Якуб Шамалек – Выбор за тобой (страница 19)
– А ты можешь мне его одолжить?
Алина покачала головой.
– Наглости тебе не занимать.
– Алина, послушай. Я веду расследование, и мне нужно…
– Тебе нужна тема, я все понимаю, сама когда-то работала в газете. Но если ежедневник и имеет какое-то значение, он должен попасть в полицию.
– Они говорят, это была обычная авария. Ты же слышала.
Алина ничего не сказала. Парочка на диване закончила партию: они собирали буковки, дуясь друг на друга.
– В таком случае я отдам его семье, – произнесла она наконец, громко и отчетливо.
– И что они с ним сделают? Поблагодарят, уберут в коробку с памятными вещами и забудут. Алина, я тебя очень прошу… Судя по всему, Бучек кого-то боялся. И либо этот кто-то так его достал, что Бучек в итоге покончил с собой, либо его просто-напросто убили. Насколько мне известно, я единственный человек, кто этим занимается, кто хочет выяснить, что же там на самом деле произошло. Ты правда не хочешь мне помочь?
– Послушай, все не так просто. Я согласилась с тобой поговорить, но…
– Бучек был для тебя не просто коллегой, правда? – перебила ее Юлита. – Кем-то гораздо большим. И что, ты вот так спокойно примешь тот факт, что его, возможно, убили? Только чтобы не было проблем? Потому что так легче и удобнее?
Алина сняла очки, потерла уставшие окруженные морщинками глаза. А потом потянулась за сумкой.
– Ну-ну. Тебя ждет блестящее профессиональное будущее, – сказала она, выкладывая на стол толстый блокнот в кожаной обложке. – От тебя не отделаться.
– Спасибо.
– Это был не комплимент.
Алина поднялась и набросила на спину куртку. Юлита хотела встать, что-то сказать, но, прежде чем она успела выбраться из пляжного шезлонга, продюсер уже исчезла за дверью. Явно заинтригованная официантка высунулась из-за прилавка посмотреть, что же все-таки произошло; поняв, что ее маневр заметили, она широко улыбнулась и вернулась к протиранию чашек.
Юлита перевела взгляд на лежащий на столе еженедельник Бучека. В его медной застежке отражался свет, блокнот манил, точно запретная книга. Она убрала его во внутренний карман плаща и застегнула карман на пуговицу.
А потом, тяжело вздохнув, попросила счет.
Юлита вошла в квартиру. Темноту рассеивал лишь телевизор: включенный на канале с мультфильмами, он мигал яркими цветами, будто стробоскоп. На полу в прихожей валялись грязные детские ботинки, из кухни пахло подгоревшими рыбными палочками, кот, явно перенесший сильное потрясение, мяукал под диваном. Видимо, у няни сегодня выходной.
Сняв мокрый плащ, Юлита принялась за уборку. Из ванной доносился детский смех и плеск воды. А еще голос Магды: деланно спокойный, как у всех родителей маленьких детей.
– Послушайте, на небе уже звездочки зажглись, птички уснули в саду… Сашка, прекрати поливать Войтуся, ты же знаешь, ему это не нравится. Пожалуйста, отдай мне лейку. Да, я знаю, что это твоя лейка, но… Войтусь! Не надо ее щипать! Считаю до пяти: раз… два…
Юлита открыла посудомойку, начала загружать в нее грязные тарелки. На дне раковины обнаружила человечка лего и фантик от конфеты.
– Четыре с ниточкой… Четыре с иголочкой… Пять. Отлично, готовы выходить? Но мы же договаривались. Ладно. А может Черепашка нырнуть в самый-самый последний раз? Знаете, он уже… Хм. Все, я выхожу и жду, когда вы меня позовете.
Магда вышла в коридор. Мокрая рубашка, измазанные кетчупом штаны. Ей явно хотелось хлопнуть дверью, но она аккуратно прикрыла ее за собой.
– О, привет! – поздоровалась она, услышав звяканье тарелок. – Может, хочешь уложить детей спать?
– Заманчивое предложение, но нет, спасибо.
– Ну ладно… Попытка не пытка.
– Как ты? – Юлита подняла с пола кусочки обугленной панировки.
– Мне хочется оторвать Черепашке голову, ручки и ножки, потом засунуть их в микроволновку, включить на полчаса и смотреть, как все это плавится. В общем, как обычно.
– А ты не пробовала его спрятать?
– Пробовала. – Магда вынула что-то из волос, с отвращением вытерла руки об штаны. – Детский вой был слышен в пригороде. Лучше скажи, как там твое расследование?
– Хорошо. Я встречалась с продюсершей Бучека и…
– Мама-а-а-а-а-а! Все-е-е-е-е-е! – крик приглушали двери.
– Мне надо идти. Поговорим позже, ладно?
– Ага. – Юлита кивнула, хотя подозревала, что “позже” никогда не наступит. Укладывая детей, Магда наверняка сама заснет, проснется ближе к полуночи, после чего завалится на диван и будет до трех ночи смотреть “Оранжевый – хит сезона”, поедая попкорн и запивая его мерло.
Юлита вошла в свою комнату, села за стол и дрожащими руками открыла ежедневник Бучека. Фамилии, номера телефонов. Места и время встреч. Рецепт пад-тай с курицей, записанный карандашом на полях. Каляки-маляки, нарисованные во время какого-то нудного разговора. Чеки, засунутые за отворот кожаной обложки: с заправки, из продуктового, из аптеки.
Юлита листала страницы, пока не добралась до 15 октября, дня, когда случилась авария. С трудом разобрала небрежно записанные слова:
– заплатить страховку
– 11:00 – записи Воронича
– 14:00 – ДКиП-ры
– 17:00 – забрать Рафала с футбола
Запись “ДКиП-ры” привлекла ее внимание. Она понятия не имела, что это может значить. Дом культуры и профессуры? Дураки, контролеры и парламентеры? Томкович могла знать, но Юлита отчетливо понимала, что надеяться на ее помощь больше не стоит. Она вбила таинственную аббревиатуру в
Юлита отложила было телефон, но тут ее взгляд упал на белую иконку с красным огоньком. “Тиндер”. Она заколебалась. После последних неудач обещала себе, что не будет больше им пользоваться, что удалит приложение, ведь в интернете можно познакомиться только с придурками. С другой стороны, парни, с которыми она знакомилась традиционным способом, тоже были не фонтан. По крайней мере здесь не будет такого позора, как с Пётреком: сразу известно, что, с кем и как.
Юлита уселась по-турецки, открыла приложение. Проверила свою аватарку – отпуск на Мазурах, деревянные мостки, ноги в воде, легкая льняная рубашка, достаточно откровенная, чтобы привлечь внимание, но не чересчур откровенная, чтобы не сойти за женщину в отчаянии. Годится. Она провела пальцем по экрану и начала просматривать предложения. Первым в очереди был Камиль, двадцать семь лет. Он решил покорить даму своим чувством юмора: выложил фотку с вечеринки на Хэллоуин, как он в костюме вампира вгрызается в лайм, подпись: “Я высосу из тебя все соки!” Э-э-э, нет, нет и еще раз нет; палец проводит влево, Камиль свободен. Следующий: Олек, двадцать один год. Олек пошел проверенным путем: фотография из тренажерного зала, мощные бицепсы, потная майка, выражение лица крутого парня. “Настоящий мужчина ищет настоящую женщину”. Иди еще поищи. Третий кандидат, Лукаш, двадцать семь лет, тип интеллектуала с претензией: прическа под Джеймса Дина[30], папироса в углу рта, как у Марека Хласко[31], очки в толстой оправе
Через несколько минут приложение возвестило: “
Лукаш: Приветик! Ну что, идем в город?;D
М-да, подумала Юлита, очков за романтическое начало он не получит, но кликнул “а”, кликай “б”…
Юлита: Привет! Почему бы и нет:)
Лукаш: Супер! Так что, типа ужинаем? Я знаю рядом отличное заведение с суши.
Лукаш: Называется
Юлита засомневалась. Она не ела с двух часов, и от голода у нее сводило желудок, но поход в ресторан – затея рискованная. Либо она заплатит за себя и потратит четверть зарплаты на завернутый в водоросли рис, либо позволит заплатить Лукашу, а он чего доброго решит, что теперь она ему что-то должна, и если она захочет по-быстрому смыться, то будет неловко. Да еще вот это “тебе понра”… Минус пять очков.
Юлита: Слушай, я уже ела. Может, кофе?
Лукаш: Окей:) у меня или у тебя?
Юлита: Лучше в кафе:)
Лукаш: Ясно, я шучу. Может, “Четыре угла”?
Юлита: Звучит неплохо. Через полчаса?
Лукаш: Оки.
Лукаш: До встречи.
Лукаш: Боксеры или слипы?
Юлита: Э-э-э?
Лукаш: Ну, я предпочитаю подготовиться.
Лукаш: Если что, я предпочитаю стринги:)
Юлита покачала головой, закатила глаза. Деррида, мать твою. Облажался ты, парень.
Юлита: Вот сам их и надень.
Юлита: Спокойной ночи.