Яна Черненькая – Тайная жизнь Джейн. Призрак (страница 33)
Сейчас Стрикленд напоминал благожелательного расслабленного дядюшку, из тех, что могут часами сидеть у камина, пуская в воздух колечки дыма и впадая в философские размышления. Наверное, именно эта видимая простота и заставляла людей забываться в его присутствии, теряя осторожность, чем инспектор и пользовался без малейшего зазрения совести.
Деликатно постучав в дверь, в гостиную зашел слуга.
– Милорд, к вам мистер Делрой, – сообщил он хозяину.
– Кто это? – удивленно подняв бровь, спросил лорд Сеймурский.
– Мистер Аллен Делрой, поверенный, младший партнер мистера Максвелла, – прозвучал ответ.
– Проси, – велел лорд Сеймурский.
– Что ж, оставлю вас, – сказал Стрикленд, тщательно выбивая трубку и убирая ее в чехол. – Не забывайте сообщать мне обо всем, что происходит. У нас осталось очень мало времени, не стоит увлекаться играми в загадки и тайны. Проиграете… милорд. – Серые глаза «доброго дядюшки» на мгновение сделались стальными и жесткими.
– Я вас понял. – Джеймс с честью выдержал этот взгляд, не выдав внутреннего волнения.
В дверях появился высокий статный мужчина лет примерно тридцати, может, немногим меньше. Четким, выверенным до совершенства движением головы он поприветствовал всех находящихся в комнате, потом посторонился, пропуская инспектора.
– Добрый вечер, мистер Делрой. – Граф соизволил встать, чтобы приветствовать гостя.
– Добрый вечер, милорд.
Рукопожатие было в меру крепким, в меру энергичным – таким же идеальным, как поклон.
– Инспектор рассказал мне о несчастье, случившемся с мистером Максвеллом, – первым заговорил Джеймс. – Вы были у него? В каком он состоянии?
– В плохом, милорд. – Горделивой осанке Делроя, как и его манере говорить мог позавидовать любой герцог.
Странно, но лорду Сеймурскому показалось, что он где-то уже видел этого человека или кого-то, на него очень похожего. И тогда тот выглядел совсем иначе – вовсе не так блестяще. Только где такое могло быть?
Мистер Максвелл всегда приходил к графу один, без сопровождающих, проявляя таким образом максимальное уважение к именитому клиенту. Впрочем, пару раз Джеймс заглядывал в контору несчастного солиситора – возможно, там они с Делроем и виделись. Но… сомнительно. Такую яркую внешность сложно не запомнить: теплые и при этом предельно внимательные карие глаза, темно-русые волосы, непривычно смуглая кожа, словно в роду этого мужчины затесались выходцы из Ференции или какой-нибудь другой южной страны, широкие скулы, а уж манера держаться…
– Мистер Делрой, – граф еще раз окинул взглядом посетителя, – мы ведь уже встречались когда-то? Ваше лицо мне знакомо, но никак не удается вспомнить откуда.
– Встречались, милорд, но сейчас это к делу никак не относится.
– Да. Понимаю. Присаживайтесь.
Джеймс указал рукой на кресло, в котором недавно сидел Стрикленд. Похоже, манера принимать деловых посетителей здесь, в малой гостиной, а не в кабинете, начала приживаться. Граф даже подумал, что прикажет перестроить гостиную в Райли… если все решится. Пусть и в замке тоже будет приятное место для бесед.
Слуга расторопно убрал недопитый чай.
Мистер Делрой сел напротив лорда Сеймурского. И опять Джеймс обратил внимание, насколько движения гостя были четко выверенными. Прямая, но не напряженная спина, поза без излишней расслабленности, но и без неуверенности в себе. Ощущение, будто этого человека с детства приучали хранить дистанцию при общении с любыми людьми. Отпрыски благородных родов таким редко славились, они обычно вели себя куда более свободно и раскованно, в каком-то смысле почти панибратски. Это соображение подвело Джеймса к мысли, что Делрой тщательно копирует изысканные манеры аристократа, им не являясь.
– Итак, как вы знаете, мистер Максвелл в настоящее время не может выполнять свои обязанности. Однако, являясь его младшим партнером, я вел значительную часть дел по вашей текущей ситуации и могу продолжать работу, если вы выразите желание продолжать сотрудничество с нами.
– Сколько вам лет, мистер Делрой? – спросил Джеймс, желая понять, насколько можно доверять этому человеку, а заодно выяснить, где они могли видеться.
– Двадцать девять, милорд.
– А где вы учились?
– В Даргфорде.
– Вероятно, вы выпустились раньше, чем я начал учебу.
– Не совсем, милорд. Я был стипендиатом, а потом получал магистерскую степень, – с достоинством произнес Делрой, даже не попытавшись скрыть этот факт.
– Ах вот как! – Джеймс закинул ногу на ногу и откинулся на спинку кресла. – Значит, мы вполне могли пересекаться.
– Могли. – Взгляд Делроя был по-прежнему спокойным.
– И давно вы работаете на Максвелла? Как вам удалось устроиться к нему?
Да, вопросы были, мягко говоря, провоцирующими и слегка бестактными, но Джеймс не собирался отдавать свою судьбу в руки младшего партнера, о котором до сих пор даже ничего не слышал.
– С мистером Максвеллом я работаю уже больше трех лет. – Вот теперь на спокойном лице Делроя было заметно легкое волнение. – Из них год в должности солиситора, полгода являюсь младшим партнером.
– И два года в роли ученика?
– Перед этим еще год я работал в конторе поскромнее.
– Головокружительная карьера… для стипендиата, – заметил Джеймс. – Вероятно, вы хорошо себя проявили, если через год полноценной работы вас сделали партнером.
– Мистер Максвелл считает меня достаточно способным, чтобы позволить работать с ведущими клиентами.
– Кто ваши родители?
– Какое это имеет отношение к нашему вопросу?
Скулы на лице солиситора обозначились резче, лицо слегка потемнело. Джеймс понял, что ему удалось нащупать болевую точку Делроя.
– Моя ситуация требует участия лучшего из лучших. Мистера Максвелла можно назвать таковым, а вот про вас никому и ничего неизвестно. Так повторю свой вопрос: кто ваши родители?
– Они простые люди, – ответил поверенный, глядя почти с вызовом. – Но защищать вас будут не они, а я.
– Если я на это соглашусь.
– Если вы согласитесь, – склонил голову Делрой.
– Какова ситуация на текущий момент? Что уже сделано? – Джеймс не собирался разводить церемонии.
– Чтобы не разыгрывать нашу последнюю карту, нам нужно найти либо настоящих виновных, либо свидетелей, которые видели этого… Призрака и могут сказать, что он отличается от вас. Мы поговорили с персоналом ресторана «Критерион», а также с гостями, которые бронировали столики четырнадцатого апреля. Увы, вас мало кто вспомнил. А те, кто вспомнил, не так хорошо с вами знакомы, чтобы заметить какие-либо несоответствия. У вас весьма своеобразная прическа, она привлекает внимание, и люди не смотрят на все остальное. Как я понял, в этом ресторане вы бываете нечасто.
– Да, – кивнул Джеймс. – В последние два года я вообще не выезжал из Райли, а до того тоже не жаловал «Критерион». Слишком много официоза.
– Вероятно, я не ошибусь, предположив, что этот ресторан стал бы последним местом, где вы могли назначить деловую встречу?
– Да, если, конечно, мне не понадобилось бы встретиться с каким-нибудь почтенным пожилым лордом, который помнит еще моего прадеда, – подтвердил граф.
– Выходит, Призрак об этом знал. Незнакомый с вами персонал не мог заметить мелких несоответствий, но зато запомнил вашу внешность.
– Да. Выходит, что так.
– И все то же он проделывал в других местах – в «Саломее», например, или на станции в Тингейме. Кассир вспомнил, как вы покупали там билет тринадцатого апреля. Однако есть надежда, что вместе с Призраком в купе до Ландерина ехал еще один пассажир, который должен был разглядеть его более тщательно. Сейчас мой человек пытается его найти.
– Не ваш, а скорее мой, если вы имеете в виду мистера Кавендиша, – поправил его Джеймс. – Кстати, а вам уже известно о ситуации с уцелевшим клерком?
– Простите? – не понял его Делрой, чем тут же настроил Джеймса против себя.
– Плохо, мистер. Давно вы говорили с инспектором Стриклендом о том, как продвигается дело?
– Вчера.
– Вы хотя бы в курсе, что на двоих свидетелей прошлой ночью было совершено покушение? Один убит, другой выжил.
– Да, разумеется. Я уже запросил все бумаги по этому делу, но тут случилось несчастье с мистером Максвеллом…
– То есть вы еще не говорили с уцелевшим свидетелем?
– Нет, милорд. – На скулах Делроя заходили желваки.
Джеймс и сам сейчас, пожалуй, не мог бы сказать, чем его так раздражает молодой партнер Максвелла. Пожалуй, это было больше похоже на панику. Мистер Максвелл, лучший в своей профессии, при смерти, дело передали неопытному солиситору, который еще совсем недавно протирал штаны в библиотеках…
С другой стороны, коней посреди реки не меняют. У инспектора три дня на расследование, а потом будет еще около недели на подготовку защиты – лорды не будут тянуть с этим вопросом. Выходит, вся надежда только на то, что Ричард что-нибудь откопает. Конечно, опытный барристер может повлиять на ситуацию, но никакое красноречие не поможет оправдать человека, против которого собрано столько улик.
– Среди опрошенных вами есть баронет Герберт Крэйг? – вспомнил Джеймс.
– Нет, сэр, а в связи с чем мы должны были с ним поговорить?