Яна Белова – Верховный Магистр (страница 15)

– Ну, и совсем ерунда, – добавил Наримар, подходя к внимательно слушающим преподавателям, – пропишите в уставе момент исключения из школы и то, как дети должны возвращаться в этом случае домой. У вас тут труднодоступная местность. Если молодые болваны после исключения потеряются или решат пожить вольной жизнью, вы останетесь виноваты перед их опекунами. Во всех школах Алаутара есть пункт о компенсации возможного вреда репутации и издержек. Берите в задаток ашины, чтобы молодые болваны могли уйти домой через хазалит или сами провожайте их до дома за счет родителей, иначе это они взыщут с вас потом, когда узнают, что это повсеместная практика. И еще, опекун, пренебрегший договором с вами об опекунстве, по умолчанию отказался от опеки. Значит, фактически, продолжать обучать здесь такого парня вы должны за счет школы или буквально за свой счет, господин Бертрад, потому как именно вы по логике стали его опекуном. Умные опекуны-отказники могут попытаться вернуть деньги, отданные вам за образование. Имеют право. Вам крайне невыгодны такие ситуации.

– Вы совсем недавно верховный магистр, – ободряюще улыбнулась дари Тасима мрачному, словно туча, Бертраду, – ошибки неизбежны. Главное, помните, вы делает благое дело. Учить молодых – это интересный, самоотверженный путь.

Услышав, что он верховный магистр, Бертрад гордо приосанился. Юмирш, поймав этот момент, лишь улыбнулся.

– Как же мне сейчас поступить? Два ученика живут именно в школе, опеки официальной у меня, конечно, нет и, учитывая обстоятельства, я не хочу ее получать. Это сложные мальчишки, которых я не хотел бы тут видеть вообще.

– Мы можем их забрать, – невозмутимо ответил Наримар, – Опекуны отказались от них, это весьма прискорбно, мы должны выяснить их мотивы. Вам не стоит быть стороной этого процесса выяснения. Ваша школа должна работать и процветать. Частные семейные распри не должны этому мешать.

Бертрад облегченно вздохнул.

– У вас прекрасные строители, кузнецы и плотники в деревне. Возможно, стоит учить детей этому ремеслу тоже. Это, без сомнения, пригодится им в жизни и поможет вам в получении дополнительного финансирования со стороны большого преподавательского совета как узкоспециализированной школе полезных навыков для немагов, – дари Тасима отдала «верховному магистру» список «желательных преобразований» и встала, – Спасибо, что уделили нам время, господин Бертрад, господин Стрибергар… Рада была знакомству.

– Для нас это великая честь, – слегка поклонился верховный магистр.

Ошеломленный Стрибергар тоже поспешно кивнул.

– Где эти проблемные оболтусы? – Наримар обвел взглядом сидящих за соседними столами Юмирша, Чакуриеша и еще двух учеников.

Бертрад с готовностью указал на «проблему». Юмирш поднялся, все еще не доверяя своим ушам и глазам. В столовую вошел Махурад, посмотрел на Верховных Магов, потом на сына и усмехнулся.

– Чакуриеш и Юмирш должны покинуть школу сегодня же. Мне не нужны такие проблемы, – сурово отчеканил Бертрад.

Махурад бросил на него понимающе презрительный взгляд и вышел, так ничего и не сказав. Чакуриеш также поднялся.

– Я готов уйти.

– Я тоже, – быстро проговорил Юмирш.

– Вот и отлично. Все довольны, – улыбнулся одними губами Наримар, глаза же метали громы и молнии, пока он смотрел на парней и в окно.

Спустя еще полчаса парни собрали свои нехитрые пожитки и вышли во двор, где Верховные Маги по-прежнему любезно и заинтересовано общались с другими преподавателями и жителями деревни. Кроме дари Тасимы и дарика Наримара их деревню посетил еще и дарик Волрклар, который шумно восхищался мастерством строителей немагов.

Чакуриеш искал глазами взгляд старательно избегающего смотреть на него отца. Юмирш, оглушенный внезапным счастьем, боялся глубоко дышать, чтобы его не спугнуть или не проснуться. Все казалось слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но нет. Верховные Маги попрощались с преподавательским составом школы и, взяв за руки парней, перенеслись в совсем иное место.

Магия воплощений Стихий действовала в разломе так же как где-либо еще. Все маги Верховного Совета являлись живыми воплощениями Стихий.

Юмирш не успел оглядеться по сторонам, когда почувствовал, что на него валится стоящий рядом Чакуриеш. Наримар подхватил его магией в последний момент.

– В госпиталь его, – скомандовала дари Тасима, – второго к дари Кайлин, у меня турнирных раненых куча, – и улыбнулась удивленному Юмиршу, – У тебя все будет в порядке, твой приятель тоже к вечеру переедет к дари Кайлин в дом.

Он хотел поблагодарить, но дарик Волрклар тронул его за плечо, и картина вокруг вновь поменялась. Вместо зелени и цветов – шикарная гостиная и Гордор с костылем, который тут же ринулся к нему, крепко обняв.

– Где господа хозяева дома? – усмехнулся дарик Волрклар.

– Простите за неучтивость, – тут же спохватился Гордор, уронив костыль, – я не знаю, кто где, кроме Аримара, а тот у себя в комнате, сказал, что спустится…

– Ладно, расскажешь этому красавцу, что к чему, я…

С лестницы спустились дари Кайлин и дари Малика. У Юмирша истощилась способность удивляться. Он дома у Верховных Магов! Тут Гордор и Аримар! От волнения он вновь зашелся хриплым кашлем, не позволившим ему представиться как следует.

– Так, хоть одного здорового найдем? – усмехнулась дари Кайлин, явно адресовав этот вопрос Волрклару, – Тут у нас пневмония, – вздохнула она, дотронувшись до лба Юмирша, – Идем лечиться, что делать.

– Он выживет? – с беспокойством спросил Гордор, прыгая на одной ноге, пока Волрклар не поднял и не вручил ему его костыль.

– Это не опасно для ведьмаков, – заверила его Кайлин, – полежит пару дней, отдохнет, наберется сил и выздоровеет. Я рядом с вами его поселю на втором этаже, попозже допрыгаешь и сам все с ним обсудишь.

И исчезла вместе с Юмиршем. Тот не успел ничего сказать, мигом оказался в кровати погруженный в целительный сон.

* * *

Тем временем Гай, Эрмир и Дарк гуляли по улицам Шардраша, изображая обычных туристов.

Здесь были популярны калатарийские плащи-накидки с глубокими капюшонами, а также зонты. Благодаря этому, Дарк легко избегал ненужного внимания к своей известной всему миру персоне. Гая и Эрмира на картинках для детских альбомов никто не рисовал, им быть узнанными не грозило.

Лис Барт сообщил им, что мальчишки оборотни часто приходят в город за лекарством. Они оба чем-то болели, не слишком опасным, но неприятным. Если бы не это обстоятельство, их пришлось бы искать по лесам и полям как волка и лиса. А так, был шанс перехватить в «цивилизованном обличье».

В этот раз Гая и Эрмира переносил одним желанием Дарк, бывавший в Шардраше не единожды. Эрмир был тут впервые. Гай около десятка лет назад уже гулял по этому городу в более теплый сезон. С тех пор мало что изменилось.

Шардраш стоял на берегах сразу трех рек, причем, одна из них пересекала две другие. В городе было огромное количество мостов, достаточно высоких, чтобы под ними могли проходить лодки и малые парусники.

Эрмир сразу вспомнил северный, чисто пальорский город Мильд, решив, что Шардраш ничуть на него не похож, хотя в Мильде тоже было принято передвигаться по городу на лодках по сети искусственных каналов, также развит речной транспорт и были похожие проблемы с повышением уровня воды при разливе рек или больших приливах. Шардраш, в отличие от Мильда, утопал в зелени, чем напоминал еще и калатарийский город Армарль.

Берега городских рек не были тут затянуты в камень набережных, будучи пространством парков. У воды росли деревья: вечнозеленые, хвойные и лиственные; вдоль берега располагались деревянные настилы шириной до двухсот шагов, на которых стояли легкие лавочки, переносные кованные фонари и кадки с цветами. Вдоль рек принято было гулять. К каждой лодочной пристани также спускался деревянный настил, лишь мосты все сплошь были каменными, некоторые облицованными розовым и зеленым кварцем. Дома строили трех-пятиэтажными колодцами, то есть, по четыре многоквартирных дома соединялись в квадрат или прямоугольник. Внутри «колодца» был двор, общая для всех жителей четырех домов конюшня, а также вход в подземный «жилой комплекс» под ней для слуг каро всех владельцев квартир в домах, с удобными, с точки зрения каро, личными владениями (квартирами-студиями по 15—20 квадратных метров с крохотной душевой). Каро в своих поселках жили в норах и пещерах, они не любили больших пространств и «жить на земле».

Дома в Шардраше облицовывались мозаичной плиткой, известной всему миру как «шардская». Здесь из нее выкладывались целые картины и узоры, потому, каждый дом был по-своему уникален. Тут принято было давать домам имена, их писали сверху под самой крышей. Стоит ли говорить, что именно на Шарде, в Шардраше когда-то впервые появилась почта и широко практиковалась «доставка из магазинов на дом». В Калантаке до сих пор не все улицы имели названия, и отсутствовала какая-либо нумерация домов. Точный адрес дома в Калантаке звучал примерно, как «дом на Кордрок, напротив Круга Магов» или «Дом на набережной первый от таверны „Лисье Логово“ со стороны безымянного поворота к району Гората». Тут же промахнуться или не найти адрес не представлялось возможным.

Все дома опоясывали широкие балконы на вторых этажах, поддерживаемые внизу массивными колоннами. В итоге получались крытые тротуары для пешеходов, по которым приятно было ходить как в дождь, так и в зной. В теплое время года температура воздуха тут поднималась до 30 статики (45 С).