Яна Белова – Сны Великого Моря. Хорро (страница 3)

Гай смачно выругался, поспешно убрав огонь с глаз долой одним щелчком пальцев. И тут же вспомнил, что никто из его лагеря не мог оставить таких следов. Ведьмацкие сапоги носили только мальчишки студенты, а их никто не выпустил бы до рассвета из ущелья. Брашард предпочитал калатарийскую обувь с широким невысоким каблуком и негибкой твердой подошвой, равно как Кондэль и братья близнецы. Для Сури-Ди этот след был явно великоват.

Конечно, Гай понимал, что разумней и рациональней немедленно вернуться в лагерь, хотя бы для того, чтобы позавтракать, однако любопытство победило здравый смысл.

Кто-то пришел посмотреть на него спящего, он должен был узнать, кто это был, ведь этот некто теперь в курсе его нетипичной магии. Заставить огонь гореть без топлива даже выдающимся смертным магам не под силу. Для этого надо быть живым воплощением стихии Огня. Оставалось надеяться, что затоптавший его собственные вчерашние следы ночной гость не слишком умен и образован или на его восприимчивость к простым заклинаниям забвения, которые Гай освоил специально для таких вот случаев еще до начала экспедиции.

Перед тем как пойти по следам, он осмотрел местность внизу. Он довольно далеко ушел от выбранного в качестве лагеря экспедиции ущелья, никаких признаков жилья или передвижения живых существ он не заметил, если не считать греющихся на солнце ящериц и снующих между камней пушистых, похожих на миниатюрных полосатых свинок, зверьков. В паре сотен метров к востоку виднелось подернутое тиной болотце, заросшее по краям камышами и осокой, все прочее обозримое пространство занимали камни, валуны, пучки жухлой травы и отвесные скалы, тянувшиеся на юг на сотни миль.

Солнце начало припекать совсем уж немилосердно, когда Гай все же решил пойти по следам. Сняв куртку, он остался в одной шелковой калатарийской белой рубашке. Следы вели в сторону болота, их обладатель явно не собирался прятаться. Вскоре тропинка вильнула в сторону и уперлась в нагромождение валунов. Видимо, ночной гость перелез через них. Гай поискал глазами уступы, которыми мог бы воспользоваться, но ничего похожего не увидел. Скалолазанием он отродясь не занимался и не планировал начинать. Убедившись, что обойти преграду невозможно не затратив нескольких часов, он воровато оглянулся по сторонам. Вокруг не было ни души, но он все же закрыл пространство вокруг себя щитом невидимости. В следующий миг по камням потек огонь, снизу вверх. Достигнув вершины каменного кургана, огонь собрался в столб и вновь превратился в Гая.

Даже у самого несведущего в магии наблюдателя после этого зрелища не осталось бы сомнений, что перед ним живое воплощение стихии Огня, не больше, не меньше. К счастью никто не стал свидетелем его маневра, и у Гая по прежнему остался шанс сохранить в тайне природу и масштаб своей магии.

По другую сторону кургана лежала зеленая роща и журчал ручей. За деревьями виднелся похожий на построенный детьми шалаш из срезанных веток и камыша. Крохотную зеленую долину окружали довольно высокие скалы, сюда невозможно было забрести случайно.

Спускаться всегда проще, чем лезть вверх, Гай просто спрыгнул с высоты 30 футов, предварительно замедлив свое падение заклинанием.

Внизу воздух был совсем другой – свежий, пахло зеленью, чистой ключевой водой и цветами, тут жужжали насекомые и слышалось пение птиц.

На мягкой земле и примятой траве следы разглядеть не составило труда, они вели к ручью.

Воспользовавшись случаем, Гай с удовольствием умылся, вода оказалась потрясающе вкусной, он жадно пил, позабыв о цели своего путешествия в этот странный оазис торжества магии Силы Жизни, пока не заметил на траве неподалеку капли крови. Благодушное настроение как рукой сняло. На нем все еще были чары невидимости, потому его не беспокоила собственная безопасность. Впрочем, она едва ли побеспокоила его и при других условиях. В ближайших кустах он наткнулся на обладателя следов – высокого, стройного, черноволосого аркельда, лежащего лицом вниз. Одет он был в утаирскую белую куртку и черные замшевые брюки, популярные во всех частях мира Алаутар.

Гай осторожно перевернул незнакомца на спину и облегченно вздохнул, тот был жив, хотя, судя по луже крови, едва ли здоров. Вся левая сторона куртки пропиталась кровью.

Гай не был целителем, но, расстегнув на раненом аркельде куртку, понял, какова природа нанесенного повреждения. В карих глазах Гая полыхнул забытый за два последних года огонь ярости. Рана была огнестрельной. Кто-то притащил в этот чудесный, любимый им мир оружие Внутреннего Поля.

– Ну, держись, стерво! Я зажарю тебя, сволочь, – по-русски выкрикнул он что было сил. Стайка птиц испуганно взметнулась из травы, отлетев на дерево.

Аркельд пошевелился и застонал.

– Подожди, – буркнул Гай, осматривая рану. Пуля небольшого калибра засела неглубоко, он без труда вытащил ее магнитящим заклинанием, – А теперь потерпи, – вздохнул он, с сочувствием глядя на своего пациента.

Ни одному лекарю Алаутара не пришло бы в голову использовать заклинание соединения кусков в целое. Им пользовались портные и скорняки при изготовлении одежды и обуви. Аркельд заорал в голос от невыносимой боли, но благодаря этому пришел в себя. Кровь остановилась, на месте раны появился уродливый шрам.

– Прости, я не лекарь, – вновь вздохнул Гаитоэрант.

Аркельд осмотрелся по сторонам и, видимо, решил, что бредит, поскольку никого не увидел. Гай, наконец-то, догадался снять с себя щит невидимости.

– Нет, ты не сошел с ума.

– Кто ты? – все еще задыхаясь от боли, спросил незнакомец, пытаясь зажать рану, но осознав, что ее больше нет, вновь упал на траву, – Что ты со мной сделал?

– Зашил как мог, не взыщи. За это ты мне расскажешь, кто тебя подстрелил.

Аркельд удивленно уставился на него, видимо, даже о боли забыл.

– Кто ты? Ты говоришь по-английски?

До Гая медленно дошло, что последние несколько фраз он произнес действительно на английском языке и ему отвечали тоже на английском. Перед ним был несомненно аркельд – потомок калатарийско-ведьмацкого брачного союза. У незнакомца был рост ведьмака пальори, изящество калатари, черные волосы, темно-карие, почти черные глаза, будто светящиеся изнутри, с едва различимыми на фоне темной радужки вертикальными ведьмацкими зрачками. Прямые ровные черные брови и смуглый оттенок кожи выдавали в нем ведьмацкую кровь, но черты лица были тонкие и по-калатарийски отточено совершенные.

– Нет, дорогой, сначала ты отвечай, у меня преимущество, это не я тут кровищей все залил.

– Я не помню всего, а то что помню, предпочел бы не помнить никогда, – прошептал аркельд, очевидно борясь с дурнотой, – Я пришел оттуда же, откуда пришел ты, уже довольно давно…

– Кто в тебя стрелял?

– Он охотится на таких как я, он считает нас злом.

– Где он? – Гай заметил, что его пациент готов отключиться.

– Я здесь! – раздался голос сзади, следом грянул выстрел, однако Гай успел закрыться защитным щитом, пуля с шипением растворилась в огненном мареве, окружившем его со всех сторон.

– Ну, ты понял, что ты покойник, правда же? – зло процедил Гай, разводя руки в стороны.

В радиусе пятнадцати метров зазвенел и завибрировал воздух от созданного заклинания ловушки, в десяти шагах от него корчился, пытаясь выдрать ноги из провалившейся под ним земли другой аркельд, пистолет лежал рядом с ним. Гай бросил в оружие сноп белых искр и оно мгновенно сгорело. Аркельд с ужасом уставился на него.

– Белый огонь?! Ты ведь не хорро, ты местный?! Но почему ты тут?!

– Это типа такой хитрый способ заинтересовать меня и избежать назидательной порки со смертельным исходом? – скептически хмыкнул Гай, разглядывая несостоявшегося убийцу.

– Ты говоришь на языке другого мира, откуда ты знаешь его?! – запальчиво выкрикнул аркельд, еще глубже проваливаясь в размякшую под ним землю.

– Ага, вот все брошу и стану тебе объяснять, – ухмыльнулся Гай, осознав, что уже не так уж жаждет убить незадачливого стрелка, – Давай сделаем наоборот, ты мне расскажешь, где взял оружие, а я, так и быть, не убью тебя сразу. Возможно, даже потом не убью…

– Это его! – завязший уже по колено в земле аркельд двумя руками указал на лежащего неподалеку раненного, благоразумно потерявшего сознание, – Я видел, как он из него убивает диких шарибаров. Он хорро! Я сам видел, как он летает, их тут несколько поблизости. Их магия сильна, он даже от собственного оружия не умер!

Гай внимательно посмотрел на своего собеседника, тот также несомненно был аркельдом – белые короткие волосы при черных бровях. Такой оттенок волос мог быть только у ведьмаков и у тех, в ком текла ведьмацкая кровь, однако темно-серые глаза были глазами калатари, да и в целом телосложение не отличалось ни ведьмацкой мощью, ни калатарийским изяществом. Обычный аркельд, не самых выдающихся магических способностей.

– Шарибары это звери какие-то, так ведь?

Аркельд энергично кивнул.

– Ладно, я тебя не убью. Ни сейчас, ни потом, по крайней мере, сам, – смилостивился Гай, – Как тебя зовут? Кто ты такой вообще и откуда знаешь об языках других миров?

Он присел на траву рядом с раненым аркельдом и на всякий случай проверил у того пульс на шее.

– Я Одвард, состою в охране порядка правителя Катра, я владею магией Воздуха, потому могу говорить на языке хорро, хотя никогда не изучал этого языка. В Алаутаре только хорро говорят на языке хорро…