Яна Белова – Верховный Магистр (страница 14)

На Шарде крупных городов было всего двенадцать и два из них внутри разлома – Офром и Вайль. В Офроме жили преимущественно ведьмаки, в Вайле – калатари, каждый насчитывал около шести тысяч жителей. Остальные большие города Шарда насчитывали от 10 до 60 тысяч жителей и располагались на «лучах» кляксы-звезды. В основном население Шарда жило в деревнях вне разлома, внутри тоже, но там деревень было всего пять. В деревнях занимались рыбной ловлей в океане или в озерах внутри разлома и земледелием. Мясным скотоводством на Шарде, как и везде в Алаутаре, занимались преимущественно каро, они же выделывали шкуры, стригли шерсть, разделывали туши и торговали мясом. На Шарде каро жили повсеместно. Внутри разлома, вокруг Офрома было сразу пять поселков каро и один тафов под заклинанием барьер.

Высланные на Шард за пиратство и разбой ведьмаки, не сумевшие устроиться в удобном со всех сторон, кроме отсутствия магии, Офроме, основали деревню восточнее от города, на расстоянии 40 шакодов (около 20 километров в привычном Гаю исчислении) между тремя холмами, заросшими кустарником любимой ведьмаками ягоды барики. Около тридцати пяти домов, одна большая таверна, одна поменьше, школа «воинского мастерства», одноэтажный рынок, работающий лишь раз в пять дней, кузница, плотницкая мастерская, маслодавильня (в буквальном переводе с ведьмацкого), конюшня на два десятка лошадей, принадлежащих всем жителям деревни, медицинский центр – он же общественная баня. Лекарь приезжал раз в три дня из Офрома и принимал в кабинете при купальнях.

У новой деревни пока не было определенного названия. Сами жители называли ее «Суритак» – мечта пока (имеется в виду путь к чему-то достижимому, но на данный момент невозможному), в Офроме эту деревню называли «Барика С Куста» (ягоды барики съедобны только будучи прокипяченными в сахарном сиропе, с куста барика – ядовитая ягода), в Шардраше и на остальном Шарде деревня носила название – «Пиратский Приют».

В этой деревне жили мужчины пальори и буквально несколько женщин марбо, поселившихся в домах некоторых бывших пиратов. Пираты растили табак и люч (очень похожая на подсолнечник злаковая культура), делали из семечек люч масло, а из растущей вокруг деревни полыни настойку – традиционный ведьмацкий напиток, ковали оружие и сельскохозяйственный инвентарь. Учитывая, что три года назад на месте деревни не было ничего, можно было лишь восхищаться скоростью, с которой устраивались тут вынужденные переселенцы. Они не бедствовали. Пальори умели строить быстро и качественно, на века, умели «заработать на жизнь» и «жить по средствам». Крыша над головой была у всех, не голодали, из Офрома приезжали торговцы, ведьмачки марбо, с удовольствием «снимали себе комнаты» в их домах, что, по сути, приравнивалось к «крутили романы без обязательств», заодно налаживая поставки табака, семечек и масла люч и полынной настойки в Офром. Все было бы неплохо, если не было бы так уныло и скучно.

В Офроме многие были злы на тех, кто вынужден был поселиться неподалеку. Шестерых сосланных на Шард пиратов просто убили из мести за нападения на родственников. Остальным, имеющим врагов в Офроме, запретили там появляться. Однако, пираты, не имевшие конфликтов с шардскими кланами, спокойно селились в Офроме, равно как желавшие жить без магии чистокровные ведьмаки, нарушившие законы Алаутара, которым большой совет чистокровной общины настоятельно рекомендовал переселиться в разлом (без права отказаться). Такие просто переехали в благоустроенный ведьмацкий город с семьями.

В последние пару лет в Офром переселились многие немаги, добровольно и принудительно.

Юмирш шел с тренировочной площадки по мокрой, прилипающей к сапогам земле, дорог тут не было. После дождя грязь поднималась до щиколоток, сапоги часто промокали. В большом мире подобное не было проблемой – заклинание очищения или экран, защищающий обувь от проникновения влаги и налипания грязи. Тут такое было невозможно, приходилось отмывать все вручную и мерзнуть.

В горле першило, похоже, он опять заболевал. Он болел всю эту зиму, хотя, до попадания на Шард не болел никогда. Кузен отправил его сюда десять месяцев назад. Сказал, до возраста полной силы. Юмирш, не сомневался, что не доживет до 25 лет. И дело не в каких-то невыносимых страданиях, которые он испытывал, просто тошно от такой жизни. Безвкусная еда, тренировки, пустые скучные нотации и разговоры, куча хозяйственной работы вроде мытья сапог, полов, стирки, колки дров, холодные комнаты. Пока в школе жили Аримар, Сальер, Эйдарад и Гордор, было с кем говорить, мечтать о том, что будет, когда они вырастут и этот мрак рассеется. Потом ушел Сальер вместе с родственником и вскоре за ними оставшиеся его друзья. Они предлагали идти с ними. Он испугался, теперь горько жалел. Все лучше, чем эта бесконечная унылая зима.

Кашляя, он вошел в столовую.

– Опять будешь сопли вокруг вешать, – пробурчал один из преподавателей, господин Стрибергар, – что же вы дохлые какие все. Что не маг, то слюнтяй. Правильно, Бертрад решил магов за 500 лет больше сюда не брать. Одни неприятности от вас. Жаль, от тебя уже не избавиться. Иди, ешь. И потом сразу к себе в комнату, нечего сопли развешивать всюду!

Стрибергар был из клана Шуари, всегда на всех ворчал, но именно к нему можно было спокойно обратиться по любому вопросу без риска получить отказ. Он решал любые проблемы учеников школы: помогал в хозяйственных делах, давал дельные советы, вызывал врача, готовил на всех, не слишком хорошо, но есть можно.

Юмирш взял свой горшочек с овощами и крупным куском мяса, тарелку с хлебом с прослойкой из травяного сыра и уселся у окна в углу. Через стол сидел новенький, девятнадцатилетний Чакуриеш, сын еще одного местного жителя Махурада из клана Ири. Чакуриеш приехал в школу около месяца назад. Еще один маг, этот за 650 лет. И тоже проблемный для школы. Маги не хотели тут быть. Махурад подумывал отправить сына к брату, в Офром, подозревая, что не справится с ним. Чакуриеш за три прошедших года вырос, окреп и обнаглел. После приезда его отец уже трижды его наказал. Чакуриеш жил вне школы, с отцом, но в школе обсуждали всякий раз эти новости и бессмысленность попыток Махурада «воспитывать как немага Ири мага, считающего себя Аури». Чакуриеш остался столь же непочтителен с отцом, а после последнего наказания стал отказываться от еды. Не ел уже третий день. Приходил в столовую, какое-то время сидел за столом, потом уходил.

Сегодня на тренировке он упал в обморок, его отстранили от занятий, но домой он не пошел.

Юмирш не хотел сближаться еще с кем-то, кто точно скоро отсюда уйдет. Когда друзей нет, их невозможно потерять. Однако ему хотелось его поддержать, он не знал как, потому просто невесело улыбнулся ему. Чакуриеш кивнул, также криво усмехнувшись. Гордор всегда умел находить нужные слова, от которых становилось теплее. Юмирш больше всего скучал именно по Гордору. Тоже Риг, как и он сам, большой, сильный и добрый.

– Верховные Маги тут! – влетел в столовую еще один ученик, – С господином Бертрадом сюда идут!

– Что ты несешь? – фыркнул Стрибергар, сидевший у стола раздачи обеденных блюд.

В коридоре послышались голоса, преподаватель снял фартук и вышел, вернувшись через три минуты вновь в компании владельца школы и двух магов Верховного Совета – дари Тасимы и дарика Наримара. У парней в столовой съехали вниз челюсти. Верховные Маги выглядели довольными и приветливыми.

– Ну, учитывая, как недавно существует ваша школа и с какими трудностями вы тут сталкиваетесь, все шероховатости и недочеты можно считать незначительными, – улыбнулся Наримар, быстро оглядывая столовую.

Юмирш почувствовал на себе этот цепкий холодный взгляд и понял, что дарик Наримар зол, а веселость лишь маска. Однако, оборачиваясь к преподавателям, он умело скрывал истинные чувства.

– Итак, давайте, подведем итоги, – дари Тасима с беспокойством посмотрела на Чакуриеша, но нарочито неторопливо уселась за свободный стол, жестом пригласив преподавателей школы сделать то же самое.

Дарик Наримар прошелся до окна, якобы рассматривая вид из него – унылый, грязный двор и хозяйственный пристрой напротив.

– Мы включим вашу школу в список всех образовательных учреждений Алаутара для не достигших возраста полной силы. Можете теперь обращаться за финансовой помощью или советами в большой преподавательский совет. Представители преподавательского совета есть и в Офроме, и в Шардраше, подавайте прошения через них. Также вас будут приглашать на большие преподавательские семинары, некоторые из них можно организовывать в том числе в Офроме, тогда все преподаватели вашей школы смогут поучаствовать. Я уверена, вопрос с их безопасностью мы решим. Теперь к списку недочетов, которые необходимо устранить. Первое – нельзя брать в школу на неопределенный срок без получения официальной опеки над учеником. Получается, официальный опекун от него отказался. А вы? Готовы отвечать за подростка в качестве опекуна? Должна быть бумага передачи опеки, – дари Тасима показала преподавателям образец документа и спокойно продолжила, открыв тетрадь, – Дальше, нельзя брать не окончивших немагическую школу или их надо доучивать по программе немагическую школы. В итоге, представитель любой немагической школы, входящей в список школ для детей Алаутара, должен подтвердить наличие у ваших учеников соответствующих знаний после доучивания. Следующий пункт, учащиеся после двадцати лет не должны иметь препятствий покинуть учебное заведение. Если у них проблемы в семье – родители настаивают на образовании, а подросток не желает знаний, это частное семейное дело, школе не нужны эти проблемы, школа в это не вмешивается или опять же, забирает право полной опеки себе, временной для тех, кому уже есть 20 лет, не существует. Тот, кто не является официальным опекуном, не может распоряжаться судьбой подростка.