Яна Гущина – Невольница судьбы (страница 2)

— Лежачего не бьют! — возмутилась я, но тут же подсказала: — Теперь раздери шторы и свяжи его. А то очухается, и опять будете полсерии кулаками махать.

Сэтман послушался здравого совета: разорвал шторы на длинные полосы и крепкими узлами стянул запястья противника.

— Что здесь происходит? — раздался звенящий девичий голос, и на пороге появилась длинноволосая блондинка. Тоненькая и миловидная. Мне показалось, что она мне кого-то напоминает. Девушка так сильно выбивалась из общей картины, словно пришла сюда из другого фильма. Тут все смуглые и черноволосые. Я воззрилась на неё с нескрываемым любопытством, ожидая, когда подойдёт поближе. Неужели это и есть та самая возлюбленная Рэгли. А у него губа не дура. Выбрал себе милашку хоть куда!

Образ девушки вдруг размылся, словно снимали через матовое стекло. Ощущение, что я её где-то видела, не покидало меня. Ладно, потом вспомню, когда покажут крупным планом. А пока что я переживала за неё и хотела, чтобы она сбежала. Даже страшно подумать через что ей предстоит пройти, если Сэтман и Арсэт воплотят свои замыслы. Я закусила губу. Жалко девчонку. Ведь ни в чём не виновата.

Она явилась не одна, а в сопровождении стражи. Так что за неё есть кому постоять. Только не убили бы Сэтмана. Иначе и фильм без него будет уже не интересен.

— Ты кто? — Сэтман удивлённо уставился на девушку.

Но она не услышала его. Бросилась к Рэгли и всплеснула руками.

— Что вы с ним сделали? — завопила она знакомым голосом. — Немедленно освободите Рэгли!

Что за глюк со съёмкой? Почему девушку показывают нечётко? Это сильно бесило.

— Беги, дура, — не сдержалась я. — Стражники сами освободят твоего жениха! Спасайся!

Но мой совет запоздал. Сэтман ухватил деваху за руку и рванул на себя.

— Арьяна? — догадался он.

— Отпустите! — гневно воскликнула девушка, дёрнувшись в руках парня.

— Заткнись и не трепыхайся, — зашипел он ей на ухо.

Стражники оголили мечи и ринулись на Сэтмана.

— Ни с места! — скомандовал он. Выхватил нож и приставил к горлу девушки.

— Фу! Как не по-мужски, — разочарованно протянула я. — Она и так, бедняжка напугана.

Охрана отступила, не зная, что делать. Их хозяин лежит без сознания связанный, а его возлюбленная в руках негодяя.

Девушка снова задёргалась, пытаясь высвободиться.

— Не двигайся! — закричал ей на ухо Сэтман.

Надо бы сделать звук потише, а то я чуть не оглохла от его воплей.

Сэтман перехватил нож в правую руку и занёс его для удара.

— Нет! — пискнула девушка, решив, что Сэтман убьёт её.

— Нет! — заорала я, протягивая руку к экрану.

Но удар предназначался не ей. Нагнувшись, Сэтман несколько раз вонзил нож по самую рукоятку в грудь Рэгли. Не смог удержаться от убийства.

— Смерть ему! — завопили стражники и ринулись на противника.

Сэтман перекинул пленницу через плечо и кинулся вглубь замка. На кухне должна быть задняя дверь. Только где эта самая кухня? Чутьё мага безошибочно привело его в нужное место.

Ударом ноги вышиб дверь и выскочил во двор. Сзади раздалась отборная брань и звуки погони. Оценив ситуацию быстрым взглядом, парень кинулся к конюшне. Девушка на плече отчаянно вопила и колотила его спину.

— Сэтман, отпусти её! — умоляла я. Мне было жаль девчонку. — Не по-мужски отыгрываться на ней. Ты и так убил Рэгли. Ведь он виновник!

— Заткнись! — заорал Сэтман.

Заткнись? Это он Арьяне ответил? Только за своими воплями я так и не услышала, что кричала девушка. Интересно, что она такое могла сказать и вызвать ярость Сэтмана?

— Она напугана, — объяснила я, поражаясь толстокожести главного героя. — А ты — идиот, раз решился на похищение!

— Вот тебя забыл спросить, что мне делать, — выкрикнул Сэтман.

Я часто заморгала. Чего это он решил со мной пообщаться? Но тут мои мысли опять поглотил быстро разворачивающийся сюжет.

Подбежав к коню, Сэтман бросил прелестницу животом поперёк спины животного и вспрыгнул на скакуна. Я ощутила, как моё лицо ударилось о тёплый бок коня. Оказавшись в неудобной позе, быстро попыталась спрыгнуть. Но куда там! Меня крепко держали. Моя попка торчала сверху, а ноги и голова оказались вниз.

— Мать твою! — вырвалось у меня от неожиданности. — Тут же должна быть Арьяна, а не я!

Сэтман вонзил каблуки под рёбра коня и тот, взвившись свечкой, ринулся из конюшни. Я завопила от страха. Почему ковёр стал конём? Что за ерунда? Этого не может быть!

Конь нёсся во весь опор. Сэтман держался за гриву, навалившись на меня своим телом. Я запаниковала. Случившееся не укладывалось в голове. Почему я ощущаю всё, что происходит на экране?

В нас полетели стрелы и проклятья.

— Не стрелять! — раздался позади голос стражников. — У него Арьяна!

Какая на фиг Арьяна? Ириной меня зовут! Но стрелять всё равно не надо!

— О, господи, — испуганно прошептала, ударившись в очередной раз лицом о бок коня.

Больно. Из носа побежала кровь. Выставила руки вперёд, чтобы отстраниться от животного. В голове была такая неразбериха, что разбитый нос волновал меньше всего. Что происходит?

Ощущая, как подо мной движется упругое тело скакуна, я стала понимать, что фильм перестал быть фильмом. Испуг оказался сильнее меня, и туман заволок моё сознание.

* * *

Всё тело болело, словно я побывала впервые в тренажёрном зале у неутомимого тренера-садиста. Вдобавок было холодно. Я потянулась за одеялом, но не нашла. Во, блин, никогда же не напивалась так, чтобы не помнить где заснула. Да и не пила, вчера, вроде. Или всё же пила? Да? И забыла об этом? Совсем, что ли память отшибло? Поморщилась от головной боли. Похмелье обещало быть тяжёлым.

Да где я, чёрт возьми? Темно, хоть глаз выколи. Пахнет сыростью.

— Эй! — негромко крикнула, чтобы не сильно досаждать хозяевам «уютной» комнатки. — Есть здесь кто?

Молчание. На ум пришли слова из песни: «Крикну, а в ответ тишина. Снова я останусь одна». Нет уж, одной мне не хотелось быть в незнакомом месте. Тут меня посетила догадка, что раз сегодня песни вспоминаются, то вчера было караоке по пьяни. Только я ж не пью почти. Бокал вина — это не пьянка. Но отчего тогда такое похмелье и забытьё?

Где-то в стороне раздался слабый шорох и писк. Я напряглась.

— Кто здесь?

Возня затихла. Я тоже. Ощупала кровать. Тут же обнаружила, что это вовсе не кровать, а солома, валяющаяся на холодном каменном полу.

Паника поднимала свою уродливую голову, чтобы заголосить моими устами. В ужасе зажала рот руками. Я не буду кричать! Я сильнее страха! Надо вспомнить, что было вчера. Куда-то ходили с друзьями? Да нет, никуда не ходила! Дома была, телик смотрела.

И тут, словно обухом по голове, меня огрели воспоминания: Сэтман, драка, убийство Рэгли и похищение Арьяны.

— Не может быть! — воскликнула я и сама же испугалась собственного крика. Снова зажала рот ладонями, шаря в кромешной темноте ничего не видящими глазами.

Разбитый нос болел, голова кружилась, в ушах звенело. Значит, это не похмелье, а последствия скачки на лошади головой вниз. Жалобно заскулив, подалась назад и упёрлась спиной в неровную каменную стену. О, боже, я пленница! Это подземелье замка Гирсэлдов! Тут мозг с надеждой уцепился за другую мысль: раз у меня возникли видения, что я — героиня сериала, то нахожусь в психбольнице! Но нет, на лечебницу не смахивает.

— Помогите! — заорала я что есть мочи. — Спасите меня! Кто-нибудь, помогите!

Я кричала и плакала, боясь встать. То, что вначале я приняла за людские звуки, было мышиной вознёй! Бояться грызунов не стоило, так как они бы не напали, но осознание их соседства сводило с ума. Я не замечала струящихся по щекам слёз. Страх сковал моё тело.

— Помогите!!!

И тут лязгнул засов и в подземелье ворвался свет факела. Ополоумев, бросилась навстречу к спасителям.

— Что орёшь? — напоролась я на неприветливый густой бас. — Очухалась?

— Да, да, — лепетала я, не обращая внимания на грубость. — Выпустите меня, пожалуйста.

— Ишь, чего захотела! — заржал мужчина с факелом. У него были грубые черты лица, словно их высекли топором из глыбы льда.

Тут я увидела в его руках копьё. Чего это он в меня его тычет? Убери, идиот, а то поранишь.

— Вы бы поаккуратнее с копьём-то, — завопила я, когда он меня чуть не проткнул.