Яна Чингизова-Позднякова – Инквизитор в погонах (страница 4)
«Он исчез! Взял и исчез на моих глазах! Словно растворился в воздухе!».
Были допрошены все и вся, но Арлекина никто больше не видел. Конвоира, само собой, не ожидало ничего хорошего, но Пётр Иванович об этом не думал. Он убито держал в руках письмо, в котором почерком с вензелями и завитушками было изложено:
«Дорогой Пётр Иванович!
Позвольте высказать вам своё восхищение вашей сыщицкой хваткой. Вы устроили мне превосходнейшую ловушку и я по достоинству её оценил. Впредь я учту и этот опыт тоже. Впрочем, вам не стоит переживать! Сегодня последний день, когда можно было проводить ритуал – комета отдалилась от нашей планеты и теперь нужно ждать ещё сорок пять лет.
Вашей милой Дашеньке я тоже не собираюсь мстить – можете этого не опасаться, ибо вся наша игра была чрезвычайно увлекательна и невероятно меня развлекла. К вашему сожалению, выиграл всё-таки я, но отдаю вам должное как достойному противнику! Желаю здравствовать!
Арлекин».
Рассказ второй. Кровавая Мэри
Ранним утром, возвращаясь со своей сумасшедшей работы, Петр Иванович забежал в подъезд, скрываясь от весеннего ливня, провел ладонью по лицу и, проморгавшись, ошарашенно замер. На ступеньках лежала Татьяна Михайловна – пятидесятилетняя соседка Крестова по площадке. На шее растекалось кровавое пятно. Рукава на кофте были разорваны и на руках виднелись округлые синяки.
– Татьяна Михайловна! – воскликнул следователь и аккуратно проверил есть ли пульс. Он был. Слабенько, но сердце билось и Крестов схватился за телефон, вызывать «Скорую».
Позже он узнал, что это уже второй случай в городе. Первое нападение произошло совершенно в другом районе, но все совпадало: подъезд, жертва, правда, мужского пола, раны на шее и руках, оказавшиеся укусами и сильная потеря крови.
«Это что же?» – приподнял брови следователь: «У нас вурдалак объявился?».
Тихий пожал плечами и тоскливо уткнулся в монитор, выискивая новые подробности.
На планерке начальство устремило на Петра Ивановича непроницаемый взгляд и велело забирать себе «вампирское дело».
«Почему я, Андрей Петрович?» – посмел вяло воспротивиться Крестов, на что ему резонно заметили, что колдуна он уже ловил, глядишь и с кровососущим персонажем все сложится.
– Дык колдун-то убег! – на деревенский манер выдал аргумент Петр Иванович.
– Это изолятор виноват! – пояснили ему. – А ты его вычислил, как миленького!
Так, что в свой кабинет Крестов явился с новой головной болью и препоганым настроением.
Как искать очередного придурка, который высасывает из жертв кровушку идей не было и от отчаянья Петр Иванович засадил Васю искать все о вампирах. Выяснилось, что они боятся солнца и днем на улицу не суются. Крестов припомнил, что на жертв и впрямь нападали ночью. Сказать, кто это был, пострадавшая соседка не смогла. Видела какую-то тень, не более того. А потом ее укусили, мужик же до сего времени был в отключке.
«Твою мать, укусили!» – поморщился Крестов, читая показания. Вася сочувственно на него посмотрел и выдал новую полезную информацию о том, что вампиры без крови высыхают аки клопы.
– Ну, давай всех жителей в скафандры оденем, – хмыкнул следователь.
– Надо к Тамаре сходить, – предложил Тихий и на всякий случай втянул голову в плечи. Однако, ожидаемого взрыва не последовало. Крестов сморщился, словно уксуса хватанул, но головой покивал.
В двери чувственно постучали и следом явила себя Лидочка в деловом костюме, из под которого выглядывала расстегнутая чуть не до пупа обтягивающая рубашка.
– Чего вам? – недобро сощурился Крестов.
– Петр Иванович! – серьезно поджала накачанные губки девушка. – Я бы хотела вместе с вами работать по этому делу о вампирах! – выдала она.
Лицо Крестова отразило вторую порцию уксуса и он снова кивнул. Затем просветлел:
– Тогда, Лидия Вячеславовна, вы сходите по этому адресу – там ведет прием колдунья Тамара. Скажете, что вы от меня и пусть она вам расскажет все, что знает о вампирах.
– Вы думаете это, вправду, вампир? – распахнула Лидочка нарощенные ресницы.
– Вправду-не вправду… – буркнул Крестов, – а действовать преступник будет все равно в соответствии со всеми этими легендами, что живут в народе. Идите! – сурово поглядел он на стажерку и та торопливо ретировалась. – А лет пятьдесят назад ничего такого не было? – ехидно поинтересовался Петр Иванович у капитана и тот, с сожалением, развел руками.
Крестов стал думать, хотя думать было не о чем. Первой жертвой вампира был тридцатилетний мужик возвращавшийся с работы почти ночью. Второй, соответственно, Татьяна Михайловна. Между нападениями прошло три дня. Ничего общего у жертв не обнаружилось, никаких следов рядом с потерпевшими не было, но анализ ДНК с мест укусов делали. Заодно и прикус кровопийцы сравнили, что вполне совпадал. Выходит, вурдалак был один. Хоть на этом спасибо!
Крестов на всякий случай отправил Тихого в стоматологическую клинику – может чего умного выскажут по поводу формы зубов. А сам прогулялся по местам преступлений.
В своем подъезде он поднял на уши всех соседей и те добросовестно пытались ему помочь, но ничего толкового так и не сказали: вроде видели мужика, что был около подъезда ближе к вечеру. А может, не к вечеру… а может, не мужика… Описать его внешность взялась только тетя Капа из сорок восьмой квартиры, что днями и ночами смотрела в окно, но, учитывая ее очки с толстенными стеклами, а так же темное время суток, особо на эти показания рассчитывать не приходилось. В общем, старушка рассказала, что-таки это был мужик, высокий, худой, одет в темное, а волосы белые и длинные.
«Тоже мне Брэд Питт» – хмыкнул Крестов и сердечно поблагодарил тетю Капу за внимательность и помощь органам. Бабуля немедля зазвала его на чай и Петру Ивановичу пришлось потратить полчаса на употребление жидкого, прелого на вкус напитка и недельной давности булочек со смородиновым вареньем от коего выворачивало глаз и крутило за ушами.
Исполнив свой долг перед населением и выслушав все бабкины жалобы на ЖЭК, пенсионный фонд и прочих соседей, Крестов, наконец, откланялся и помчал к дому второй жертвы, самолично сев за руль служебного авто.
Там всё оказалось немного сложнее – жильцы следователя лично не знали и помогать не стремились, высказываясь в смысле: не был, не участвовал, не привлекался. Однако, и здесь нашлось любопытствующее лицо, что в нужный момент глазело в окно и видело блондина в темных одеждах с длинными волосами.
«Ха!» – возрадовался Петр Иванович: «Выточу я, голубчик, на тебя осиновый кол! Ох, выточу!».
В приподнятом настроении он вызвал глазастого гражданина Епишкина в отделение дабы составить фоторобот и на крыльях явился на работу полагая, что дело в шляпе. Однако затем из этой самой шляпы, как у фокусника стали вываливаться факты один другого хуже.
Начать с того, что явившийся из стоматологии Тихий в ответ на радостные заявления начальника о подозреваемом отрапортовал, дескать, дантисты утверждают, что вампирьи зубы принадлежат особе женского пола. Кроме того, они действительно вампирьи (это уже сообщили из больницы) – в укусах явно видны следы длинных клыков.
А затем и вовсе начались чудеса, ибо от колдуньи Тамары явилась Лидочка, уселась на Крестовский стол нога на ногу и мурлыкающим голосом, от которого у Петра Ивановича сводило пальцы на левой руке, начала пересказывать волшебные бредни.
– Вампиры обычно не привлекают к себе внимания, живут тихо. Жертв не убивают, а усыпляют и осторожно откушивают. Проснувшись, пострадавший ничего о нападении не помнит, считает, что просто упал в обморок. След укуса затягивается в течении пары часов и превращается в обычный синяк, неотличимый от сильного ушиба.
– А чего ж тогда у наших жертв все руки в зубьих отпечатках? – задал резонный вопрос Крестов и Лидочка, от сознания собственной важности выпрямив спинку и выпятив девичью грудь, продолжила вещать дальше:
– Все дело в том, Петр Иванович, – кокетливо стрельнула глазками стажерка, – что этих жертв не усыпляли, а кушали на живую. Сознания они лишились от потери крови, а не от гипноза. Потому и заживления ран не происходило – организм работает в обычном режиме. Вот!
– Я—я—сно, – протянул Крестов, которому, впрочем, ясно ничего не было. А самое главное, было совершенно непонятно, кого теперь ловить? Если потерпевших жрала особь женского пола, то причем блондин, засветившийся в обоих местах? Подельник? И если колдунья Тамара сказала правду, то почему же этих жертв не усыпили? Охотничий азарт пересилил? Он задал этот вопрос Лидочке и та снова взялась заливаться соловьем:
– Госпожа Тамара считает, что вампирша имеет определенную цель – или навести на людей побольше страха, или отомстить. В общем, тут чисто личная мотивация.
– Мотивация, твою мать! – буркнул расстроенный следователь, поняв, что опять будет барахтаться в этом деле, как с приснопамятным Арлекином потому, что понять логику таких психов довольно сложно. – В общем, так! – начал он отдавать приказы, чтобы делать хоть что-нибудь, а не просто ждать следующего нападения. – Вася, как фоторобот будет готов, сразу докладывай. Будем искать этого белобрысого.
Василий с готовностью кивнул, а Петр Иванович повернулся к Лидочке:
– А вы, Лидия Вячеславовна, узнайте насчет камер у подъезда и на улице рядом с адресом второй жертвы. Около моего-то подъезда точно ни черта нет. Вряд ли, конечно, нам повезет, но вдруг они есть и там кто-нибудь засветился.