Яна Боголюбова – Обмани меня (страница 10)

Ему не понравилось тогда спать одному: открыть глаза посреди ночи и осознать, что в постели рядом с тобой никого нет. Холодное пустующее место и только слабый мятный запах её кожи. Но он не стал акцентировать на этом внимание. Если она так захотела, значит, так надо.

И сегодня он пригласил её к себе в надежде, что она останется. И он буквально просит её своими полузакрытыми от удовольствия медовыми глазами, чтобы она осталась. Вжимает её в себя, хочет стать с ней одним целым, хочет эти полчаса растянуть на целую ночь. И ему все равно этого будет мало.

Рид впивается пальцами в его предплечья, лбом упирается в углубление плеча, амплитудно дыша ему в грудь горячим воздухом. Он такой массивный, такой большой, будто весь может её поглотить. Его горячее тело, мускулистые руки и торс, твердая грудь, впитывающая в себя её дыхание, и даже его вздохи, слабые всхлипы, доставляют ей удовольствие.

Ей всегда нравились крупные мужчины, высокие и с широкими плечами: где-то в подсознании у нее отложилось, что с ними безопаснее, что с ними лучше. Во всех аспектах. И сколько бы она не ошибалась, она тянется именно к таким; летит как мотылек на свет и обжигается.

Но Себастиан не собирается её обжигать и не хочет обжечься сам. Он будет аккуратен, не будет торопиться, давить: он выше этого. И несмотря на то, что они уже зашли дальше, чем просто знакомые, ему нужно, чтобы она сама дошла до желания быть с ним. Маленькими шажками. Если потребуется время – он будет ждать. Его задача лишь подталкивать её к этому своими поступками.

Ведь чего не сделаешь ради любви, верно?

Ему кажется, что единственное, способное спасти его утро, это чашка хорошего кофе и его любимый омлет с беконом.

Намеренно приходя на полчаса позже открытия, он застаёт удовлетворяющий его пустой зал и про себя ликует, что они снова будут в привычной компании друг друга, и он сможет расслабиться и обыденно отойти от остатков бессонницы. Ему всегда это помогает. И сегодня должно.

Он усаживается за свой столик, предварительно снимая пальто и вешая на спинку стула напротив, достает свой ноутбук, и, пока запускается процессор, мужчина откидывается на спинку, укладывая ногу на ногу, и ожидает официантку.

Почему сегодня его предвкушение их встречи вдруг такое стойкое и воодушевляющее? Неужели он настолько сильно устал от нестабильного сна, что отдушиной для него будет такая мелочь, как обычный диалог с Кристал? Да даже не нужен диалог, её присутствия ему хватит для сладостного покоя.

Он сохраняет привычное спокойствие, хоть и видит краем глаза приближающуюся фигуру.

–Доброе утро. Что будете заказывать?—не то: не тот голос, не та девушка; Мэдди смотрит на него доброжелательным взглядом голубоватых глаз и ожидает заказа с ручкой и блокнотом в руках.

–Доброе,—слабо улыбается ей Крис,—Чашку кофе, пожалуйста, и омлет с беконом,—он наблюдает за тем, как она записывает, и чувствует, как взор его проваливается будто сквозь нее. Это не то, чего он хотел этим утром.

–Время ожидания займет десять минут,—пряча блокнот в карман фартука, она отшагивает с целью удалиться, но мужчина её окликает слабым "извини".

–Разве сегодня твоя смена?—аккуратно и будто ненавязчиво интересуется он, и её лицо в момент становится мягче предыдущего, будто она что-то поняла.

–Кристал попросила выйти за неё. Она отработает за меня вечернюю смену,—она сдерживает ехидную улыбку и наконец скрывается за дверями в кухню.

Вот, значит, как.

Он не подает виду, снова откидывается на спинку, уставляясь в экран ноутбука. Но на тексте глаза не фокусируются.

Какая-то тяжесть оседает на плечах, внутри, в груди, что-то начинает жечь. Он меняет ноги, перекидывая одну на другую, пытаясь избавиться от этого зуда в теле. Тщетно.

И то, что он, как ему кажется, знает причину отсутствия Кристал, заставляет внутри зарождаться ревностное чувство, которое он нарекает завистью.

Никакая это не влюбленность, даже не слабейшая симпатия, нет.

Но почему тогда от одной мысли, что девушка снова спит с кем-то другим, Крис лишается аппетита? И омлет, принесенный Мэдди, невкусный и рыхлый, и кофе, каждый день пробуждавший в нем вкус к жизни, вдруг кажется горьким и пресным.

Или же не кофе вовсе мотивировал его на какую-либо деятельность?

Кристал не ночевала у Себастиана: она вернулась домой под утро, удовлетворенная, но не выспавшаяся, поэтому и попросила Мэдди выйти ей на замену. Ей повезло, что девушка, которую даже не предупредили заранее, вошла в положение и согласилась. Она золотая работница, и Рид понимает, что её добротой пренебрегать нельзя.

Девушка всё никак не может выкинуть из головы то, что произошло этой ночью: Себастиан и его разгоряченное тело, будто тающее в её руках в полном подчинении её воле. По его уставшему и раздосадованному лицу, по его полузакрытым со скрытым разочарованием глазам было понятно, что он не хотел, чтобы она уходила.

Но он молча проводил её фигуру взглядом, когда она быстро застегнула пуговицы блузы, натянула джинсы и, кротко попрощавшись, покинула его квартиру, полностью ею пропахшую.

Сейчас же Рид, завязывая волосы в высокий хвост, одевается максимально сдержанно и закрыто: черная водолазка с высоким горлом, свободные брюки и полное отсутствие украшений.

Будучи женщиной-барменом, она уже усвоила урок дресскода на ночные смены: в ворот и под юбку могут заглядывать, волосы накручивать на свои толстые потные пальцы, а за украшения могут тянуть, после чего они рассыпаются и бусинками бегут по мраморному покрытию стойки.

Прожженная опытом, она быстро усваивает уроки и делает выводы. И она знает, что дело даже не в том, как она будет одета в этот день или как она себя будет вести. Дело исключительно в распущенности некоторых мужчин и их сломанных моральных устоях, разрушающихся окончательно под градусом.

Для вечера пятницы бар заполнен относительно плотно. Забирая у Мэдди ключи и благодаря её за хорошую работу, та выуживает свой фартук из-под стойки и накидывает на себя, крепко обвязывая вокруг талии.

Она оглядывает мрачный, слабоосвещенный желтоватым светом декоративных фонарей зал: никаких драк и стычек, никаких громких пьяных разговоров, никакой битой посуды. Странно. Страшно.

Музыка негромко играет и разбавляется шумом чужих разговоров: бархатными женскими голосами, мужскими низкими басами и полным их слиянием. За барной стойкой даже есть пара свободных мест, и никто не дышит девушке в лицо своим перегаром, пока она мешает коктейли или просто наливает выпивку.

Знакомая фигура показывается в проходе заведения и будто плывет в толще людей по направлению к стойке. Их взгляды тут же встречаются, и брюнетка с легкостью может прочесть по его глянцевым глазам, что тот пришел с чётким намерением напиться, и их бар с трудом отделается одной бутылкой виски.

Всегда, когда Эванс появляется на пороге, Кристал неосознанно пытается контролировать каждое его движение, не выпуская из виду. И сейчас он, стеклянными глазами зацепившись за её изучающие, проталкивается и огибает посетителей, параллельно стягивая с широких плеч свое пальто.

–Надо же,—наигранно удивляется мужчина, кинув на барный стул верхнюю одежду, и опирается локтями о стойку,—Не ожидал тебя увидеть здесь в это время. Разве ты сегодня не с утра работала?—он искривляет брови в саркастическом вопросе, а девушка чувствует неприязненные нотки в его голосе.

–Что будешь пить?—игнорирует она его вопрос, уже доставая с полки бокал для виски с толстым дном.

–Виски,—поддерживает он её ожидания, усаживаясь на стул, но не отводя глаз от женского бледного лица, что кажется желтым от освещения.

Она ставит перед ним стакан и отходит чуть в сторону, наклоняясь и выслушивая заказ другого клиента. Крис отпивает терпкий напиток, недолго смакуя на языке медовую дороговизну.

И почему он так хочет злиться на неё сегодня? На её безразличные чёрные глаза, на её по-дурацки искривленные губы, которые она не контролирует в процессе приготовления коктейля, на её маленькие холодные пальцы, которыми она случайно задевает его лежащую на стойке ладонь, когда протирает брызги.

Меньше, чем через десять минут, он подставляет уже пустой стакан с немой просьбой повторить. И она беспрекословно слушается. Не хочет с ним спорить, потому что видит, как недовольно он смотрит на неё снизу-вверх своими грязно-голубыми глазами.

В баре становится шумнее, группа красивых молодых девушек проходит за дальний столик, и что бармен, что её отрешенный посетитель, следуют взглядами за ними, после переглядываясь между собой. И Кристал выносит немой упрек в сторону мужчины, чьи губы слабо растягиваются в показательной улыбке.

–Даже не знаю, кого выбрать,—задумчиво произносит Крис, чья голова повернута в сторону девичьей компании, и официантка подмечает, как он воодушевленно расправляет плечи, в момент ощущая острый укол отвращения.

Вот, что делает его счастливым, что даёт ему мотивацию и вдохновение, что тешит его самомнение. Не первый раз она это наблюдает и старательно игнорирует разрастающееся в груди кипящее презрение, ведь каждая девушка, кем бы она ни была, не заслуживает к себе такого потребительского отношения.

–Та блондинка вроде ничего,—указывает он полупустым бокалом в сторону вышеупомянутой и подмигивает той, когда она замечает с другого конца зала его жест, расплываясь в застенчивой улыбке,—Что скажешь?—отпивает золотистую жидкость, переводя выжидающий взгляд на возвышающуюся над ним брюнетку.