Яков Коломинский – Человек среди людей (страница 5)

Совершенно ясно, что по своим далеким целям, по своей идейной направленности микросоциология — это еще одна безуспешная попытка опровергнуть марксизм и новейшими средствами защитить капитализм. Но конкретные исследования, которые проводят буржуазные ученые по изучению микросреды человека, его взаимоотношений с окружающими людьми, накопили немало ценных фактов и приносят большую практическую пользу. На психологии делается теперь большой бизнес.

Это признают и заказчики буржуазной науки — крупнейшие представители делового мира. Генри Форд II говорит: «Если мы разрешим в настоящее время проблему человеческих отношений на производстве, то мы снизим себестоимость продукции за следующие десять лет не меньше, чем мы снизили методом массового выпуска автомобилей за последние четверть века». Ему вторит председатель совета директоров фирмы «Дженерал миллз»: «В начале этого столетия проблема увеличения производства занимала умы лучших бизнесменов своего времени. Период между двумя мировыми войнами характеризовался упором на технику сбыта. Вторая же половина нашего столетия, несомненно, будет отмечена значительными успехами в области человеческих отношений».

Умение понимать человеческие отношения, ладить с людьми оценивается как одно из важнейших достоинств руководителя производства. Недаром в США при оценке деловых качеств управляющих заводами, как пишет Терещенко, на первое место ставится знание рынка; на второе — умение организовать научно-исследовательскую работу и определить линию поведения фирмы на следующие годы; на третье — знание человеческих отношений и умение правильно их использовать, умение ладить с людьми.

В США исследовался «путь наверх» 57 высших административных чиновников. Каждому из них дали оценку по 100-балльной системе. Оказалось, что сделали карьеру те, у кого отметка по «человеческим отношениям» была 87 баллов. У тех, кто застрял на своей должности, она обычно не превышала 23 баллов.

Психология стала выгодной наукой. На ее развитие тратятся колоссальные средства. Только одна из американских компаний, где налаживанию «человеческих отношений» уделяется особое внимание, расходует на работу социальных психологов около 250 тысяч долларов в год. На каждые 300 рабочих приходится один штатный психолог или социолог.

Сотни научно-исследовательских учреждений разрабатывают методы создания на предприятиях благоприятной социально-психологической атмосферы, которая способствует росту производительности труда. В США ежегодно публикуется около 300 научных работ по этой проблеме.

В Западной Европе только по психологии взаимоотношений в малых группах ежегодно выходит свыше 150 исследований.

Виктор Кудрявцев и Борис Чехонин рассказывают, что «за четыре года существования психологического центра на заводах „Мицубиси дэнки“ не было ни одной забастовки, хотя заработная плата низкая, а стоимость жизни в Осаке, как и повсюду в Японии, неудержимо растет… И все же с подлинными масштабами бизнеса на психологии, — продолжают они, — мы познакомились не в Осаке, а в токийском управлении компании „Мицубиси дэнки“. Там мы узнали, что психологическая обработка возведена в культ на всех двадцати предприятиях этого электротехнического гиганта. У компании твердое правило: каждый руководящий работник обязан овладеть началами психологии. На особых курсах руководители производства постигают премудрости сложного искусства — работы с людьми».

Это искусство усилиями психологов все больше и больше превращается в строгую науку. Центральное место здесь занимает психология взаимоотношений в малых группах. Недаром симпозиум под таким названием на XVIII конгрессе психологов проходил в переполненном актовом зале МГУ.

То, что представляется таким важным капиталистам, что приносит пользу даже в условиях непримиримых классовых противоречий, конечно, с еще большим успехом может быть использовано в социалистическом обществе. Недаром исследования структуры и динамики коллективов, эмоционального климата в группе, психологической совместимости стоят теперь в центре внимания наших социальных психологов.

Мы говорили, что человек всегда ощущает себя частью общества, частью целого. Но все-таки одно дело быть наедине с самим собой и совсем другое — находиться в массе, среди людей. Здесь, во-первых, меняется сам человек — его реакция на окружающий мир, его чувства, мысли, даже лицо; во-вторых, возникают совершенно новые психические явления, которые могут существовать только в самом процессе непосредственного общения.

Недаром еще первые социальные психологи говорили о «массовой душе», «коллективной душе», «душе толпы». Мы, конечно, не соглашаемся с объяснениями, которые они давали, но сами явления подмечены довольно верно. Вот одно из таких описаний: «Каковы бы ни были индивиды, составляющие ее (толпу. — Я. К.), каков бы ни был их образ жизни, занятия, их характер или ум, одного их превращения в толпу достаточно для того, чтобы у них образовался род коллективной души, заставляющей их чувствовать, думать и действовать совершенно иначе, чем думал бы, действовал и чувствовал каждый из них в отдельности».

Конечно, влияние массы на личность здесь абсолютизируется. Самостоятельный, волевой, убежденный в своей правоте человек не растворяется в массе, но даже у него многое меняется в результате взаимодействия окружающими людьми.

В книге Маршала Советского Союза К. К. Рокоссовского «Солдатский долг» описывается такой случай.

…В первый год войны, в конце июня, группа наших войск вела тяжелые оборонительные бои в районе Ярцева. Командующего обеспокоило, почему наша пехота, находясь в обороне, почти не ведет ружейного огня по наступающему противнику. «…Решил, — вспоминает К. К. Рокоссовский, — лично проверить систему обороны переднего края на одном из наиболее ответственных участков… Добравшись до одной из ячеек (по принятой тогда системе каждый солдат находился в отдельном окопчике. — Я. К.), я сменил сидевшего там солдата и остался один.

Сознание, что где-то слева и справа тоже сидят красноармейцы, у меня сохранилось, но я их не видел и не чувствовал. Командир отделения не видел меня, как и всех своих подчиненных. А бой продолжался. Рвались снаряды и мины, свистели пули и осколки. Иногда сбрасывали бомбы самолеты.

Я, старый солдат, участвовавший во многих боях, и то, сознаюсь откровенно, чувствовал себя в этом гнезде очень плохо. Меня все время не покидало желание выбежать и заглянуть, сидят ли мои товарищи в своих гнездах или уже покинули их, и я остался один. Уж если ощущение тревоги не покидало меня, то каким же оно было у человека, который, может быть, впервые в бою!

Человек всегда остается человеком, и, естественно, особенно в минуту опасности ему хочется видеть рядом с собой товарища и, конечно, командира. Отчего-то народ сказал: „На миру и смерть красна“. И командиру отделения обязательно нужно видеть своих подчиненных: кого подбодрить, кого похвалить — словом, влиять на людей и держать их в руках».

Система ячеечной обороны, принятая в тридцатые годы, при которой «рубеж выглядел очень красиво», оказалась для войны непригодной. Она была создана с учетом ударной силы танков и самолетов, но без учета законов общения между людьми, без учета законов социальной психологии, прежде всего психологии общения людей в малых группах, что и приводило к возникновению ситуаций, описанных К. К. Рокоссовским. Вскоре после описанных событий эта система обороны была ликвидирована и на всех фронтах перешли на траншеи.

Представьте себе хотя бы такие жизненные ситуации. Вы смотрите кинофильм в пустом кинотеатре и в зале, где, как говорится, яблоку негде упасть. Казалось бы, в первом случае удобнее: никто не мешает, вы чувствуете себя свободно. Но все совсем наоборот: в пустом зале фильм воспринимается значительно хуже, беднее, чем в переполненном. Присутствие других зрителей как бы поддерживает, усиливает, углубляет ваши собственные переживания. Немаловажно, и кто оказался рядом. Одно дело, если это приятный вам человек, и совсем другое, если сосед вызывает отрицательные эмоции.

Основным микроэлементом общества многие социальные психологи считают малую группу. Именно здесь разыгрываются те социально-психологические процессы, от которых зависит эмоциональное самочувствие каждого отдельного человека и эмоциональный климат всего коллектива. Что же такое малая группа?

Здесь мне приходят на память слова одного психолога, который свои лекции о внимании начинал так: «Я знаю, что такое внимание, и вы знаете, что такое внимание, но чем больше я буду говорить, тем меньше и вы и я станем понимать, что же все-таки внимание». Здесь верно схвачена одна из трудностей: приступая к изучению психологии, человек, как это ни странно звучит, слишком много знает. Вернее, думает, что знает.

В области психологии у человека слишком много понятий, которые замечательный советский ученый Лев Семенович Выготский называл «житейскими» в отличие от строгих и точных научных. Расплывчатые и неопределенные «житейские» понятия ведут себя в человеческом мышлении весьма агрессивно и нередко вытесняют, подменяют собой понятия научные. Такое противоречие ощущается в любой науке. Вспомним хотя бы понятия физики — «масса», «сила», «энергия»… или понятие «информация», такое теперь модное. Часто все они употребляются не в научном, а в житейском смысле, даже там, где требуется понятие научное.