Ян Ларри – Том 2. Храбрый Тилли (страница 16)

— Как ты думаешь, — спросила Воля, — сбросит он чужих паучат со спины или не сбросит?

Но паук-доломед и не заметил даже, что пассажиров на спине стало чуть ли не вдвое больше.

Он спокойно стоял на воде, расставив длинные ноги, и ждал, пока все паучата усядутся. А когда все до одного уселись, как ни в чем не бывало помчался вперед и скоро исчез в лабиринте островов.

Ребята поплыли дальше.

— Интересно… — задумчиво сказала Валя.

— Что интересно?

— А интересно, что они ели, эти паучата?

Карик пожал плечами.

— Какую-нибудь гадость!

Валя вздохнула. Она вспомнила, что ничего еще не ела со вчерашнего дня, и тихонько сказала:

— А может быть, это совсем не гадость. Сначала, может быть, будет невкусно, а потом привыкнешь — и ничего. Потом все станет вкусно.

Время было обеденное.

Ребята задумались.

— Что-то делают сейчас дома? Бабушка, наверное, накрывает на стол. Мама говорила вчера: обед будет очень вкусный. Не опоздайте, смотрите.

— Как ты думаешь, — спросила Валя, — что у нас сегодня на обед?

— Кажется, окрошка и пирог с луком и яйцами.

Валя проглотила слюну.

— А, может быть, борщ со свининой, с ветчиной или с сосисками. А на второе бифштекс с луком и поджаристой картошкой. Ты что бы лучше съела?

— Я?

Валя подумала немного и сказала:

— Я бы сейчас съела корочку хлеба и… немножко сыру.

— А я, — сказал Карик, — я бы бифштекс. Только большой… Как тарелка… И много-много картошки с зеленым салатом, а потом я мог бы еще съесть целый пирог и земляничный торт, а потом…

Валя перестала грести. Она повернулась к Карику и спросила:

— А что же мы будем обедать?

— Обедать сегодня нам не придется.

— А ужинать?

— И ужинать не придется.

— А завтракать?

— И завтракать не придется.

— А что же придется?

— Ничего, — сказал угрюмо Карик. — Придется об этом не думать.

Валя вздохнула.

— Ну, греби! Давай к берегу поскорей! — крикнул Карик. — На берегу найдем что-нибудь.

— Хорошо бы найти землянику. Она теперь в десять раз больше нас. Наверное, такая большая, как копна сена. Знаешь, в одной ягодке можно будет сделать пещеру и жить в ней, а кушать можно стенки пещеры и потолок.

— Не болтай! — нахмурился Карик. — Греби лучше, там увидим.

Валя замолчала.

Под дружными взмахами рук и ног почка мчалась к берегу, пеня воду, и сзади, точно водяные усы, тянулся длинный, растекающийся след.

Берег приближался с каждой минутой.

Все выше и выше поднимался из воды лес, и казалось — он сам плыл навстречу ребятам.

— А ну, нажми! — покрикивал Карик.

— Даю полный ход! — пыхтела Валя.

Почка летела стрелой.

Не прошло и часу, как перед юными путешественниками вырос, заслоняя солнце, высокий тростниковый лес. Густая холодная тина лежала на воде, и вода около леса была прохладная, не так как на солнце.

Почка плыла между могучими коленчатыми стволами; они росли прямо из воды. Вершины их уходили к самому небу.

— Тише греби! — скомандовал Карик.

— А что?

— Тут кто-то есть! Слышишь?

Ребята перестали грести.

Карик прижал палец к губам.

Тревожно поглядывая друг на друга, брат и сестра молча прислушивались к нестройному шуму, который доносился до них из леса.

Кривые стволы качались, терлись один о другой и громко скрипели. В темной чаще леса, откуда тянуло холодом и сыростью, кто-то шумно плескался, кто-то пронзительно стрекотал, верещал.

Лес стоял, точно затопленный половодьем. Сквозь просвет блестели синие разводья, а дальше поднимались сплошные, густые заросли. По воде между тростниковыми деревьями носились какие-то странные быстроногие животные, а за ними вдогонку мчались другие, еще крупнее и страшнее. Они настигали свою добычу, раздирали на части и тут же пожирали ее.

— Да-а-а! — сказал Карик и тихонько свистнул.

Валя поняла его без слов.

Испуганно поглядывая на брата, она спросила шепотом:

— Обратно поедем? Да?

— Куда обратно? — сказал Карик, помолчав минуту. — Надо пристать к берегу, где нет этих страшилищ. Давай поищем другой берег.

Они выбрались из зарослей на чистую воду и погнали почку вдоль тростникового леса, то и дело оглядываясь, стараясь держаться от него подальше.

— Знаешь, — сказала Валя, — я предлагаю назвать этот берег «Джунгли кошмарных ужасов».

— Ну, и глупо! — сказал Карик.

— Почему глупо? — удивилась Валя. — Все путешественники дают названия. Я сама читала у Жюля Верна.

Карик ничего не ответил. Посматривая на тростниковый лес, мимо которого они плыли, он насвистывал какую-то очень невеселую песенку.

— Или, — говорила Валя, — можно назвать «Лес кровавых тайн».

— Ладно, — буркнул Карик, — греби знай.

Тростниковый лес понемногу редел и скоро совсем кончился. Справа потянулся пустынный берег, засыпанный желтыми, сверкающими на солнце камнями.