Ян Ларри – Собрание сочиннений Яна Ларри. Том первый (страница 82)
Краузе перехватил наши взгляды.
— В партии я с февраля. Был арестован при Керенском. Во время взятия Зимнего дворца ранен. Верите теперь?
— Верим! — дружно крикнули мы.
Акулов улыбнулся:
— Вот и познакомились.
Во дворе поставили стол. Лист бумаги лежит, придавленный сверху наганом. За столом сидит Краузе. Голову он склонил немного набок; в зубах папироска. Дым тянется к глазу, и этот глаз щурится, затягивается морщинками.
Мы подводим к столу лошадей, смотрим на военрука.
— Ну-ка, поверните! Так! Поднимите ей голову. Проведите. Теперь можете ее передать кашевару. Не годится.
Как, черт возьми, не годится? Такой аховый конь и не годится.
— Чего ж так?
— Плох конь! Для кавалерии не годится!
— Почему?
— Наливы на ногах!
Краузе встает и тычет рукой, в которой зажат коробок спичек, на подкожные шишки, покрывающие сальцевые суставы ног.
— Плохой конь… Следующий!
Евдоха подвел к столу роскошного белого жеребца.
— Вот конь, товарищ! — восхищается Евдоха.
— Убери его подальше! — замахал руками военрук.
У Евдохи дрогнули веки.
— Такого коня?
— Да, такого белого коня, которого видно на сто верст и которого даже ночью не спрячешь.
Самые красивые и самые крупные лошади почти все были забракованы военруком.
— Не годится! Обратно!
— Почему?
— Спина прогнута! Слабый конь! Ну, еще и копыта, смотрите, в трещинах. Нет, нет, не годен конь.
— Неужто и этот вот!..
— Шея коротка, ноги толсты! Не годен! Сырой конь! Вы на красоту коня смотрите, а красота не нужна кавалерийской лошади. Строевой конь должен иметь длинную шею и высокую голову. Ноги выбирайте сухие и чуть-чуть отставленные назад. Зад должен быть длинный и широкий.
Мы выбрали коней снова, но и тут многие не угадали. Около десятка лошадей было со шпатом, с подлопатником, с «козинцем» и саблистыми ногами. Впрочем, выбирать уже было не из чего. Некоторых не слишком порочных лошадей пришлось оставить в строю.
— Не беда! Сойдет!
Отобрав лошадей, мы начали придумывать имена.
— Звездочка!
— Ярославец!
— Штукарь!
Военрук покачал головой:
— Названия коней должны начинаться с одной буквы. А так как здесь мы первая кавалерийская часть, то начнем с буквы А. Пусть каждый придумает своему коню название. Ну? Начинайте крестить. Подходите к столу за метриками.
Со смехом красногвардейцы потянулись к столу, держа лошадей под уздцы.
— Адъютант! — закричал «Всех скорбящих», подводя буланого коня.
— Дальше!
— Арап! — гаркнул Попов.
— Следующий!
— Анчутка!
— Что это за штука?
— А так просто! Анчутка, и все тут.
— Так и запишем. Следующий!
— Аналой!
— Ну куда такого?..
— Тогда… а… а… а… Арбуз.
— Есть Арбуз! Дальше!
— Адиёт!
Краузе захохотал:
— Зачем же коня-то обижать? Коня любить надо.
— Ну… Амбар!
Качая головой, Краузе записал коня Волкова Амбаром.
— Следующий!
— Афанасий!
— Может быть, назовем Аляской. Кобыла у вас?
— Аляска так Аляска. А между прочим, кобыла.
— Следующий!
— Анчоус.
— Дальше!
— Акробат!
— Следующий!
— Апрель.
— Следующий! Следующий!
Кавалерийская наука оказалась куда сложнее, чем мы это предполагали.