Ян Ли – Печаль Амелии (страница 3)
– Весьма возможно. Однако тайна эта покрыта мраком – никто из ныне живущих не ведает, чья рука высекла сей странный образ. Мастер не оставил ни клейма, ни письменного свидетельства… Будто сам дух скорби изваял себя в мраморе.
Дальше Роман слушал Михаила не перебивая, пытаясь представить в голове каждое слово.
– То, что я поведаю вам теперь, – не более чем предание, истасканное языками за многие годы… Когда Амелии минуло двенадцать, на город обрушился Божий гнев – один за другим пришли кары Господни. Сперва – скот. Коровы издыхали в стойлах, куры падали замертво на дворах, козы рождали уже неживых козлят. Потом пришла очередь людей. Детская чума – страшнее костлявой старухи с косой: младенцы угасали на третий день, отроки – к полнолунию. За два месяца город вымер. Улицы завалены покойниками – не успевали жечь, хоронить в братских могилах… Больные молили о смерти – ибо врачевания не было. А посреди этого ада – она. Амелия. Нетронутая. Бродила меж трупов, как тень, смотрела в стеклянные глаза умерших сверстников… И ни страха, ни слёз – лишь то самое странное выражение, лишь печаль…
В это время воображение Романа рисовало жуткие картины. Он будто шёл по зловонным улицам, где люди с лицами, обмотанными тряпьём, сваливали разлагающиеся тела в груды. Из окон лились стоны и плач. Воздух гудел от смрада. Дети, покрытые чёрными язвами, сидели на тротуарах. Их кожа слезала лоскутами, а в потухших глазах светилась лишь жажда смерти. И среди этого кошмара, босая и безмятежная, шагала Амелия. Она смотрела на тех, кто ещё недавно насмехался над её странной внешностью. Теперь же её обидчики гнили заживо.
Роман побледнел. Его взгляд уставился в угол комнаты, но видел он не стены – лишь образы, рождённые разумом.
– О, Господи… – прошептал он, и голос задрожал.
Михаил Фёдорович изучающе взглянул на него: Роман вжался в диван, его трясло, как в лихорадке.
– А не пора ли, друг мой, оставить мрачные повести до завтра? Иль…
– Ни в коем разе!
– Добро… – Михаил тяжко перевел дух, и голос его дрогнул. – Перед самым рассветом в соседнюю деревеньку дополз единственный оставшийся в живых. Чудом уцелевший, он лишь успел прошептать, что град опустел, а Амелия покарала всех за грехи их. Те же, кто осмелился туда направиться, узрели зрелище, коему нет описания. На площади народ стоял на коленях, приникнув челом к земле. Тела их обратились в мумии: кожа, словно пергамент ветхий, обтянула кости иссохшие. Лица застыли в последнем ужасе, а очи… очи выгорели, оставив после себя лишь черные провалы. Вокруг же тлели останки костра, где угли да пепел перемешались с костями почерневшими. А посреди всего пекла возвышалась девичья фигурка – словно изваяние скорбное, с ликом печальным да очими, полными не то жалости, не то укора вечного…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.