делать понятия не имею. Я слишком вымотан многодневной ездой, чтобы собрать мысли в кучу.