Ян Бадевский – Бесы на краю империи (страница 25)

Делаю героическую попытку обогнуть пенсионера.

И у меня получается.

В спину летят ругательства:

— Не думай, что власть тут захватил, упырь! Видали мы баронов! Вода камень точит! Я буду писать и писать, у меня обширные связи…

Ускоряю шаг, чтобы оторваться от преследования.

Грубин прокачал акустические скилы, но возраст и образ жизни сделали своё дело — перемещается он крайне медленно. Так что у меня преимущество в скорости, хо-хо-хо!

Вернувшись домой, я поговорил с Бродягой на юридические темы. Оказалось, что древние катакомбы никому не принадлежат, и я не посягнул на клановую собственность. Правда, не всё понятно с земными недрами. Взять, например, гору, в которую мы сегодня пробились. В обычной стране земля и полезные ископаемые принадлежат государству, а что у нас? Государство вроде бы и есть, но его функции распределены между Великими Домами. Значит, собственник горы — Эфа? Ни одного законодательного акта, трактующего эту ситуацию, найти не удалось. А могу ли я купить гору? Или целый кряж? Если и могу, непонятно у кого.

Я позвонил Герману Кучере.

— Да, ваше благородие, — ответили на том конце провода.

— Ты — лучший из моих стряпчих, — прямо заявил я. — Вопрос на засыпку.

— Слушаю внимательно, господин Иванов.

— Кому принадлежат окрестные горы и всё, что под ними? Я имею в виду те горы, что окружают долину.

— Хм, — юрист ненадолго задумался. — По идее, всё, что нас окружает, за исключением родовых земель, это неотъемлемая часть губернии. Формально губерния управляется губернатором и губернаторством. Формально губернатор подчиняется лидеру правящего клана. То есть, князю Трубецкому.

— А если на следующем Турнире выиграет другой клан? — спросил я. — Орлы, например.

— Тогда губернией будут управлять Орловы, — не задумываясь, ответил стряпчий.

— Логично. Из этого вытекает, что каждые десять лет у горной гряды, которую я вижу из окна, меняется хозяин?

— Тут всё гораздо сложнее, — вздохнул Кучера. — Большая часть того, что нас окружает, кому-то принадлежит. Аристократам. Родовые земли могут простираться дальше, чем вы думаете. И охватывать, в том числе, горные вершины. А ещё собственником может оказаться община. Обычная крестьянская община, владеющая угодьями… так сказать, на коллективной основе. Не стоит также забывать про Церковь Древних. И про стратегически важные для страны территории, которые, в принципе, нельзя выкупать.

— То есть, они не продаются?

— Вообще, — подтвердил стряпчий. — Это прописано в основополагающих имперских законах.

Я обдумал положение вещей.

— Так. Возьми на карандашик: я хочу узнать, кто владеет горой Ачамхита. И всем, что находится под горой, включая заброшенные катакомбы. Отправь кого-нибудь в муниципалитет, наведи справки.

— Записал, — последовал ответ с того конца провода. — И что делать дальше?

— Пусть холдинг через какую-нибудь мелкую подставную контору приобретёт этот объект.

— Гору? — охренел стряпчий.

— Ну, да. Гору. Что в этом такого необычного?

— В общем-то, ничего, — голос Кучеры оставался невозмутимым. — Ограничения по бюджету?

— Хм… в пределах разумного… По рынку. Герман, я понятия не имею, сколько обычно стоят горы. Решите, блин, этот вопрос. И не афишируйте сделку. Возникнут затруднения — сообщите.

— Будет исполнено.

— Вот и молодец.

Я повесил трубку.

Глава 13

Я стоял, скрестив руки на груди, и рассматривал высившееся на обрыве сооружение.

Храм Древних.

Это мрачное нагромождение камней из долины увидеть невозможно. Просто потому, что храм расположился на противоположном склоне горы.

Вот кто бы мог подумать, а?

Почти всё, что находится у меня под ногами, принадлежит церковникам. Они тут с незапамятных времён окопались. Чуть ли не с десятого века, если не врут источники. В Фазисе у этих ребят что-то вроде епархии. Я бы сказал, корпоративная система. Есть главный храм, в котором мы побывали с моей дражайшей супругой в день нашего бракосочетания. А есть многочисленные «филиалы», разбросанные по окрестностям. Этим «церквушкам» принадлежит много земли.

Я навёл справки.

Выяснилось, что в империи всеми этими объектами заправляет Владыка, он же Верховный Патриарх. И у нас отдельная ветка культа Древних, не атлантическая. Владыка — бес, который относится к касте Высших жрецов. Сами Высшие жрецы, то есть, их Духовный Совет, окопались в Небесном Краю. Получается, у нас единая религиозная система с китайцами. И это, несмотря на буддизм, даосизм и конфуцианство, их ведь никто не отменял.

Владыке подчиняются пасторы, которые управляют епархиями. Дальше идут приходы, возглавляемые диаконами. Так вот, передо мной сейчас высилась Предвечная Церковь Хастура, находящаяся под управлением диакона Корвинуса. По логике вещей, именно с этим типом мне предстояло договариваться о грядущей сделке.

Церковь давила на психику.

Собственно, так и задумано архитектором.

В глаза бросались колоссальные размеры, извращённые пропорции. Словно возводился объект не людьми и не для людей. Огромные каменные глыбы с неправильными углами и жутковатой геометрией. Смотришь на такое — и испытываешь подсознательный ужас. При этом, если подойти поближе, окажется, что здание построено очень качественно — с едва заметными стыками и без признаков раствора. Словно блоки подгоняли и укладывали друг на друга, рассчитывая исключительно на их тяжесть. Фасад украшали искусно выточенные барельефы, изображающие глубоководных чудовищ и странноватых существ, в одном из которых я узнал Айглеона. Значит, культисты были знакомы со стратосферными Предтечами. Ну, или слышали о них. Сами стены и двустворчатая дверь были покрыты резьбой, не похожей ни на один из человеческих языков. Каббалистическими Знаками тут тоже не пахло.

Место было выбрано не случайно.

Церковь частично нависала над пропастью, уходя основанием в карниз, а частично была врезана в скалу, будто пещерный храмовый комплекс в Иордании. Вдоль скалы к храму тянулся извилистый серпантин, по которому я и приехал на своём спорткаре. Серпантин связывал воедино Альпику, горнолыжный курорт Годзи и несколько крупных деревушек. Удачная логистика, оценил я.

Рядом с комплексом располагалась парковка.

И знаете что? Даже здесь культисты всё предусмотрели. Паркуешься, а над тобой нависают уступы, барельефы древних тварей и прочая хрень. Подсознательно тянет сжаться в комок и ощутить своё ничтожество перед Бездной. Ну, этому ведь диакон учит и на своих проповедях…

Для визита я выбрал удачное время.

Утро, никаких праздников, служб и тому подобного. Прихожан не видно. Во всяком случае, кроме моего «Ирбиса», припаркована только одна машина. Солидный внедорожник. Очень дорогой и тоже защищённый каббалистическим охранным Знаком. Бронированный, насколько я могу судить. С тонированными стёклами.

На переговоры я прибыл в сопровождении Маро.

— Испытываешь почтение? — бросил я через плечо.

Девушка хмыкнула:

— А должна?

— Выглядит всё эпично.

— Само собой.

— Ты когда-нибудь верила в Древних? Ну, в их божественное происхождение, непостижимые пути и всё такое? В Силу Бездны?

— Милый, ты ведь знаешь, что нет. У меня сын столько исторических манускриптов домой перетаскал, что я очень хорошо представляю, с кем мы имеем дело.

— И с кем?

— Высокоразвитая цивилизация.

— Как по мне, слишком высокоразвитая.

— Тебе виднее, — последовал невозмутимый ответ. — Ты ведь на них работаешь.

Я вздохнул.

— Ладно. Пошли знакомиться с диаконом.

Входная группа включала парочку статуй с бесформенными телами и щупальцами. Твари наводили мистический ужас, а в их каменных зрачках читалось безумие. Ступеньки парадной лестницы были грубыми, каменными и очень крутыми. Слишком высокими для человека. Опять же, предсказуемо. Грамотно внедрённый элемент антуража.

Двери были вписаны в овальный проём четырёхметровой высоты. Потемневшее от старости дерево, испещрённое витиеватым орнаментом и символикой Старших Богов.

Я взялся за массивную бронзовую ручку-кольцо, собираясь постучать.