Ямиля Нарт – Хозяйка класса Люкс (страница 42)

Он остановился и посмотрел на меня. В его синих глазах плескался какой-то странный, игривый огонек.

— Вечер еще не закончен, — заявил он. — Эта истории навеяла на меня несколько… лётное настроение. Не хочешь прокатиться? В прошлый раз ты была не в состоянии оценить все прелести полета.

Он говорил о том дне, когда мы летали после слежки за Игорем. Тогда я была в панике и слезах.

— Ты хочешь полетать? Сейчас? — я оглянулась на освещенную площадь.

— Почему нет? — он улыбнулся своей опасной улыбкой. — Никто не увидит. Я позабочусь об этом.

Аррион повернулся ко мне спиной, и я мягко обняла его, прижимаясь к мужчине несколько слишком быстрых мгновений. В следующий момент последовало знакомое изменение под пальцами — ткань сюртука сменилась прохладной чешуей. Он снова стал виверной, изящной и могучей.

— Держись крепче, — прозвучал в голове его голос, и мы оторвались от земли.

Сначала Аррион летел плавно, позволяя мне насладиться видом уходящих вниз огней города, похожих на рассыпанные драгоценности. А потом он сделал крутой разворот вокруг высотки, нырнул вниз, почти касаясь верхушек деревьев в парке, и резко взмыл вверх, в звездное небо.

Я вскрикнула, вцепившись в его чешую. Ветер свистел в ушах, а в груди распирало чувство невероятной свободы. Он сделал мертвую петлю, и я закричала снова, уже смеясь.

— Аррион, ты сумасшедший! — закричала я ему в ухо, когда он наконец перешел на более спокойное планирование.

— Это комплимент? — мысленно сказал он мне, и в его голосе слышалось удовлетворение.

На этот раз полет был совсем другим. Не терапевтическим плавным кружением, а лихим, почти хулиганским представлением. Аррион нырял между небоскребов, делал резкие развороты, взмывал вверх почти вертикально, а потом камнем падал вниз, выравниваясь в самый последний момент. Ветер свистел в ушах, огни города сливались в золотые реки внизу, а мой живот приятно замирал на каждом вираже.

Я вопила. Сначала от неожиданности, потом от восторга. Редкие, искренние, по-детски беззаботные вопли, которых не было, кажется, с тех самых пор, как я сама была ребенком. Я смеялась, вжимаясь в его спину, чувствуя, как адреналин и чистая радость наполняют каждую клетку.

Когда он наконец плавно приземлился на плоскую крышу какого-то офисного здания на окраине, я едва могла дышать. Волосы растрепались от ветра, щеки горели. Я сползла с его спины, и ноги немного подкашивались.

Аррион снова принял человеческий облик, и на его лице была довольная, даже немного самодовольная улыбка.

— Ну что? Оценила на этот раз? — спросил он.

Я прислонилась к прохладному бетону, пытаясь пригладить взъерошенные волосы.

— Боже, — выдохнула я. — Мне уже за тридцать, я взрослая женщина, а ты заставил меня вопить, как пятилетку.

Аррион подошел ко мне ближе. В его глазах играли теплые искорки.

— Ну, некоторое время назад мы как раз и проводили время, как пятилетки, — парировал он неожиданно ласковым тоном. — Играли в детские игры и смотрели детскую историю.

Он произнес это так тихо и тепло, что у меня перехватило дыхание. А потом он протянул руку и мягко, очень осторожно погладил меня по голове. Его длинные пальцы пропустили несколько прядей моих растрепанных волос между собой, и это прикосновение было таким нежным, таким непривычным от него, что внутри у меня что-то ёкнуло.

Этот жест был таким простым, таким нежным и таким неожиданным от него, что у меня перехватило дыхание. Я почувствовала, как расплываюсь в самой идиотской, дурацкой, широкой улыбке. Я не могла ее сдержать. И на его лице появилась примерно такая же — чуть смущенная, но безудержно счастливая.

А внутри у меня будто лопались сотни маленьких шариков, наполненных чистой, безудержной радостью и восторгом. От полета, от вечера, от его прикосновения, от этой странной, новой, чудесной близости, что висела между нами в прохладном ночном воздухе.

Потом тишина стала немного тягостной. Мы оба одновременно отвели взгляд. В воздухе повисло что-то новое, хрупкое и очень громкое. Нам обоим, кажется, стало не по себе от этой внезапной близости, от того, как легко и естественно она возникла.

— Наверное, пора возвращаться, — тихо сказала я.

— Да, — согласился он, тоже вставая. — Гости могут заскучать без нас.

Мы молча вернулись в Дом через дверь на крыше. Холл встретил нас тихим, уютным гулом.

Через пару минут после того, как я поднялась в свои апартаменты, в холле раздался настойчивый, мелодичный звон колокольчика. Кто-то стоял у двери.

Глава 24. Узы

Я подошла к панели, и изображение, проступившее сквозь туман, заставило меня на мгновение замереть. Даже по статичному изображению было видно, что компания подобралась… колоритная.

Впереди — женщина. Высокая, эффектная брюнетка с густыми волнами волос, спадающих на плечи. Её лицо с правильными, почти скульптурными чертами было спокойным, но во взгляде, казалось, чувствовалась усталость. Она была одета в длинное платье-футляр из плотной, мерцающей на свету ткани темно-бордового оттенка, а через плечо у неё был перекинут небольшой, но явно вместительный саквояж из той же ткани.

Позади неё стояли двое мужчин, и между ними, судя по позам, уже витало напряжение. Один — высокий блондин с волосами, заплетенными в сложную косу, перехваченную серебряным обручем. Его лицо было бледным, аристократично-худым, и даже на экране я заметила главную деталь: короткие, но явные клыки, выступающие над нижней губой. Он был одет в строгий черный камзол и плащ, подчеркивающие его статную фигуру.

Второй мужчина, напротив, был коренастым брюнетом с вьющимися, непослушными темными волосами до плеч. Его смугловатое лицо с широкими скулами и решительным подбородком выражало явное раздражение. Но больше всего привлекали внимание глаза — большие, темно-янтарные, с удлиненными, вертикальными зрачками, как у большой кошки. Он ерзал на месте, переминаясь с ноги на ногу, и, кажется, что-то говорил своему спутнику.

Я обменялась взглядом с Аррионом, который, услышав звонок, вышел из тени колонн. На его лице не осталось и следа от недавней мягкости — только привычная деловая внимательность.

«Новые гости. Интересные», — мысленно отметила я и нажала на ручку двери.

Дверь бесшумно отъехала в сторону, впуская внутрь прохладный, пахнущий озоном воздух с улицы. Троица переступила порог, и первое, что бросилось в глаза — контраст между ними.

Женщина вошла первой, её осанка была прямой, но без высокомерия, взгляд мягко скользнул по холлу, оценивая обстановку. За ней проследовал брюнет с кошачьими глазами — он нахмурился, оглядываясь по сторонам с явным недоверием, будто ожидал подвоха. Блондин-вампир вошел последним, его движения были плавными, почти бесшумными, а бледное лицо оставалось совершенно невозмутимым.

— Добро пожаловать в «Междумирье», — произнесла я своей самой гостеприимной улыбкой, стараясь не выказывать удивления. — Я Ольга, хранительница. Чем могу быть полезна?

Женщина сделала небольшой, изящный реверанс. Её движения были выверенными, полными естественной грации.

— Добрый вечер. Меня зовут Элиана. А это мои супруги, Кайан, — она кивнула на брюнета с вертикальными зрачками, который угрюмо кивнул, — и Виктор, — она указала на блондина-вампира. Тот ответил почтительным, но холодным поклоном.

«Супруги?» — мысленно переспросила я. Во множественном числе. Ну что ж, в Мультивселенной, видимо, и такое бывает.

— Мы ищем ночлег, — продолжила Элиана. Её голос был низким, мелодичным, с лёгкой хрипотцой, что придавало ему особый шарм. — Прибыли в мир Эльскабур по делам. Служебная командировка. Отель, который нам предложили… честно говоря, не устроил. Слишком шумно, слишком безлико. А я, — она с лёгкой улыбкой обвела рукой наш холл, — увидела вашу рекламу на одном из портальных узлов. Решила, что стоит попробовать. У вас здесь… чувствуется душа.

— Мы очень стараемся, чтобы гости чувствовали себя как дома, — ответила я, всё ещё переваривая информацию о «супругах». — Проходите, пожалуйста. Обсудим ваши предпочтения.

Я повела их к стойке ресепшена. Элиана шла рядом, её супруги — чуть позади, и я уловила обрывки их тихого, но явно напряжённого диалога.

— …я сказал, библиотека. Мне нужно свериться с картами локальных аномалий, — шипел брюнет, Кайан.

— Карты устарели на два столетия, — парировал Виктор ледяным, ровным тоном, даже не глядя на собеседника.

Элиана, казалось, не обращала на это внимания, но уголок её губ дёрнулся в едва заметной гримасе усталости.

У стойки я достала альбом с фотографиями наших номеров.

— Наши люксы могут трансформироваться под запросы гостей, — пояснила я. — «Эльфийские Рощи» с видом на горное озеро, «Логово Дракона» в тёмных, благородных тонах, и нейтральные «Императорские покои». Расскажите о ваших предпочтениях. Все номера могут быть трансформированы под ваши запросы. Мы можем увеличить кровать, добавить спальных мест, изменить планировку, изменить освещение, температуру… Дом очень гибок.

Элиана внимательно изучала фотографии. Её пальцы с аккуратными ногтями пролистывали страницы. Наконец она остановилась на снимке «Эльфийских Рощ» — на нём был запечатлён вид из окна на горное озеро в лунном свете.

— Вот это, — сказала она твёрдо. — Этот номер. Но, пожалуйста, сделайте кровать… попросторнее. И… если можно, обеспечьте нас лёгкими закусками в номер. Мы устали с дороги.