Яна Гущина – Невольница судьбы (страница 53)

Такой обозлённой я не видела Рэшму ни разу. Что с ней случилось? Она сейчас говорила так, словно была моим заклятым врагом. Мои мысли снова закружились у постели Роджиса, на которой лежала тринадцатилетняя Рэшма, а Роджис с четырьмя друзьями издевались над ней. Может, среди тех юношей был Сэтман? Нет! Он не мог там быть! Я не верю в это! И не хочу ничего знать!

Я замерла в нерешительности. Идти в дом было страшно. Но не пойти было ещё страшнее.

Увидев, что я уже не собираюсь бежать, Рэшма постучала в ворота.

— Перестань трястись! — велела она и заметила: — Прошлое осталось в прошлом. Надо жить настоящим и будущим.

Нам открыл бессменный Филиус. Как всегда, при виде меня, его лицо вспыхнуло. Он проводил нас в дом, и Рэшма ободряюще подмигнув мне, побежала вверх по ступеням. Как я поняла, в комнату Роджиса. Рассеянно проводила подругу взглядом. Её откровения с каждым разом нравились мне всё меньше. Надо бы перестать трогать тему прошлого. Уж больно оно у неё ужасное. Впрочем, настоящее ничуть не лучше.

Из кухни появилась Лакри и обрадовалась мне.

— Как ты вовремя, Ирина! — она поманила меня к себе, зазывая в кухню. — Новенькая помощница ни вчера, ни сегодня не пришла. А мне надо перечистить гору кастрюль. Поможешь?

— Конечно, — с радостью отозвалась я, надевая передник. — Показывай, что надо делать.

Она подвела меня к закопчённым кастрюлям. Видимо, её помощница не сильно дорожила своей работой, раз не чистила их прежде. Ничего страшного, я помогу Лакри. Работа на кухне была куда полезнее пустой траты времени на чердаке, или в иных помещениях большого дома.

Мне пришлось сильно постараться, оттирая копоть. Потом Лакри попросила почистить картофель и морковь. Так за разговорами и в делах пролетела большая часть дня. Скоро можно и домой собираться. Когда закончила с помощью на кухне, Лакри вкусно накормила меня. Напоследок я решила заглянуть на чердак, чтобы смахнуть паутину. Возможно, леди Айрис надумает допустить меня к уборке комнат. Очень хотелось быть полезной. Но в доме было полно слуг, и они справлялись без меня. Поэтому чувствовала себя крайне неловко.

Проскочить незамеченной мне не удалось.

— Это ты? — услышала я сухой голос гербарной тётки и оглянулась.

Та стояла с приклеенным к лицу недовольством. То ли это у неё врождённое, то ли возникает при виде меня. Впрочем, это меня сейчас волновало меньше всего.

— Здравствуйте, — как можно любезнее откликнулась я, подавляя желание нахамить. — Сейчас я займусь делами на чердаке.

Я даже кинулась к лестнице, чтобы избежать общения с гербарной тёткой, но услышала оклик:

— Хватит терять на него время. Сегодня надо прибраться в погребе.

— Как скажете, — смиренно откликнулась я.

Впрочем, мне было без разницы, где убирать — на чердаке, или в подвале. Что там, что там, леди Айрис с помощью магии могла справиться с грязью в считанные секунды. Но тогда пришлось бы уволить всех слуг, а подобное было недопустимо по законам Элуваруса: члены правящих семей были обязаны предоставлять работу простолюдинам. Иначе развелось бы много безработных.

— Пошли за мной, — велела моя «милая» собеседница.

Ну пошли, коль так надо. Заодно погляжу, где тут у них погреб и что в нём есть кроме мышей и сырости. Интересно, а чего она вдруг надумала затолкать меня в подвал? Ненароком вспомнилось подземелье замка Гирсэлд. Как же мне было там страшно! Надеюсь, что в этом доме меня не сделают пленницей. Хотя, зная привычки хозяина, ничему не удивлюсь. Подумав об этом, ощутила дрожь.

Ноги не желали идти за провожатой, но отказаться тоже было нельзя: Рэшма в очередной раз права, что Сэтман один не вытянет оплату жилья и продуктов.

Мы стали спускаться по лестнице, уходящей во мрак. Неуютно поёжившись, обхватила себя за плечи. Подземный коридор разветвлялся, уходя куда-то в темноту. Не зная прохода, можно и заблудиться. Гербарная тётка зажгла свечу и толкнула тяжёлую дубовую дверь. Та со скрипом провернулась на петлях, пропуская нас внутрь сырого затхлого помещения. Я ощутила дикую панику. Опять подземелье? Тут же вспомнился трюм на корабле. Кажется, после подземелья замка Гирсэлд и трюма капитана Коунза, я заработала клаустрофобию.

— Я не смогу тут находиться, — поспешно заявила я, попятившись назад.

— Если так, то попрошу вас, леди Ирина Гирсэлд, больше не появляться в нашем доме.

Издевается, дрянь! Назвала леди Гирсэлд. Представляю, как она мечтает придушить меня за то, что Сэтман из-за нашей свадьбы не выполнил обязательство жениться на Айрис.

Я замерла, не смея уйти, и боясь остаться.

— Леди Айрис сегодня находится в замке Повелителя Магии. Она велела мне передать вам это, — гербарная тётка бросила мне мешочек с деньгами. Я инстинктивно поймала. — Вы всё ещё намерены уйти?

Закрутила головой. Конечно, не намерена, и она это понимает. Скорее всего, она специально хочет добиться, чтобы я навсегда покинула этот дом. Тогда её госпожа будет освобождена от моего общества. И сегодня — самый подходящий момент, чтобы избавиться от меня. Гордость кричала мне, чтобы я ушла, но строгий разум велел остаться. Если я не получу денег, то моё будущее незавидно.

— Что нужно делать? — я по-деловому прошла в центр погреба и огляделась.

Помещение небольшое. Половину него занимают бочки. Судя по запаху, с вином. Здесь же стоят кувшины. Видимо, тоже с вином.

— Госпожа попросила, чтобы вы отведали вино из разных кувшинов и сказали, какое лучшее.

Если бы она бросились мне на шею с поцелуями, я бы опешила меньше. Пробовать вино? В своём ли она уме? Да и вряд ли Айрис заставила бы меня делать подобное. Ведь глотнуть каждого по чуть-чуть, означает напиться.

— Я не стану этого делать, — заявила я.

— Не хотите ли сказать, что подобное ниже вашего достоинства? — ядовито спросила она. — А подачки из рук моей госпожи получаете совершенно спокойно. Словно и нет у вас этого самого хвалённого достоинства!

— Подачки? — взвелась я и кинула ей в лицо мешочек с деньгами. — Я благодарна леди Айрис за её заботу, но ваше хамство терпеть не намерена!

— Ах ты маленькая дрянь! — завопила гербарная тётка — видимо, мешочек причинил боль. — Вон отсюда! Чтобы ноги твоей больше тут не было! Бессовестная тварь! Знает, что произошло между её мужем и хозяевами дома, и при этом заявляется сюда!

Сгорая от стыда и гнева, метнулась к выходу. Но впотьмах проскочила лестницу. Упёрлась в тёмный тупик. Развернулась, побрела назад. Хотелось бежать со всех ног и орать от паники, но бежать точно не получится — ничего не видно, а орать и вовсе глупо. Только нарвусь на насмешки сволочной тётки.

Шагов через тридцать снова упёрлась в стену. Паника ухватила меня за горло, обещая придушить. Из-за этого, поспешно дёрнулась в другую сторону, надеясь отыскать выход, и, оступившись, грохнулась на пол. Последнее, что помню, это жуткую боль в голове.

Не знаю, сколько пролежала, но когда очнулась, ощутила неуёмную дрожь. Было холодно и страшно. Надо скорее выбираться. Голова жутко болела, но бездействовать нельзя! Необходимо найти выход! Еле поднялась и пошла дальше. Отбросив всякий стыд, начала звать Лакри. Добрая кухарка обязательно мне поможет!

Неожиданно услышала приближающиеся шаги и закричала:

— Я заблудилась! Помогите мне!

Собственный голос больно ударил по мозгам. Из темноты вынырнула рука со свечой. Я бросилась к ней. Оказавшись ближе, увидела, что рука принадлежала очень красивому высокому брюнету, заинтересованно уставившемуся на меня.

— Кто вы? — спросила я.

— Роджис Клесси, хозяин этого дома!

Мог бы и не говорить, что хозяин, и так поняла. Но ещё поняла то, что он странно смотрит на меня. В горле моментально пересохло, сердце забилось с немыслимой скоростью. И надо же было мне натолкнуться на него!

— Что вы здесь делаете? — не понял он.

— Заблудилась, — еле прошептала я, отступая назад.

— Удачно это вы заблудились, — отметил он, нескромно осматривая меня с головы до ног.

— Извините, что кричала, и Вам пришлось спуститься сюда, — смутилась я, чувствуя неловкость не только от происшедшего, но и от его взгляда, блуждающего по мне.

— Не извиняйтесь, — отмахнулся он и тут же добавил: — Позвольте показать вам выход.

У меня аж камень с души свалился. Наконец-то меня выпустят отсюда. А то уже стало казаться, что обо мне все забыли и сама я не смогу выбраться.

Роджис даже показался мне милым. Мало того, что невероятно красив, так ещё и обходителен! Была приятно удивлена! Он плавным жестом указал мне на проход, ведущий в темноту. Догадался, что надо бы осветить коридор и щёлкнул пальцами. Тут же с потолка свесились капли света, явив каменную кладку стен и плиты пола, отполированные до блеска многочисленными ногами, прошедшими по ним.

Коридор пару раз свернул направо, а после длинного пролёта, повернул налево. Что-то далековато от выхода я убежала. Неудивительно, что сама дорогу не нашла. Куда уж тут!

Роджис шёл сзади, и я ощущала на себе его взгляд. Хорошо, что мы уже почти вышли и сейчас мне удастся ускользнуть от него. Мы подошли к тяжёлой дубовой двери, окованной железом. Что-то не помню, чтобы гербарная тётка проводила меня через неё. Вдруг ощутила какую-то энергетическую волну, скользнувшую мимо меня, и в тот же миг дверь распахнулась сама по себе.