Яна Кольт – Не пара для майора (страница 5)
Это не бунт.
Просто сейчас неожиданно возникли более важные дела.
Возможно, приеду на последние пары, если успею. Или сразу отправлюсь в заповедник.
На ближайшем кордоне меня уже дожидается еще один волчонок, с которым надо немного повозиться. Да, скорее всего, на занятия я совершенно не успеваю. Контрольную можно и переписать, а волчонку помощь нужна в течение нескольких часов.
Наскоро наношу макияж, мысленно вознося хвалу своему мастеру по наращиванию ресниц. Облегающая водолазка из тонкой шерсти, джинсы и замшевые ботильоны на шпильке дополняют образ.
Хоть за окном и конец зимы, но на черноморском побережье этот февраль выдался аномально теплым. Снег можно увидеть только в горах. Ну и в нашем заповеднике, разумеется.
Безуспешно пытаюсь проскользнуть незамеченной мимо отцовского кабинета.
– Милана, – спокойный, но строгий оклик застает меня уже у входной двери.
– Па, я опаздываю.
– Мои люди, которым поручена твоя безопасность, уже прибыли. Теперь повсюду – только в их сопровождении. Пока я буду считать нужным. Это не обсуждается.
Насупившись, опускаю взгляд.
Понятное дело, не обсуждается. Папа волнуется. Все слишком серьезно, если отец в считанные часы организовал мне охрану.
Но есть нюансы…
– Мы можем нормально поговорить?
Размышляю не дольше секунды.
– Па, я опаздываю. Контрольная, нельзя пропустить. Потом – в заповедник.
– О Волкове забудь... – доносится вслед, но в ответ я лишь с силой хлопаю дверь.
Вылетаю из дома и радуюсь, что удачно избежала разговора о моем общении с Захаром Волковым. Вот только, скорее всего, отец видел в проеме ворот машины Сармата и Шамана. А значит, неприятного разговора не избежать.
Возможно, сегодня вечером.
В «Хаммере» меня уже ждет новый водитель и незнакомец на заднем сиденье.
Люди отца. Проверенные не один десяток раз.
Здороваюсь с ними и машинально запоминаю их фамилии и звания. Тот, что за рулем – капитан Давыдов.
На заднем сиденье, рядом со мной – капитан Ларин.
Оба предельно неразговорчивы и максимально собраны. Да это и понятно. Вряд ли отец подобрал бы ненадежных людей.
– В университет? – интересуется капитан Давыдов.
– Нет, – чуть неуверенно отвечаю я, – можете немного покружить возле выезда из города? У меня планируется встреча. Деловая.
Последнее уточнение совершенно не обязательно.
Ныряю в смартфон и даже не надеясь на положительный ответ, набираю сообщение своему психологу, Марте Валерьевне. Прошу ее о встрече в одной из тихих кафешек на окраине Сочи, в том районе где она ведет прием клиентов.
Скорее всего, она откажется. Ну что ж. Я пойму. Это нормально.
Сообщение мгновенно получает статус «прочитано». Ровно через несколько мгновений на моем телефоне раздается ответный звонок от Марты Валерьевны.
– Вообще-то по правилам этики я не могу с тобой встречаться. Но я больше не твой психолог. Так что, если ты сейчас не занята, подъезжай в «Бриз». Буду там через полчаса.
– Спасибо, – едва успеваю пискнуть в ответ.
Звонок отключается.
Пытаюсь понять, что за странные звуки были по ту сторону трубки.
Как будто рычал, мощный мотоцикл.
Я совершенно не знаток мототехники. Но точно помню, что у Яра, кроме большущего внедорожника, есть еще и мотоцикл. Огромный, черный, поблескивающий хромом.
С завораживающим, низким рыком.
– Ну мало ли… – бурчу себе под нос.
– Простите, что? – недоумевает Ларин.
– Извините, задумалась. Мне надо в «Бриз».
Последняя фраза уже адресована Давыдову.
В отражении зеркала заднего вида безуспешно пытаюсь поймать хоть что-то отдаленно напоминающее удивление. Но в ответ – лишь совершенно нечитаемое выражение лица.
И автоматическая корректировка маршрута до нужной точки.
Лихо объезжаем пробки и всю дорогу я пытаюсь выбросить из головы раскатистые звуки мотоциклетных движков на фоне общения с Мартой Валерьевной. Ну и в самом деле, может она на улице была, а кто-то просто проезжал мимо.
Черт, с этими угрозами и своим прошлым опытом, я снова превращаюсь в перепуганного параноика. У которого даже отняли возможность общаться с психологом. Можно же было хотя бы дистанционно?
Вот тут-то что отцу померещилось?!
Меня хотя бы психолог понимал и не осуждал за то, что после освобождения из плена, я совершенно перестала нормально сходиться с людьми. Вздрагивала от каждого шороха и шарахалась от любого незнакомца, мало-мальски казавшегося подозрительным.
И только спустя несколько месяцев психотерапии, мои кошмары начали потихоньку проходить.
До «Бриза» доезжаем быстро.
Давыдов остается в машине, а Ларин входит со мной в кафе и незаметно отходит за один из столиков в глубине зала.
Я же выбираю тот, который рядом с огромным, панорамным окном. В ожидании Марты Валерьевны рассматриваю отцовский «Хаммер». Едва не поперхиваюсь мятной конфетой, когда рядом с ним резко оттормаживается красный спортбайк.
Хищный. Агрессивный.
Девушка на байке снимает шлем, эффектно встряхивая густой копной темно-каштановых волос и я от удивления забываю, как дышать.
Только не привычно-протокольная, как на консультациях, а… прямо женщина-вамп.
И, сейчас она кажется младше того возраста, который я ей изначально приписала. Ей точно не больше двадцати семи.
– Марта Валерьевна, – здороваюсь и смущенно замолкаю.
Слишком неформальная и совершенно непривычная для меня обстановка. Тем более, с личным психологом.
– Привет, давно ждешь? Извини, застряла в пробке на Верещагинском акведуке. Твои бойцы? – кивает в сторону отцовского «Хаммера».
– А… да, – прокашливаюсь от неожиданного вопроса.
Официант приносит две огромные кружки капучино, которые я заказала за несколько минут до приезда Марты… Валерьевны.
– Милана, давай сразу обрисуем ситуацию. Теперь я не твой психолог. Раньше наша встреча была бы невозможна, но сейчас мы вполне можем поговорить в неформальной обстановке. Думаю, это важно и для тебя. Все-таки обрывать терапию настолько резко – вредно для клиента. Так что, если ты хотела задать мне вопросы, я готова ответить.
Несмело перевожу взгляд на красный, хищный байк за окном.