Ямиля Нарт – Хозяйка класса Люкс (страница 33)

В конце концов, после недолгих переговоров, Ксиландор был официально нанят на должность «межмирового маркетолога». Аррион капитулировал с условием, что «этот паяц не будет иметь доступа к энергетическому ядру Дома».

Проводив нашего нового сотрудника до его временных апартаментов, я вернулась в холл. Аррион стоял на своем месте, его руки были скрещены на груди.

— Ну и комедия, — произнес он.

— Он принес жизнь в этот Дом, - возразила я. – Посмотри, даже стены все встрепенулись.

— Возможно, — сказал Аррион. — Но когда этот «ураган» начнет требовать бюджет на позолоченные визитки и фейерверки при въезде каждого гостя, помни, я предупреждал.

Я поняла, о чем он говорит, когда провела экскурсию для Ксиландора. Ксиландор восхищался «Эльфийскими Рощами», придирчиво осматривал «Логово Дракона», задавал Лириану десятки вопросов о предпочтениях знатных эльфийских родов, пытался научить Грум-Гра новому, «более фотогеничному» жесту приветствия и даже уговорил Лазурита рассказать пару шуток «для оценки юмористического потенциала».

Он задавал Лазуриту вопрос о его «внутренней гармонии» и, выслушав гулкий ответ, тут же предложил идею «номеров для медитации». Он спросил Грум-Гра, что тому больше всего нравится в Доме, и, получив в ответ на планшете слово «УЮТ», разразился тирадой о том, как продавать этот уют.

Позже, когда Ксиландор на время погрузился в изучение книги жалоб и предложений, мы с Аррионом остались одни на кухне.

— Ну и шторм вы к нам привлекли, — заметила я, заваривая чай.

— Я предупреждал, — он принял чашку с вежливым, но отстраненным кивком. — Но, как ни парадоксально, его безумие иногда рождает здравые идеи. Его совет насчет межмировой рекламы не лишен смысла.

Я смотрела на него и думала о том, как мало я на самом деле знаю о нем. Я знала, что он дракон, артефактор, циник и педант. Но что стояло за этим?

— Вы с ним давно знакомы? — спросила я.

Аррион отпил чаю, и его движение было столь же безупречным и выверенным, как и все остальное.

— Да. Очень. Мы росли вместе. Он всегда был болтлив, — произнес он, прежде чем я успела что-то сказать. — И обожает драматизировать.

— Но он сказал правду? Насчет твоего отца? Гильдии?

Он медленно кивнул, его взгляд скользнул по стенам, по тихо гудящему Сердечному Механизму где-то в подвале.

— Да. Отец считал, что у каждого Дома должна быть душа. Его Сердца были не механизмами, а живыми существами. Гильдия же предлагала стандартизацию. Надежность, предсказуемость, безопасность. И полную безликость. Он не мог с этим смириться, — Аррион на мгновение замолчал. — После его смерти… они предложили мне все. Место, деньги, доступ к архивам. Но я видел в их глазах лишь желание получить контроль над его наследием. Над его чертежами. Над этим, — он сделал жест, охватывающий весь Дом.

— И ты стал вольным артефактором?

— Можно сказать и так, — проговорил он.

Его прервал громкий возглас Ксиландора, который влетел в холл, размахивая каким-то свитком.

— Я все понял! Мне нужен доступ к вашему устройству ввода! И к карте миров! Мы начинаем первую рекламную кампанию!

Аррион вздохнул.

Глава 19. О мести и рекламе

Деятельность Ксиландора оказалась сродни урагану. Не прошло и суток с момента его назначения, как он вытребовал у меня доступ к Книге Постояльцев и, запершись в кабинете с Аррионом, принялся составлять список «потенциальных клиентов», как он это назвал. Тут же пригодилась и моя готовая табличка Эксель, в которую уже были внесены совместными усилиями постояльцы за последние сто лет.

Он писал письма, рассылал магические голограммы и лично навещал всех своих многочисленных «влиятельных друзей» из самых разных миров, приглашая их оценить удобства обновленного «Междумирья». Дом наполнился непривычным шумом: то и дело звонили какие-то хрустальные колокольчики, извещающие о входящей связи, а по коридорам проносились его восторженные возгласы.

В один из таких дней, наблюдая, как феи носятся с пылесосами, а Грум-Гр пытается понять, куда поставить очередную вазу, подаренную каким-то восторженным поклонником талантов Ксиландора, меня осенило.

— Знаешь, — сказала я, застав обоих драконов в холле: Арриона, скептически изучающего счета, и Ксиландора, рисующего в воздухе голографический рекламный щит, — нам не хватает кое-чего. Гостиницы высшего класса предлагают не просто номера. Нужен спа, зона релаксации. Бассейн, например. Или сауна. Комната для медитаций. Небольшая, но уютная общая гостиная-библиотека, где можно посидеть у камина.

Ксиландор замер, его золотые глаза загорелись как прожектора.

— Гениально! Абсолютно и бесповоротно гениально! Бассейн! Мы можем сделать его с видом на водопад из мира Элириум! А сауну — с ароматами вулканических пород Аэтериса! Это будет не просто ночлег, это незабываемый опыт!

Я посмотрела на Арриона, ожидая привычного ворчания о «неоправданных затратах» и «расточительстве». Он отложил свиток и посмотрел на меня своим пронзительным синим взглядом. В уголке его губ играла шальная усмешка.

— Бассейн, — произнес он, растягивая слова. — Потребует постоянного расхода энергии на фильтрацию, подогрев и поддержание иллюзорных видов. Сауна — контроль влажности и температуры. Библиотека… — он вздохнул с преувеличенной скорбью. — Ольга, ты обрекаешь меня на вечные расчеты твоих прихотей. Но… — он сделал паузу, и его взгляд скользнул по мне с ног до головы. — Вид на тебя в купальном костюме, возможно, стоит предстоящих мне головных болей, женушка.

Ксиландор поперхнулся кофе, который некстати пригубил, и ошарашенно уставился на нас.

Я закатила глаза.

— Я думала об удобстве гостей, а не о том, чтобы радовать твой развращенный драконий взор.

— А я всегда думаю о многом одновременно, — парировал он, не моргнув глазом.

— Прощу прощения, но что я пропустил? — вопросил отчаянно Ксиландор.

Мы дружно проигнорировали вопрос, поскольку никто из нас не хотел сейчас вдаваться в подробности нашего недавнего посещения Кербулана.

— Ладно, — сказал Аррион уже серьезнее. — Создадим эти зоны релаксации. Только прошу, пусть это будет не нечто аляповатое, в стиле нашего местного павлина.

Он кивнул на Ксиландора, который уже проектировал в воздухе бассейн в форме сердца, смирившись с игнорированием.

— Это классика! — возмутился Ксиландор.

— Это безвкусица, — отрезал Аррион. — Ольга, покажи мне, что ты хочешь. Твои земные представления о роскоши, надо признать, не лишены изящества.

Мы провели вечер за моим планшетом. Я искала изображения крытых бассейнов с колоннадами, хаммамов с резными каменными стенами, уютных библиотек с высокими полками и мягким светом. Аррион сидел рядом, его плечо почти касалось моего, и делал едкие, но на удивление дельные замечания.

— Эта мраморная плитка непрактична, будет скользко. Лучше вот эта, шероховатая. А эти светильники… Слишком вычурно. Драконам нравится сдержанность, помни об этом, если захочешь привлечь моих сородичей.

— Драконам нравится, чтобы все было по их правилам, — поправила я его.

— Это одно и то же, дорогая, — ухмыльнулся он.

Когда я показала ему идею комнаты для медитаций — просторное помещение с татами, нишей для свечей и видом на абстрактный звездный туман, он вдруг застыл.

— Это… приемлемо, — сказал он на удивление тихо. — Это будет место, где можно будет сосредоточиться. Я, пожалуй, буду иногда пользоваться.

Всего за пару дней Дом, откликаясь на наши общие усилия, преобразился еще больше. В западном крыле возник бассейн с бирюзовой водой, окруженный колоннадой из белого камня; потолок над ним был прозрачным и показывал вид на северное сияние какого-то неведомого мира. Рядом расположился хаммам с теплым мрамором, ароматами мяты и эвкалипта и мягким паром. Комната для медитаций с татами и плавающими в воздухе свечами и кристаллами, излучающими покой. И, наконец, библиотека — с высокими дубовыми стеллажами, уставленными книгами из разных миров, и глубокими кожаными креслами у камина.

Ксиландор был в восторге и тут же начал придумывать тематические вечера «Йога у бассейна» и «Поэтические чтения в библиотеке». Аррион, проходя мимо, бросил взгляд на новое крыло и произнес с характерной язвительностью:

— Поздравляю. Теперь мы не просто постоялый двор, а дорогой санаторий. Надеюсь, твои гости оценят мои бессонные ночи, потраченные на балансировку энергопотоков.

— Я уверена, они оценят, — сказала я, подходя к нему. — И, может быть, даже ты однажды расслабишься в том хаммаме вместо того, чтобы все время ворчать.

Он хитро улыбнулся.

— Обещаю подумать об этом… если ты составишь мне компанию.

Я отступила на шаг, пытаясь скрыть смущение под маской деловитости.

— Сначала закончим с текущими проблемами, муж мой.

Иногда я переставала понимать, где заканчивается наш шутливый флирт и начинается что-то более сложное.

Размышляя о том, каким образом я оказалась вовлечена в странную динамику с собственным деловым партнером, я столкнулась в холле с Ксиландором.

— Ксиландор, — обратилась я. — Пока ты рассылаешь приглашения, я хочу кое-что прояснить относительно маркетинга. Твои идеи с тематическими вечерами хороша. Но маркетинг — это система с определенными целями.

Ксиландор замер с поднятой рукой, его золотые глаза заинтересованно блеснули.