Яна Ланская – Loveлас (страница 10)

— Возможно, но Аня права. Ты абсолютно безответственный, у тебя всё ещё играет детство в одном месте, и ты не ведёшь себя как мужчина.

— А как кто я себя веду?

— Как дитё малое. Самое главное в мужчине — это умение брать ответственность за свои действия. Осознавать последствия, просчитывать риски и только потом что-то делать. А всё потому, что не знаешь, что такое работа. Не знаешь, что такое обязанности. Одни гулянки в голове. А мама тебе потакает во всём. А ты и рад из неё верёвки вить.

— Это не так.

— Так и ты прекрасно это осознаёшь. Не глупый. Что там за история с пьянством до беспамятства?

Аню сейчас придушить готов. Зачем было это рассказывать? Пожимаю плечами. Вот что я должен рассказывать, если не помню? Такая чушь!

— Когда это было? Сколько ты выпил?

Дожил, батямба докапывается до моих доз.

— Я же не помню!

— То есть ты сейчас сознаёшься, что это было не единожды?

Батя начинает с лекции о вреде алкоголя. С учётом того, что он десять лет торговал водкой и всё, что мы имеем, благодаря алкоголю, который он миллионами дал продавал. Его это не смущает? А заканчивает проверкой моего мобильного банка. Достаётся и маме, когда папа узнаёт, что и она мне еженедельно кидает по полтосу. У меня уже мозг взрывается от нотаций и духовки, которую отец устроил.

А когда меня заставляют всё до последнего рубля перевести обратно папе, я понимаю, что моя дольче вита накрылась медным тазом.

— Ключи от машины, — протягивает папа руку, и я начинаю ненавидеть этот день. На ускоренной съёмке проносятся все события, что обрушились на меня, и вдруг меня осеняет.

— Я не могу отдать ключи, я с понедельника выхожу на работу, мне нужна машина.

— На работу? — Изумляется отец.

— Да. Мне предложили должность в ректорате, — говорю так пафосно, будто я буду первым заместителем ректора.

— Какую ещё должность?

— Курьера.

— Какой позор! Мой сын курьер, — загробным голосом произносит мама.

— Лена, заканчивай спектакль. Любая занятость в его случае похвальна. Окей, идёт! Только ты оплачиваешь Каско, Осаго и все свои потребности. Лена, если я узнаю, что ты ему подкидываешь, попадёшь под вторичные санкции.

Переглядываемся с мамой и понимаем, что мы в засаде.

— А сколько страховка стоит? — Спрашиваю от безысходности.

Папа молча мне протягивает бланк, на котором красуется сумма в полтора ляма. С математикой у меня никогда не было проблем, и я быстро прикидываю, что если я устроюсь даже в очень хороший рест официантом, мне только на страховку нужно работать год. Ебать!

— Паша! Ну где ребёнок возьмёт такую сумму? Ну в самом-то деле? — Пытается заступиться за меня мама.

— Любишь кататься, люби и саночки возить. Хочет свой «Порш», пусть выкручивается.

Шутки про самокат и велик уже не кажутся такими глупыми. И кажется, первый раз в жизни до меня доходит стоимость моей тачки и сколько на неё вообще нужно работать. Охереть…

Дальше следует ссора родителей и ещё одна нотация на час теперь уже о мотивации. Отец считает, что моя панамера — это суперморковка, которая заставит меня крутиться и быстро повзрослеть. А у меня только одно желание — вернуться в детский сад и чтобы моей самой большой проблемой была невкусная манная каша.

Вишенкой на торте становится ещё один ультиматум — полное обследование. Даже анализы на ЗППП и УЗИ печени. И, конечно же, сухой закон.

Ровно в одиннадцать папа отправляется спать, а мы с мамой болтаем и думаем, что делать, до двух ночи.

Наутро, как маленький, отправляюсь с мамой за ручку в поликлинику. Одно радует, вечером я оторвусь. Если так можно назвать вечеринку без допинга.

↞━━━═━ღ♡ღ━═━━━↠

Единственный плюс тусить на трезвую голову — можно приехать на своей тачке. Врубаю Gunna на полную и нарадоваться не могу своей малышке. Надо что-то замутить и вырубить бабок по-быстрому. Единственный человек, что мог бы дать мне в долг, мне все эти проблемы и устроил, так что вообще не варик.

Хотя, несмотря ни на что, сестра обещала приехать ко мне на праздник после какого-то благотворительного аукциона. И вдруг меня осеняет. Я же тоже могу устроить аукцион на своей днюхе. Можно уломать Фару записать сторис с какой-нибудь девчонкой, это сразу пол-ляма. Можно попросить Авера организовать проходку в вип-ложу, точно сотка, даже больше. Да и наверняка мне подарят нормально так.

Понимаю, что мне вообще не обязательно идти батрачить и я могу размутиться кэшем и без работы, и начинаю накидывать идеи в заметки.

Да я гений! Батя был прав. Запустил во мне мыслительные процессы. Вообще всё порешаем. Да херня это всё, прорвусь!

К клубу подстеливаю на максимально позитивном настроении, а когда вижу своих котанов, так вообще улетаю.

Народ только начинает стягиваться, стоим с Мишей и Кириллом курим, и около нас останавливается тонированный наглухо V-class, дверь разъезжается, с интересом заглядываю внутрь, кто там прибыл, и теряю дар речи.

— Ректорское сокровище? — Шепчет Михан, и я сразу же считываю его мужской интерес. Нет, дружище, этот ангел мой. И пришла она ко мне. Чокнутая, не чокнутая, сталкерит, не сталкерит. Сдаст, не сдаст, но она охуеть какая красивая. Реально десять из десяти. И она всё-таки пришла. И хорошеньких подружек прихватила.

— Привет! Я Даня, мне двадцать, и я сексоголик, — действую на опережение и встречаю своих гостей.

11. Дана

— Блин, девочки, может, в другое место? Я что-то сомневаюсь, — начинаю ёрзать на кресле. От волнения даже чешусь. Зачем я это всё устроила. Такой дурой в его глазах буду…

— Ага, конечно, а для кого я два часа мейк делала? А торт? А наши футболки? Поздно заднюю давать, — не даёт мне слиться Диана.

— А я вообще восемьдесят штук на наращивание спустила, хотя не планировала. Теперь весь сентябрь впроголодь, — поддерживает её Ульяна.

— Не бойся, мы с тобой! В любой момент уйдём, хорошо? — Успокаивает меня Даша, но помогает не сильно.

Включаю фронталку на айфоне и внимательно на себя смотрю. Какая-то вульгарная девица. Зачем я послушала Диану и сделала красные губы? Так неорганично себя чувствую, что, возможно, только из-за этого хочу сбежать. И топ слишком откровенный. Пытаюсь натянуть его повыше, но у меня грудь так и норовит вывалиться. Летом он вроде и сидел иначе. Хорошо, что не послушалась и надела брюки, а не микроюбку, как летом.

— О-о, а вот и наш клиент, — верещит Диана.

Поворачиваюсь и вздрагиваю. Я понимаю, что окна тонированные и нас не видно, но ощущение, что он через стекло уже меня поджаривает своими бездонными глазами и насмехается надо мной. Мол, чего припёрлась, ты же вроде гордая и не такая.

Я не готова была встретить его уже на парковке. Думала, затеряюсь в толпе и, если что, сбегу необнаруженной, но теперь путей для отхода нет.

Не успеваю я опомниться, морально подготовиться к встрече, как дверь машины отъезжает и Даня сразу же заглядывает к нам в салон. Мне кажется или он рад меня видеть? Его привычно самодовольное выражение лица становится торжествующим. Господи, а как он закусывает губу. Как можно быть таким манящим? Зараза!

— Какие все симпатичные, — шепчет мне Улька и подталкивает к выходу.

Как загипнотизированная смотрю в его глаза и не могу разорвать зрительного контакта. Его друзья тоже нам улыбаются и что-то ему оживлённо нашептывают, но Даня сфокусирован на мне. Это льстит и смущает. Чувствую, как персиковые румяна тускнеют на фоне моего естественного румянца.

— Привет! Я Даня! Мне двадцать, и я сексоголик, — галантно протягивает мне руку, одновременно глупо представляясь, и помогает вылезти под абсолютно тупой смех моих подружек.

Это плохой звоночек, они уже поплыли от одного его вида. Группа поддержки называется.

— Даня, это Даша, Диана и Ульяна, — игнорирую его ремарку и представляю ему девочек.

— Спасибо, что пришла! — Даня наклоняется ко мне и не спеша целует в щёку, щедро делясь своим запахом и парфюмом. Боже, он пахнет, как грех! От блаженства даже глаза прикрываю. Хочется прилипнуть к его стильной косухе и нюхать, нюхать, нюхать.

— Девочки, добро пожаловать!

— Ой, он краш-милаш, — шепчет Улька, — я уже мокрая.

Смеряю её строгим взглядом и в тот же момент понимаю, что это вообще не группа поддержки, а фан-клуб засранца. Мы только вчера обсудили, что сигареты курят в основном маргиналы, как они, хихикая, просят у Дани угостить их. Естественно, чтобы задержаться и поболтать с ним ещё. У меня кровь закипает, пока он каждой даёт прикурить и обменивается любезностями, которые недоступны моему уху. Зато моему уху доступен громкий смех подружек.

— Будешь? — Протягивает мне пачку.

— Нет, — раздражённо отвечаю.

— Жаль, люблю смотреть на красные губы… С сигаретой или… Короче, что ты тогда мне подаришь? — Смотрит на меня с надеждой и интересом.

Краснею ещё больше от того, что чувствую, как краснею. Наверное, моя помада уже совсем не контрастирует с моим лицом. Надо срочно перевести тему. Но не могу же я ему сейчас намекнуть на торт. Ну а футболки он наверняка уже успел заметить, поэтому широким взмахом руки указываю ему на свою троицу.

— Реально? — начинает сиять Даня, будто я ему выигрышный билет «Пауэр Болла» подарила. Да ещё и катастрофически сокращает между нами дистанцию. Начинает теребить мою тонкую бретельку от топа, словно это самая интересная вещь на свете сейчас для него, невзначай задевая кожу и нарушая все границы. — Я сразу понял, что ты топ, но это вообще по красоте. Обломала меня вчера с двумя, удвоила сегодня! У меня такого ещё не было!