Яна Лари – Измена с осложнениями (страница 17)
— Сойдёт, пожалуй, — отзываюсь с мстительной улыбкой.
Марат тоже улыбается. Его горячее дыхание волной прокатывается по обнажённому плечу.
— Я, кажется, недооценил твоё упрямство, — смеётся он тихо, пуская по позвоночнику рой тёплых мурашек. — Я хоть немного нравлюсь тебе?
— Самую малость. Нравился бы больше, если меня выслушал.
Он разворачивает меня лицом к себе. Угольки зрачков накаляют воздух между нами, бесцеремонно пытаясь заглянуть куда-то за радужку и прочитать мои мысли.
— Да что ты? — хмыкает он в ответ. — По-твоему, симпатию нужно заслужить?
Внешне Марат олимпийски спокоен, но нажим пальцев на моей талии говорит, что он всё ещё взвинчен и раздражён.
— А ты хочешь нравиться только за красивые глаза? — внезапно испытываю потребность сгладить углы. — Так не бывает.
— Бывает, Даша, — произносит он серьёзно. — Ещё как бывает.
Обвиваю руками его крепкую шею, пряча за улыбкой растерянность.
Дура… Зачем только завела эту старую песню по новому кругу? Марат себе уши заткнул и не парится. А я всё ворчу, как бабка старая.
Мне тоже до дрожи хочется отключить, наконец, безостановочно ревущую в голове сирену, отдаться музыке, позволить себе расслабиться. Мне и ребёнку это будет на пользу.
От когда беременность стала пороком? Я ведь не собираюсь никому внушать, что малыш его. Не сможет или не захочет принять нас — развод не проблема. С моей стороны препятствий не будет. По крайней мере, у меня останется этот вечер, возможно, один из последних отблесков былой беззаботности.
Эта мысль кажется спорной, но надо признать, что в данный момент, когда в моём организме бушуют гормоны, а в животе робко порхают бабочки, она уже не кажется таким уж преступлением.
— Чтобы больше не возникало вопросов… — Поднимаю на него глаза. — Ты мне нравишься. Очень. Поэтому и только поэтому я хочу выйти за тебя замуж.
— Ну-ка, иди сюда.
Марат с тихим рыком отрывает меня от земли, я даже понять ничего не успеваю. От неожиданности взвизгиваю. Меньше секунды трачу на то, чтобы убедиться, что он держит меня крепко и раскидываю руки в стороны, позволяя себя кружить.
С потолка в запрокинутое лицо летит сверкающая мишура. В груди всё вибрирует от адреналина. Надёжность его рук; прямоугольники серебряной фольги, парящие вокруг; драйв, врывающийся в лёгкие, и низкий хрипловатый смех, звучащий снизу — всё настолько безбашенно! Сейчас я чувствую себя по-настоящему живой.
— Сегодня самый счастливый день моей жизни, — смеюсь, когда он опускает меня на ноги.
Я слегка пошатываюсь, поэтому приходится цепляться за его плечи, попутно вдыхая горьковатый, кофейный запах мужского парфюма.
— Да? И почему же?
— Я не знаю. Просто, — отвечаю честно, глядя в серьёзные глаза Марата.
— Я же обещал, что со мной тебе здесь понравится.
Странно, но раньше мне «Луна» действительно была не очень по душе. Как, впрочем, и любое другое место, где толпы пьяненьких девиц только и норовят повиснуть на шее у моего кавалера. А с Градовым иначе всё. По крайней мере, ещё никто не позволил себе как-либо вторгнуться в наше пространство.
Так, может, дело вовсе не в девицах, а в самом кавалере?..
Занятная мысль, но додумать я её не успеваю. Кто-то неосторожно задевает моё плечо. Я поворачиваю голову и встречаюсь глазами с Женькой Бахтиновым. Не самый приятный человек ввиду своей чрезмерной назойливости и в особенности из-за тесной дружбы с Игорем. Они обычно не разлей вода. Где один, там и второй.
— Даш, привет! Не узнал, богатой будешь… Ай, блин, ты ж уже! — Хлопает себя по лбу, угорая с собственной туповатой шутки.
— Привет, — бормочу, начиная нервно сканировать взглядом зал.
Если Женька здесь, то и Игорь может нарисоваться.
От этой догадки сердце противно сжимается, а дыхание учащается. В зале становится душно, как будто я снова стою потерянная посреди спальни Рифа, где воздух буквально пропитан чужой похотью.
— Пошли ко всем, чего как неродная? — как назло, не отстаёт от меня Бахтинов.
— Я здесь не одна, — показываю взглядом на Марата, с любопытством разглядывающего этого балбеса.
— Ну и? Места всем хватит.
— Жень, мы с Рифом, вообще-то, расстались, — напоминаю тихо. Он не может этого не знать.
— Ну-у... расстались и хрен с ним! Ты от этого теперь нерукопожатная, что ли? — отвечает он в своей манере непринуждённо. А затем внезапно машет кому-то рукой. — Ребят, смотрите, кого я к вам веду!
В бывшей компании мне действительно всегда были рады. Но сейчас не тот случай, когда мы могли бы под коктейльчик потрепаться за жизнь.
И сбежать, не поздоровавшись, теперь неловко, когда на меня из-за одного из столиков с интересом таращится столько пар глаз. Одни из них — цепкие, хмурые, до боли знакомые принадлежат Игорю...
Я вдруг начинаю паниковать. Хотя с чего бы? Не я его предала, значит, не мне тушеваться. Достаточно подойти, поздороваться и свалить, сославшись на занятость — казалось бы, что сложного?
А вот ведь… Вокруг все лица в пятно размывает. Глаза видят только его.
Меня потряхивает. В груди опять каша из боли и ненависти.
Боже… Дай мне сил не наломать дров...
Глава 17
Дашин бывший с высеченным как будто из камня хмурым лицом и весь расписанный татуировками, выглядит инфернально.
Но она глаз от него не отводит. Хоть моргнула бы приличия ради, что ли.
Трындец… — мысленно выношу приговор приятному вечеру.
Сидящая за столом компания нас нестройно приветствует. Даша не реагирует. Я буравлю соперника взглядом и тоже молчу.
— Как дела? — первым подаёт он голос. — Приятно видеть тебя в
Даша стискивает пальцами мою ладонь до онемения, ещё немного и захрустят кости.
— Отлично, — отвечает она эмоциональнее, чем мне хотелось бы.
— У нас здесь свидание, — ухмыляюсь я нагло.
— Вот как, — бросает он глухо и переводит неприязненный взгляд на наши с Дашей сцепленные руки.
Так тебе, придурок.
— Недолго Дашка тосковала, — скалится пригласивший нас сюда парень, — Ну и правильно. Зачем копить обиды, лучше остаться друзьями! Скажу по секрету, без тебя стало тухло, — шепчет ей громко, прикрывая угол рта ребром ладони. — Надеюсь, теперь ты снова станешь частью нашей тусовки.
— Это вряд ли, — отрывисто выдыхает она.
— А что так? Я буду только рад, — вклинивается её музыкант.
Кидаю быстрый взгляд на Дашу и вижу, что она продолжает смотреть на него в упор, как будто вокруг больше никого нет. И выглядит при этом потерянной, если не несчастной.
Соскучилась, да? Налюбоваться не может?!
— Нам пора, — цежу, делая вид, что всё у нас пучком.
Я допускал, что мы здесь можем столкнуться, но меня это особо не волновало. Наоборот, было любопытно посмотреть, как она на него реагирует. Честно говоря, я надеялся, что накрутил себя. Теперь не рад.
Каждый раз, когда его взгляд скользит по ней, у меня внутри всё горит огнём от острого бешенства. Он к ней, сука, всё ещё неравнодушен. Даша нравится каждому здесь. Даже недоумку, который это всё затеял. Бляха, как же меня достало ощущение, что она где-то не со мной, особенно когда я говорю «пора», а она не торопится или не слышит... Или не хочет слышать!
Я дико ревную. И крыша моя кренится.
— И давно вы вместе?.. — с неприязнью спрашивает музыкант, пользуясь заминкой.
— Тебя не касается, — рявкает она, неосознанно сжимая мои пальцы сильнее. Желание вцепиться в его наглую рожу читается без слов. И это не то чтобы плохо, просто я был бы рад, реагируй Даша хоть чуть равнодушнее.
Мне неприятно, что приходится напоминать о себе. Плевать, что это видят все. Коробит не это, а то, что не знаю, как удержать её рядом с собой. И образно, и буквально. На голую химию надежды мало.