Яков Островский – Судьба семьи Мушар. Глава I (страница 3)

Дальнейшее объяснение Антона Швеца заняло около пятнадцати минут. Артем был введен в курс дела: растрепанные, редкими местами вырванные волосы жертвы указывали на то что ее таскали, синяки на кулаках говорили об отпоре женщины. Синяки также присутствовали на открытых частях тела, чуть выше ступней, по всей шее, что означало попытку удушения жертвы.

– Причина смерти? – Остановив монолог Антона, спросил следователь Готти.

– До вскрытия мы наверняка не заключим, но сейчас как вердикт осмотра – несколько резаных травм, точнее девять, нарушавших работу внутренних органов и спровоцировавших обильное кровотечение. Опять же, кровь Каталины видно отличается от всей остальной тут. – Антон повторно провел глазами вокруг.

– В остальных комнатах что-то нашлось?

– В спальне за телом разбита ваза, следов борьбы, да хоть каких-то следов насилия нет. – Антон пожал плечами.

Также криминалист отчитался, что кухня и квартирный коридор досконально осмотрены, явных улик для взятия в следствие нет. Экспертиза с чистых поверхностей не выявила присутствия третьих лиц.

– Пока только не успели осмотреть ту комнату. Вроде как должна быть спальня, но ни кровати, ни дивана, ни даже кресла – нет. Взгляни пока так, потом с Гутом пойдем туда.

Артем кивнул. Его взгляд в который раз удержал на себе оконный вид непроглядных туч, утягивающих небо. Они как будто давили на небосвод, пытаясь приблизиться к земле и стать густейшем туманом, к счастью – безрезультатно и невозможно. Правый глаз рефлекторно дернулся из-за легкого покалывания в виске. Артем обошел Антона, стараясь не провожать взглядом тело Каталины, и заглянул за приоткрытую дверь.

В квартире был выключен свет, пространство вокруг тело освещали два фонаря на штативах. Логично было предположить, что в неисследованной комнате должен был царить мрак, но Артем увидел свет, почувствовал тепло, все что находилось позади него вдруг резко перестало хоть как-то волновать. В этот момент вернулась здравая память, воспоминание о том из того самого лета. В тот жаркий вечер 12 августа 2008 года он встретил Каталину Мушар.

***

Рабочий день подходил к концу. Артем Готти, тогда еще младший лейтенант юстиции, вел служебную машину по улице Миклухо-Маклая и любовался вечным беспокойством столицы. На часах было почти шесть вечера. Близился час-пик, когда тысячи людей начинают тянуться домой, улицы заполняет хаос, управляемый лишь индивидуальным приличием людей. Хотя Артем и не вел патрулирование, но все равно оставался настороже, как и всегда.

Желание перекусить напоминало о себе урчанием живота еще с пропущенного обеда. День выдался на редкость тяжелым. Артему казалось что бумажная волокита съедала сил не меньше, чем физическая работа на улицах города. И вот, когда наконец пора было возвращаться в главное отдел, Артем решил задержаться и взять сэндвич в своем любимом Густаво. Приготовление понравившегося ему сэндвича заняло бы не больше двух минут, но встретиться с ним Артему было не суждено.

Недалеко раздался приглушенный, но от не менее пронзительный женский крик. Артем рефлекторно повернулся к окнам с видом на улицу. Единый поток людей скорым ходом протекал мимо окон Густаво влево. Рука Артема неподвижно висела на кобуре, он в резвом темпе вышел наружу. Толпа зевак стояла с телефонами. “Человек восемь, или десять, в случае необходимости разогнать не составит труда” – первым делом подумал Готти. Артем отнюдь не дружелюбно, но и с минимальным прикладыванием силы протискивался сквозь скопление людей. В центре описываемого наблюдателями полукруга лежало два человека. Среднего роста худощавый мужчина накрывал собой хрупкого вида женщину. Она всеми силами пыталась спихнуть с себя человеческий настил. Были слышно глухое и гневное иностранное бормотание с отчетливым грассированием. Неужели француженка? Небольшая встревоженная этой сценой толпа, в гробовой тишине пыталась запечатлеть каждую секунду действа. Артем подобрался к периметру полукруга наблюдающих зевак.

– Полиция! Всем разойтись. – Уверенно прикрикнул Готти, – Убирайте телефоны! Эй, Мужчина, твое имя?

Это всегда работало, Артем сфокусировал внимание на одном человеке, снимавшем все происходящее на камеру. Мужчина, встретившись взглядом с напряженным полицейским, попятился назад, убирая телефон в карман. Оставшиеся в толпе постепенно расступались от точки всеобщего интереса.

– Все понял офицер, – успокаивающе ответил гражданин, выставляя ладно перед собой.

Готти незамедлительно вернулся к происшествию. На форменной рубашке у него была закреплена служебная рация. Не теряя ни секунды он запросил на Миклухо-Маклая к Густаво ближайшую патрульную машину.

Двумя руками повернул лежавшего сверху. На правом плече мужчины Артем почувствовал какую-то влагу, кровь стекала на плечо упавшего. Он умело прощупал двумя пальцами пульс на шее и другой рукой большим пальцем на запястье мужчины, иных признаков жизни не было. Лежавший уже труп.

Артем незамедлительно склонился к лежащей женщине. Она поспешно старалась подняться на ноги и слегка покачивалась при каждом движении. Ее лицо выражало бессильную ярость, по-видимому, по отношению к умершему. Артем протянул ей руку с предложением помочь удержаться на ногах, женщина лишь отрицательно покачала головой, прижалась к стене. В ее растрепанных волосах также виднелась кровь.

– У Вас кровь, пройдемте довезу Вас до больницы. Сами пойдете? – Вопросы Артема были холодны, но лаконичны и по делу, что и требовалось от сотрудника при исполнении.

– Это была самооборона, на меня напа… – Спешно начала оправдываться пострадавшая, но не успела договорить, как ее настиг приступ головной боли, что даже заставил на пару секунд прикрыть глаза.

– Разберемся. Девушка, прошу Вас, давайте сначала в больницу.

За углом послышалась полицейская сирена. Машина на скорости повернула из-за угла и через пару секунд уже была у Густаво. Из машины вынырнула невысокая девушка, выглядела она слишком молодо для службы в полиции, но как всем известно, внешность бывает весьма обманчива. Увидев дальше по улице Артема, уверенным шагом, с рукой на поясе где была закреплена кобура с табельным пистолетом, она приблизилась к коллеге.

– Что у нас тут стряслось? – Серьезно как бы продекламировала приехавшая коллега Артема.

– Труп, мужчина, предварительно нападавший на девушку, – Показал Артем кивком головы в сторону кое-как державшейся на ногах. – Наташ, вызывай ребят из криминалистики и похоронных из бюро. Ты как видишь первая приехала, дождись ребят, проконтролируй чтоб огородили тут. Сейчас доеду с пострадавшей до больницы, так быстрее, оттуда наберу тебе, хорошо?

– Так точно, давай Артем. – Педантично подытожила Наталья Наумова, на тот момент подававшая надежды и амбициозная сержант полиции.

– Всем отойти. Все! Давайте расходимся. Съемка места проведения следствия запрещена! Если вдруг кому-то позарез надо в полицейское отделение – пожалуйста! – Убедительно она начала разгонять последних присутствующих на месте.

Наталья Наумова обращалась почти ко всем коллегам обращалась на “Ты”, вне зависимости от их звания. Исключение конечно составляли высшие чины силовой структуры, но с такими редко предоставлялась честь встретиться лично, да и подобная встреча сулила либо героическое награждение за, в прямом смысле этого слова, подвиги на службе, в большинстве своем такие награды выдавались посмертно; либо же так называемый трибунал, что вероятнее. Однако “тыканье” своих коллег по цеху никак не обесценивало подлинное уважение и дружелюбие, которое Наташа выказывала каждому нуждающемуся своей безвозмездной рукой помощи как по службе, так и в отстраненной от работы жизни. Она больше походила на современного рыцаря в служебных “доспехах”, которых рисуют в позитивных карикатурах и художественной литературе. Тем не менее, таковой была Наташа Наумова.

Артем довел до своей машины раненую женщину. Он всегда был резким и порой неуклюжим в движениях, однако разработанные рефлексы по части самообороны, использования табельного оружия и оказания первой помощи всегда работали на него, один раз спасся жизнь. Вот и сейчас, ведя женщину к машине, перекинув ее руку через шею и зафиксировав рядом с собой, его расторопность и понимание что делать при головной травме, спасали жизнь другому человеку. Артем подвел пострадавшую к двери переднего сидения, свободной рукой отключил сигнализацию, открыл дверь и мягко поддерживая голову посадил женщину на сидение.

– Держите голову прямо, облокотитесь на пристегнутую подушку, и вот – не опускайте. – Артем достал салфетки из кармана, взял из бардачка бутылку с водой и немного смочил их, – держите у раны.

– Со мной не так все плохо, как Вам кажется, но спасибо. – голос женщины стал уверенным. Взгляд был более ясным, но глаза все равно немного щурились от закатного света.

Готти в пару шагов обошел машину, сел на водительское и тронулся в сторону больницы. Выезжая с при тротуарной парковки он кивнул и бросил едва заметную улыбку в сторону Наташи, она ответила взаимно. Дальше взгляд Артема был устремлен лишь на дорогу.

Ближайшее приемное отделение было в чуть меньше десяти минут пути. К счастью, на дороге трафик машин успел рассосаться после час-пика в 18:00, хотя на часах сейчас было всего 18:37. Неуместных пробки не предвещалось, поэтому Артем решил ехать без мигалок.