Ян Ли – Дорога охотника 3 (страница 34)
— Ну, — я встал, — будем первыми.
И вышел, оставив его обдумывать наши замечательные перспективы.
Горт был в кузнице — как обычно. Звон молота о наковальню встретил меня ещё на подходе, внутри было жарко, как в аду, пахло железом, углём и потом. В общем, практически дом родной.
— Чего надо? — буркнул кузнец, не отрываясь от работы.
Я выложил на верстак меч Клинка.
— Продать.
Горт отложил молот, взял меч, осмотрел. Повертел, проверил баланс, пощёлкал ногтем по клинку. Лицо его оставалось непроницаемым.
— Хорошая сталь, — сказал он наконец. — Столичная работа. Где взял?
— Нашёл.
Кузнец фыркнул, но больше вопросов не задавал. Перепутье — такое место.
— Пятнадцать серебряных за меч.
Пятнадцать серебряных. Неплохо. Не лучшая цена, наверное, но торговаться не хотелось. Еще и бесполезно было.
Вернулся за своим барахлом. Куртка Клинка была хороша, но… хотелось её улучшить, сделать более функциональной — что-то вроде разгрузки, которую я видел в прежней жизни у военных и охотников. Идея была простая. Нашить на куртку дополнительные карманы — под болты, под склянки с зельями, под всякую мелочь, которую нужно держать под рукой. Пришить петли для верёвки, ремни для фиксации оружия на спине и на боках. Сделать так, чтобы всё необходимое было в пределах досягаемости, но при этом не мешало двигаться.
Звучало просто. На практике…
— Так, — пробормотал я, раскладывая материалы на верстаке. — Что у нас есть…
Кожа — несколько кусков, срезанных с брони убитых. Ремни — штук шесть, разной длины. Пряжки — три штуки. Нитки… ниток не было.
— Эй, Горт! Нитки есть?
— Не дам, — донеслось от горна.
— А если за деньги?
— К швее иди. Третий дом от колодца, синие ставни.
Швею звали Мила — круглолицая женщина лет сорока, с цепкими глазами и руками, которые, казалось, никогда не прекращали двигаться. Пока мы разговаривали, она штопала чью-то рубаху, и игла так и мелькала в её пальцах.
— Нитки? Какие?
— Крепкие. Для кожи.
— Вощёные? Льняные? Из жил?
Я задумался. Из сухожилий животных делали тетивы для луков, ловчие петли, силки… Должны быть крепкими.
— Из жил. Моток.
— Четыре медяка.
И — поехали. Иголка, нитка, кожа. Пальцы исколоты в хлам, спина затекла, глаза слезились от напряжения. Но — получалось. Медленно, криво, но получалось.
О. Неожиданно, но приятно. Значит, не зря мучаюсь.
К вечеру куртка преобразилась. Два дополнительных кармана на груди. Четыре петли на поясе — под склянки или запасные ножны. Ремень через плечо — для крепления арбалета за спиной. Ещё один ремень — крест-накрест через грудь, для дополнительной фиксации.
Надел, проверил. Поднял руки, присел, развернулся. Ничего не болтается, не мешает, не цепляется.
— Норм, — сказал Горт, бросив на меня короткий взгляд. — Сам придумал?
— Видел похожее… в других местах.
Кузнец хмыкнул, но больше вопросов не задавал.
Расплатился за аренду верстака, вышел на улицу. Солнце уже клонилось к закату, тени удлинялись, воздух посвежел. Хорошо. Завтра — ещё работа. А потом… потом, наверное, шахта.
Но сначала — ужин и сон.
В «Трёх дубах» было многолюдно. Вечер — время, когда охотники возвращаются с добычей, торговцы считают барыши, а все остальные ищут, где выпить и поболтать. Боров сновал за стойкой, едва успевая разливать пиво и подавать еду. Я устроился в своём обычном углу — тот, откуда видно и вход, и лестницу наверх, и окна. Заказал ужин — похлёбку с мясом и хлеб. Три медяка. Сегодня можно позволить — серебро Печати грело карман.
Мехт спустился через полчаса. Выглядел уже получше — не такой бледный, движения увереннее. Рана, видимо, затягивалась. Сел напротив меня, молча взял свою миску — я заказал на двоих.
— Как ты? — спросил я.
— Терпимо. — Он отхлебнул похлёбки. — Завтра смогу двигаться нормально.
— Хорошо. Нужно кое-что обсудить.
И тут я почувствовал взгляд. Не угрожающий — просто внимательный. Кто-то наблюдал за мной, не скрываясь, но и не привлекая лишнего внимания. Медленно, не подавая виду, огляделся. Лиса.Она сидела у противоположной стены, одна за столом, с кружкой чего-то перед собой. Смотрела прямо на меня, не отводя глаз. Когда наши взгляды встретились, она чуть улыбнулась — краешком губ, как тогда, у коновязи.
Мехт тоже напрягся, рука скользнула к поясу — рефлекторно, хотя оружия там не было.
— Спокойно, — сказал я. — Она не враг. По крайней мере, пока.
Лиса встала и направилась к нам. Двигалась плавно, непринуждённо, как человек, которому нечего скрывать. Остановилась у нашего стола.
— Можно присесть?
Я кивнул на свободный стул. Она села, положив руки на стол — демонстративно пустые, без оружия.
— Вижу, у тебя новый друг, охотник, — сказала она, бросив короткий взгляд на Мехта.
— Серый, — представился он. — Путник из восточных земель.
— Конечно. — Лиса улыбнулась, и в этой улыбке было что-то… знающее. — Путник. Из восточных земель. С Меткой Печати на левом запястье, которую ты прикрываешь рукавом.
Мехт дёрнулся. Я положил руку ему на плечо — успокаивающе.
— Что тебе нужно, Лиса?
— Поговорить. — Она откинулась на спинку стула. — О делах. О перспективах. О том, что здесь делает человек из розыскного листа Печати.
Я молчал, глядя на неё. Мехт тоже молчал. Конечно, она его узнала — Теневая гильдия, что-то вроде информационной сети, охватывающей все тёмные углы этого мира. Удивительно было бы, если бы она не знала.
— Допустим, в ближайшее время проблем с этой стороны не ожидается, — сказал я наконец. — И что?
— И ничего. — Лиса пожала плечами. — Печать — не друзья гильдии. Скорее — конкуренты. Если я правильно поняла… скажем так, это не огорчит определённых людей.
— Определённых людей? И да, ты правильно поняла.
— Шёпот? — уточнил Мехт.
Лиса кивнула.
— Шёпот знает о тебе, охотник. Знает давно. И — заинтересован.
— В чём?
— В сотрудничестве.
Я откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.
— Сотрудничество — это когда обе стороны что-то получают. Что получаю я?