Яна Кроваль – Моя чужая дочь, или Сюрприз для богача (страница 5)

Зато не придётся отвлекаться на непрошенные советы и глупые вопросы. С моим нулевым опытом работы это было очень важно. Чтобы без помех сосредоточиться на главном и ничего не упустить… А понадобится что-нибудь выяснить – сама обращусь. После сеанса. С меня не убудет… Тем более няня – а кем ещё эта женщина могла быть? – вряд ли знает больше родителей.

С этими мыслями я приблизилась к качелям вплотную, подойдя чуть сбоку – чтобы Наина меня не задела. И радостно отметила, что она прекратила качаться, стоило мне переступить некую невидимою черту, нагло вторгнувшись в её личное пространство.

– Привет, – улыбнулась, когда девочка посмотрела на меня прямым, осознанным взглядом здорового человека.

Хотя и немного затравленным – но по отношению к незнакомцам настороженное поведение было вполне закономерно.

– Я Света. А ты Наина, да?

Девочка кивнула, вызвав в моей душе ещё один крик ликования.

– Хочешь, я тебя подтолкну?

Жест отрицания.

– Надоело? Может, тогда пойдём на горку?

Наина промолчала. А я вдруг обнаружила неподалёку песочницу с разбросанными вокруг игрушками. Среди которых точно был экскаватор, несколько лопаток, ведёрко и пара формочек.

Идеально!

– А может, займёмся песком? – предложила.

Девочка снова меня проигнорировала – но я всё равно отошла в сторону и присела на корточки, на весь сад звонко хрустнув коленями. И принялась играть, якобы для себя – однако так, чтобы Наина всё видела. Слепила три разваливающихся из-за сухости куличика, немного повозила машинку, наполовину откопав найденный под завалами самосвал – и краем глаза продолжала наблюдать за девочкой. Которая неотрывно за мной следила, но присоединяться не торопилась.

– Поможешь? – прервавшись, покосилась на Наину. – Рук не хватает.

Это подействовало.

Спрыгнув с качелей, Наина аккуратно опустилась рядышком, коснувшись подолом рассыпанного повсюду песка – и я тут же сунула ей лопатку, ситечко и ведёрко:

– Наполняй! Будем возить на фабрику муку!

***

– Ты что, спятил? – едва взглянув на паспорт – вернее, открыв его на развороте с именем и фотографией, светловолосый, выгоревший на солнце почти до седины мужчина удивлённо покосился на собеседника. – Вроде не старик ещё… Сколько тебе? Сорок? Сорок пять?

– Сорок два, – недовольно поджав губы, откликнулся Сергей Михайлович.

– Вот! – блондин, которому было сложно дать больше тридцати пяти, выразительно поднял вверх указательный палец. – Значит, до маразма ещё далеко. Что же ты творишь-то тогда? Головой совсем не думаешь? Зачем ты её нанял?

– Хватит, – Дегтярёв откинулся на спинку стула и устало закатил глаза. – Я к тебе не за советом пришёл, а чтобы ты оформил документы. Или это намёк, что мне пора искать другого юриста?

– Лучше ты всё равно не найдёшь, – парировал блондин.

Однако за дело принялся.

– И вообще. Не забывай, что моя задача не только консультировать тебя по различным вопросам, но и предостерегать от необдуманных поступков, – не отрываясь от компьютера, добавил он. – Я ведь не только юрист. Я ещё и твой друг. И потому повторю: идти у неё на поводу – плохая идея. Поверь моему опыту.

– А тебе откуда знать? Разве ты с ней знаком?

– Нет, – юрист скривился, будто вспомнив нечто очень неприятное. – Но она явно аферистка. Я таких повидал немало.

– Твоё субъективное мнение мне не указ. У меня своя голова на плечах есть. Вдобавок я, в отличие от тебя, её видел и с ней общался. И мне она показалась вполне адекватной… Хотя и несколько экстравагантной. Поэтому менять решение я не собираюсь.

– Она тебе угрожала!

– Но угрозу не исполнила. Из чего следует вывод, что для меня она не опасна.

– До поры до времени – да, – под напором аргументов вынужденно отступил блондин. – Так что рекомендую всё же прислушаться к моим словам, и сделать тест на материнство. Чтобы потом иметь возможность без помех её выгнать. Например, если она не справится со своей работой.

– Диплом у неё настоящий, если ты об этом. Ребята проверили. Как и прочие документы.

– Это не помешает ей обнаглеть, утвердившись в своей правоте. Раз уж она сумела каким-то образом до тебя добраться, тебе нужно что-то, способное поставить её на место… Ты только сразу о результатах ей не докладывай. Оставь этот козырь в рукаве.

– Я подумаю над твоим предложением… – неохотно пообещал Дегтярёв – и тут же вопросительно вскинул брови, подавшись вперёд: – Кстати. А почему на материнство, а не на отцовство? Мы же вроде как этот вариант обсуждали. В качестве гарантированной защиты от подобных посягательств.

– Для твоего спокойствия. Это же тебе её тогда жалко стало. Не мне. Хотя я сомневаюсь, что она жертва обстоятельств. Корыстная обманщица или, в крайнем случае, несчастная женщина, слетевшая с катушек. Но не более. К тому же тест на отцовство будет гораздо труднее сделать втайне. Тебе же понадобится материал её дочери. А для проверки на материнство хватит и нескольких волос, снятых с одежды. Или пары капель крови. Уверен, достать их не составит для тебя особого труда. Держи, – закончив с договором, юрист отправил текст в печать и протянул начальству стопку ещё тёплых после принтера листов.

Которые Сергей Михайлович принял не глядя, попутно прихватив со стола прочие документы своей новой сотрудницы.

– Надеюсь, ты не внёс туда ничего лишнего? – поднявшись, мимоходом уточнил он.

– Нет, конечно! – открестился юрист. – Ты же нанимаешь её в качестве профессионала, – заметил ехидно.

Однако Дегтярёв не обратил внимания на его тон.

– Именно, – кивнул он. – И очень надеюсь, что личная заинтересованность положительно отразится на лечении.

– Посмотрим, – по-прежнему не доверяя выбору собеседника, мрачно откликнулся блондин. – Но на всякий случай держи меня в курсе.

– Непременно, – заверил его Сергей Михайлович.

И наконец-то ушёл. А юрист, глядя ему в спину, неодобрительно покачал головой – будто разговаривал сам с собой – и повернулся к компьютеру.

***

Сергей Михайлович появился в самый разгар игры. Мы как раз взбирались в крутую гору, чтобы доставить будущий хлеб голодающим в дальней деревеньке, которую захватил злой волшебник, отрезав от внешнего мира. Колёса нашего грузовика вязли в песке – разумеется, наколдованном специально, чтобы нас остановить. Но мы упрямо лезли всё выше и выше, влекомые своей важной миссией. Каждая крупинка муки была на счету, поэтому везти машину надо было очень осторожно – с чем прекрасно справлялась Наина. Я же сидела рядом, создавала трудности и озвучивала происходящее, с умилением глядя на счастливую, улыбающуюся девочку – и безуспешно пыталась понять, что же всё-таки мешает ей говорить…

– Светлана Леонидовна! – осознав, что я не собираюсь бросать своё с виду бессмысленное занятие и мчаться к нему, как преданная собачонка, окликнул меня Дегтярёв.

И Наина тотчас напряглась. Застыла, капельку не доведя грузовик до вершины – однако головы на голос отца не повернула. Что прозвучало для меня очередным тревожным звоночком – но я постаралась не придавать ему значения.

Делать какие-либо выводы было ещё слишком рано.

– Похоже, мне пора, – вздохнула, положив руку на плечо девочке. – Надеюсь, ещё увидимся.

Ответа не последовало. Да я его и не ждала. Поднялась с колен, отряхнула вконец испачканные джинсы – и неохотно поплелась к Дегтярёву, то и дело оглядываясь назад. А Наина ещё немного посидела – и невозмутимо повезла муку дальше. В тишине. Со стороны казалось, будто мой уход её совсем не тронул, однако мне подумалось, что девочка просто привыкла к подобным поворотам судьбы – и потому не придала моим словам особого значения. В первую секунду я даже пожалела, что не стала ничего ей обещать. Не сказала, что непременно вернусь – и мы доиграем… Но тут же отругала себя за глупые мысли.

От обмана лучше не станет. По крайней мере, в долгосрочной перспективе. Ведь неизвестно, зачем меня позвал Сергей Михайлович. Может, опомнился и решил всё-таки выгнать… И потому я предпочла пойти на опережение, воспользовавшись тем, что Дегтярёв всё это время отстранённо наблюдал за дочерью и заводить разговор не торопился. Словно размышлял…

– Наина действительно любит играть в машинки – или она принесла их в песочницу, чтобы не запачкать драгоценных кукол? – спросила, устроившись рядышком.

– Понятия не имею, – откликнулся Сергей Михайлович, ничуть меня не удивив. И повернулся ко мне: – Это важно для лечения?

– Не принципиально. Машинки точно так же могут общаться между собой, как и куклы – просто с игрушками, имеющими рот, даже с животными, получилось бы нагляднее… Но я спросила не поэтому. А потому, что сама в детстве предпочитала всевозможный транспорт. А во всякие чаепития и дочки-матери не умею играть до сих пор…

«Зато в них с удовольствием играет моя дочь, так похожая на вас», – хотела добавить следом.

Но Дегтярёв не дал мне закончить.

– Светлана Леонидовна…

И меня непроизвольно передёрнуло.

– Можно просто Света, – прервала, не удержавшись. – Пожалуйста.

Уж очень мне было неприятно слышать это обращение. По имени-отчеству меня обычно называла мама, когда за что-нибудь отчитывала… В детстве. Иногда – с фамилией, если я творила откровенную дичь… Однако Сергей Михайлович до её уровня не опустился. Впрочем, у меня на поводу он тоже не пошёл, предпочтя заняться поисками компромисса.