Яна Белова – Сны Великого Моря. Хорро (страница 5)

– Этот хорро говорит по-английски, – фыркнул Гай, – То есть он пришел из Внутреннего Поля. Знаешь ли, этот мир совсем не так прекрасен и совершенен, чтобы променять на него Алаутар. Я думаю, хорро надо помочь остаться тут и не откликаться на соблазны других миров, – уверенно заключил он, – им надо помочь вернуться домой.

Волрклар смерил его задумчивым взглядом.

– Я думаю, неспроста они объявились вновь в Алаутаре теперь, после визита госпожи Марины. Создатель вспомнил о своем создании и заново полюбил его. А, значит, все, в ком течет кровь и магия Алаутара, получили возможность вернуться домой. Даже хорро.

Гай обернулся, посмотрел на прикорнувшего неподалеку на траве Одварда.

– Он нас не слышал?

– Ему это ни к чему, я еще не решил, что ему скажу. Пусть поспит, пока не до него.

– Слушай, а ребенком хорро может при каких-то обстоятельствах быть не хорро? С ведьмаком, например, или с калатари, может при их желании они могли бы заиметь ребенка…

Волрклар вздрогнул, очнувшись от своих раздумий.

– Я уверен, хорро в принципе не слишком интересуются вопросами деторождения. Дух умершего хорро просто переселяется в новое тело на позднем этапе беременности женщины с высоким сознанием или в момент зачатия. Хорро не могут иметь детей не хорро и желания изменить это не имеют. И, кстати, история Алаутара, известная мне, а это, как ты понимаешь, довольно долгий период времени, – усмехнулся он, – не знает прецедента, чтобы хорро родился в семье ведьмаков или калатари. Только у аркельдов и в смешанных союзах. Ну, еще в семьях людей, как я понимаю. Но хорро – это всегда хорро, кто бы не были их родители. И выглядят они во всех своих жизнях одинаково. И потому они чужие во всех мирах, где не привыкли к внешности аркельдов. И, самое обидное, что и в Алаутаре теперь их воспринимают как опасных чужаков, – он кивнул на спящего Одварда.

– Мы это изменим, – уверено заявил Гай.

– Если Великий Огонь так решил, значит так и будет, – улыбнулся ведьмак.

– Ай, брось, я сейчас простой смертный, – махнул рукой Гай, – который не завтракал и очень хочет принять душ.

Волрклар расхохотался в голос.

– Давай, я тебя доставлю в дом Кайлин и Ордъёраина, передохнешь там пару дней от тягот путешествия, а потом вернешься сюда?

– И пропустить поиск других хорро? С другой стороны, давай. Я реально жрать хочу и два месяца трезвости… В общем, я согласен пару дней отдохнуть от походной трезвой жизни.

Волрклар накинул на спящего под соседним деревом аркельда магическую сеть и встал, подал руку Гаю. Спустя пару минут оба стояли посреди малой столовой второго этажа в доме Верховных магов Алаутара. За столом как раз заканчивали завтрак Дарк, Арикарда и пушистый рыжий лис Барт.

– Передайте Кайлин, что я займусь делами в Катре сам, – усмехнулся Волрклар и исчез раньше, чем кто-либо успел задать ему хоть один вопрос.

Гай приветствовал всех уже сидя за столом, с булкой в одной руке и бокалом вина в другой. Слуги каро тут же принесли ему столовые приборы и подали несколько утренних блюд – омлет с грибами, слойки с сыром, пироги с вишней и булочки с разнообразными джемами. Пока Гай старательно поглощал завтрак, Дарк и Арикарда забрасывали его вопросами. Они не виделись два месяца, он успел соскучиться и, как выяснилось, намного сильнее, чем отдавал себе в этом отчет.

Последние два года, что он прожил в Алаутаре, Гай редко оставался один. Даже переехав из этого гостеприимного дома в Калантак, он каждый день встречался с друзьями или в городе или у себя или в этом доме, со всеми сразу и с каждым по отдельности. За два месяца разлуки у них накопилось много новостей, которые они щедро обрушивали на Гая в перерывах между вопросами и рассказами о тяготах двухмесячного морского круиза в компании школяров.

Эланор и Вительдиальк окончательно перебрались в Калантак. Вительдиальк исправно нес службу Стража Порядка, а Эланор преподавала ныне в школе дари Тасимы – Намариэ, у них появилось много забот и радостей. Их дочь Малика и ее муж Агелар, напротив, решили пока не торопиться с переездом. Став членами Верховного Совета Алаутара, они оба оказались на виду у целого мира и, будучи при этом все еще недостаточно изучившими специфику жизни в Алаутаре пришельцами из Изначального мира, они не хотели нечаянно обнаружить перед кем-то свое невежество. К тому же, в доме Кайлин и Ордъёраина хватало места и жили их лучшие друзья.

Родители Агелара даже не задумывались о переезде, их все устраивало. Орвира нашла применение своим талантам, устроившись преподавателем танцев в школу Сайнз. Каждые три дня она летала в Калантак «учить юные дарования». Кадъераин вместе с Вительдиальком ловил на улицах Калантака грабителей тафов и накладывал на них заклятия «барьер», расследовал злоупотребления и нечестные условия в торговых и прочих сделках и был доволен и счастлив. Сестра Агелара – Карин чаще стала оставаться в учебные дни в стенах школы, у нее появилось еще больше друзей там.

Дамард и Света, равно как Дарк и Арикарда, за последние пару месяцев побывали в нескольких новых городах. Дамард и Арикарда решили знакомить своих супругов с различиями существующих традиций, что называется «на месте», посещая места, в которых отдельные явления и традиции были заметнее всего постороннему наблюдателю. Так они уже посетили пару городов преимущественно калатарийской земли Хахад, город-остров ведьмаков Фиробархор и город оседлых каро Кишд.

Слушая обо всем этом, Гаитоэрант откровенно пожалел, что выбрал долгое путешествие на корабле за его «реалистичность эмоций». Удобные путешествия с мгновенными перемещениями «одним желанием», судя по рассказам, ничем не уступали в насыщенности событиями и эмоциями.

Лис Барт и пес Халиф по-прежнему были заняты играми, едой, лежанием на диванах, прогулками, а Барт, обладая к тому же разумом и способностью говорить, еще и философскими дискуссиями за столом.

К концу завтрака у Гая было ощущение, что он никуда не уезжал и все рассказанное ему происходило у него на глазах. Когда подали кофе, к столу спустились Света и Малика, которые, как выяснилось, вместе оттачивали какие-то магические приемы и заклинания. Следом явился Дамард. Гаю пришлось заново повторить рассказ о своих приключениях на суше и на море.

– Ордъёраин и Агелар улетели в Калантак, в школу Сайнз изучать архивы, посвященные хорро, – сообщила Малика, – как только Дамард рассказал нам за ранним завтраком о крылатых аркельдах, Кайлин связалась с Волркларом и они решили изучать вопрос со всех сторон. Ордъёраин также впервые сегодня услышал об этих странных созданиях.

– Тому, кого мне пришлось заштопать уже лучше? Не знаете? – поинтересовался Гай.

– Уверена, что да, – кивнула Малика, – Я слышала, как Кайлин приказала каро приготовить нашему гостю легкий завтрак.

– В этом доме бывает только два завтрака, – грустно заметил Барт, облизывая свою тарелку.

– Два завтрака тебе мало? – усмехнулся Гай, – Я вот один раз позавтракал и вполне наелся.

Барт сочувственно на него посмотрел

– Ты же не лис.

За два прошедших года действительно изменился только Барт Из нескладного лисенка подростка он превратился в шикарного огненно-рыжего хитрющего лиса. Обладающие высоким сознанием магические животные жили долго, но взрослели также, как их немагические собратья.

– Простите меня великодушно, господа, я хочу принять ванну и если кто-то пожертвует мне своих шмоток, то переодеться тоже не отказался бы. Я соскучился по цивилизации, – улыбнулся Гай, допивая кофе.

– Ты останешься у нас? – уточнил Дарк.

– На пару дней, если никто не возражает. После я намерен вернуться к тяготам существования простого смертного, скрывающего большую часть своих умений от посторонних глаз.

– Тогда твоя спальня находится все там же, – широко улыбнулась Арикарда, – У нас теперь две гостевые спальни, принадлежащие определенным гостям: твоя и спальня Волрклара. И, кстати, в твоей спальне куча твоего барахла, которое ты не забрал при переезде.

– Ах да! Я ведь думал перевезти свои шмотки, – задумчиво кивнул Гай, – как хорошо, что я этого не сделал.

Обрадованный он удалился к себе приводить себя в порядок.

– Я не понимаю, зачем он вообще переехал, – хмыкнул Дарк, – думается мне, здесь он бывает гораздо чаще, чем у себя дома.

– Ну, как бы он не прикидывался простым смертным, он – Великий Огонь, пусть и в смертном теле. Его мотивы за гранью нашего понимания, – философски заключила Арикарда.

Дом Верховных магов Кайлин и Ордъёраина больше походил на дворец, как размерами, так и убранством. После прихода из Изначального мира Агелара и Малики, семей их родителей, возвращения детей хозяев дома в компании «вторых половин» из мира Внутреннее Поле, а также прихода в мир Алаутар Гаитоэранта этот дворец стал домом для всех. И места оставалось еще много

По прошествии двух лет собственным домом обзавелись только родители Малики, Гай хоть формально и переехал, продолжал считать домом свою спальню в гостеприимном доме Верховных магов. Никого не удивляли его слишком ранние или слишком поздние визиты, защитные заклинания владений Кайлин и Ордъёраина воспринимали Гая как члена семьи, равно как все обитатели дома. Гай это прекрасно знал, но упорно старался не оставаться подолгу, как будто боялся окончательно и бесповоротно поселиться там, где ему было по-настоящему хорошо.