Яна Лари – Дурнушка для мажора, или Уроки соблазнения (страница 15)
— Варя — не твоя.
На его лице появляется предупреждающая хищная усмешка. Невыносимо хочется стереть её вместе с самоуверенностью в своей над Варей власти. Раздражающе обоснованной самоуверенностью…
Глава 18
— Это даже звучит неубедительно, — бросаю небрежно, направляясь в обратную сторону. — Гуляй, мальчик.
— Не будь таким козлом! Ей и без тебя несладко.
Раф резко разворачивает меня к себе. Последняя фраза немного остужает ярость, гудящую в моей голове и недостающий элемент головоломки встаёт на место.
— О, так ты теперь её Ангел-хранитель… — Толкаюсь в него плечом. — Ненавязчиво так опекаешь, чтоб успокоить свою совесть, да? Финиш просто. Ты ещё больший лицемер, чем я думал.
— Не передёргивай. Хотя кому я это говорю? — возвращается мне точно таким же ударом. — Ты даже представления не имеешь о бескорыстности. Не всё измеряется личной выгодой!
— Бескорыстно — это признать свой косяк и свалить в закат. Ты же не думаешь всерьёз, что Варя такую заботу воспринимает иначе чем симпатией? — агрессивно закидываю его вопросами, зная, что Раф не будет честен со мной. Он и с собой-то сознательно юлит.
— С какой стати меня должны волновать тупые выводы? — тон Рафа, несмотря на дерзкую подачу, звучит уязвлённо. Бесится святоша.
— У меня к тебе тот же вопрос, — осаживаю его. — Не лезь к нам.
— Завязывай, Артур, — зло ухмыляется. — Тронешь её и будешь иметь дело со мной.
— Ты продолжаешь настаивать, что имеешь на это право? — повторяю его интонацию. — Ну тогда поднимемся, что ли. Поставишь Варю в известность и зарубимся за неё на равных. А пока это бессмысленный лай исподтишка.
Ноздри Рафанова вздрагивают. Глаза сощуриваются.
— Поднимемся, — соглашается. — И я отвезу её домой.
Так я и думал. Сольётся.
Ещё щепотку провокации и можно было дожать. Раф импульсивный, не моя забота, как бы он всё это потом разгребал. Хотя есть вероятность, что быстро втянулся бы.
Варя такая… Затягивает.
Стараюсь не думать, что добавляю себе лишний головняк, когда можно по-быстрому умыть руки. Потому что… Затягивает, да.
— Я быстро, как и обещал. — Опережая Рафа, ловлю Варю за руку. — Промок весь насквозь. Поехали домой?
— Да отдай ты ему пиджак. Ещё простудится, — с досадой вклинивается Раф и, не дожидаясь ответа, помогает Варе раздеться. — Пойдём, я отвезу тебя.
Варя начинает хмуриться под перекрёстком наших выжидающих взглядов.
— Чтобы я ещё хоть раз куда-то поехала не на своей машине!.. Идём, Артур. — Забирает у меня вещь, но медлит, вглядываясь в лицо Рафа щенячьими глазами. — Не обижайся. Тебе ехать в другую сторону.
Внутри меня что-то взрывается. Нечасто мне приходится испытывать такое раздражение.
Быстро оставляю на столе деньги за нетронутое какао и увожу с собой Варю. Выбор изначально был очевиден, и не сказать, что он мне льстит. Я для неё источник ценной информации.
— О чём вы так долго говорили? — Она возвращает мне пиджак, распространяя по салону тонкий аромат свежести.
— О погоде, — огрызаюсь под звук заработавшего мотора. Хочется совсем других вопросов и действий, но Варя даже не пытается как-то до меня дотронуться или согреть.
Включаю печку, позволяя себе задержать взгляд на её лице. Серые глаза смотрят взволнованно. Как всегда — без единой капли кокетства. Мне ничего не стоит обнадёжить влюблённую дурочку. По сути, от меня только это и требуется. Но… Не могу!
— У нас свои тёрки. Ничего такого, что касалось бы тебя, — улыбаюсь холодно. — И на будущее не советую оправдываться. Ты поехала с кем тебе захотелось, пусть Раф гадает, почему выбрали не его.
— Он показался мне расстроенным…
А я — восторженным?!
Мне хочется жахнуть по рулю, чтобы перебить неприятный укол в сердце.
— Варя, ты такая славная девочка, бьюсь об заклад, будь Раф на твоём месте, поступил бы так же… — иронично делаю ударение на последнем слове: — самоотверженно.
Уверен, что нет.
Пусть ей неприятно, но помнить об этом нужно.
Дальше разговор не клеится. Коротко прощаюсь с Варей, завожу машину в гараж и разочарованно осматриваю недра холодильника.
М-да, горячее молоко мне сегодня не светит. Прислуга в отпуске, не хотел, чтобы нас палили лишние глаза и уши. Репутация дело хрупкое, а Варя не вписывается в сплочённую стаю местных пираний.
И в этом меня что-то цепляет…
Глава 19
— Врунишка… — с укором вздыхает Адриан. — Между тобой и Вяземским ничего нет, да?
— Если что-то изменится, ты узнаешь об этом первым, — сообщаю серьёзно. Видеозвонок не оставляет возможности расслабиться.
Капли дождя разлетаются по стеклу серебряными брызгами. Монотонная дробь частично поглощает его голос. На удивление меня это не раздражает…
Я впитываю ладонью прохладу окна, отстранённо вспоминая, как ещё на днях мечтала, что Раф позвонит, а лучше придёт без звонка, да хоть посередине ночи! И это будет остро, будет феерично… Будет как-то иначе, чем ощущается сейчас — суррогатом взаимности, имя которому «участие».
Я так хотела поговорить о нас, но обсуждаем мы почему-то Артура.
— Если?! — психует он. — Даже не допускай такую мысль, договорились?
Раф пытается отдышаться, наматывая очередной километр на беговой дорожке. В ушах наушники, поджарый торс блестит в мягком освещении домашнего спортзала. Я безуспешно ищу в нём изъяны, будто те могут сделать Адриана чуть менее недосягаемым.
Без шансов.
— Ты преувеличиваешь опасность пустяковой беседы за чашкой какао, — хрипло смеюсь, на всякий случай опуская ресницы. Отец говорит, что я совсем не умею врать.
Адриан перекидывает через плечо футболку и жадно выпивает остатки воды из бутылки.
Я, кажется, не дышу, наблюдая за тем, как двигается его кадык. Щекам становится горячо-горячо! Как будто наблюдаю за чем-то неприличным.
— Серж видел вас в клубе.
Всё-таки растрепал, гад.
Хотя чему удивляться? Персона Вяземского сама по себе магнит для пересудов.
— Где?.. — пытаюсь выиграть время, уже понимая, что вразумительно объяснить подобную вылазку не сумею.
— Ты слышала.
Да, слышала. Не прокатило… Ладно.
— Тогда он должен был видеть, что мы даже не танцевали вместе. — Провожу по лицу прохладной ладонью. — И даже будь оно иначе, почему оправдываться должна я, а не ты? Тот, кто посчитал меня способной влезть в чужие отношения. Он помолвлен, Раф. А у меня есть миллион и одна причина не начинать романов в клубах.
Последняя — фатальная, похоже. Ведь с Рафом всё закрутилось именно там.
— Варь, извини, — отзывается он искренне. — Ты пойми, я ведь не осуждаю. Только боюсь, что снова обожжёшься. А это обязательно случится, если продолжишь в том же духе.
Наверное, нужно радоваться. Небезразлична — уже хорошо, пусть хотя бы так… Но пока что-то не очень получается.
Попрощавшись, первой завершаю вызов. Проверяю сообщения от Вяземского. Ни слова.
А ведь мы договаривались увидеться в полдень. Звонок Рафа задержал меня на четверть часа. Даже странно, что Артур ещё не подаёт признаков недовольства.
Встряхнувшись, накидываю поверх футболки толстовку. Мне это нужно в первую очередь, значит заглянуть к соседу всё-таки придётся.
Ливень стоит стеной. Спрятав голову под капюшон, нерешительно разглядываю ворота.