Яков Коломинский – Человек среди людей (страница 12)
Мне эти термины не очень нравятся. В них на основании одного только показателя как бы выносится суровый психологический приговор человеку, но условно их приходится использовать за неимением лучших.
Как же размещаются члены группы на этих ступеньках? Оказывается, здесь существуют довольно постоянные соотношения, и можно даже примерно предсказать, сколько людей будет на каждой ступеньке. На самый верх обычно попадает не больше 3–4 членов группы, на второй ступеньке — человек 10–12, на третьей — столько же. На последней ступеньке — «изолированные» — может очутиться до 5 человек. Это расчеты для группы из 30 членов.
Некоторые данные говорят о том, что распределение людей в группе на социометрические категории в известной степени зависит от возраста членов группы и от характера воспитательной работы. Но точных соотношений уловить пока не удалось.
На основании того факта, что любая группа делится на людей с разными социометрическими статусами (это явление именуется социодинамическим законом), Морено делает далеко идущие политические выводы. Деление общества на буржуа и пролетариев, рассуждает он, устарело. Люди делятся на социометрически богатых, социометрически одаренных и социометрически нищих, социометрический пролетариат. Надо сделать так, чтобы не было социометрического пролетариата, обеспечить каждому человеку социометрическое богатство. Для этого необходимо макроструктуру общества привести в соответствие с его микроструктурой, произвести… «социометрическую революцию». И тогда все беды современного общества исчезнут.!
Ловко, не правда ли? Излюбленный трюк: подменить социально-политические и экономические противоречия, присущие капитализму, психологическими, которые есть в любом обществе, объявить, что марксизм устарел. Но даже самый несимпатичный, «изолированный», «отверженный», социометрически «нищий» миллионер не перестает быть эксплуататором и хозяином жизни в капиталистической стране. А самый обаятельный и симпатичный рабочий — «звезда» группы — остается пролетарием, которого эксплуатирует этот «нищий» миллионер. Нет, никакие словесные ухищрения не в состоянии помочь: социометрические принцы остаются нищими, а нищие — принцами.
Чтобы определить местоположение какой-либо точки на географической карте, необходимо знать обе координаты: широту и долготу. Приключения отважного экипажа яхты «Дункан» с детьми капитана Гранта на борту потому и затянулись, что ни на одной из трех записок, извлеченных из бутылки, найденной в желудке акулы, не оказалось цифр, обозначающих долготу острова, на который высадились потерпевшие кораблекрушение. Мы с вами тоже говорили только об одной координате положения человека в системе личных взаимоотношений — количестве полученных выборов. Но необходима вторая координата и даже третья.
Вторая координата — это взаимность сделанных и полученных выборов. В нашем эксперименте, где каждый член группы сделал три выбора, число взаимных выборов может для каждого человека колебаться от 0 до 3.
Это имеет очень большой психологический смысл. Представьте себе, что вы выбрали для какой-то деятельности трех товарищей и все трое ответили вам взаимностью, то есть ваша симпатия к ним оказалась взаимной. А если наоборот? Если те, кого вы выбрали, прошли мимо и ни одно из ваших стремлений к общению не нашло отклика?
Здесь может быть множество разных вариантов взаимных и невзаимных симпатий, притяжений и отталкиваний, которые, если их изобразить в виде рисунка, образуют причудливые узоры групповых структур. И если вам в книге по социальной психологии неожиданно встретятся такие термины, как «цепь», «штурвал», «колесо», «ракетница-вертушка», не думайте, что произошла ошибка и речь вдруг пошла о технике. Все это фигуры, которые отражают взаимодействие между членами группы, или, как их еще называют, социограммы.
Впрочем, теперь сплошь и рядом одна область знаний использует названия, заимствованные из другой, подчас весьма далекой области. И не мы первые начали. Вспомните хотя бы, как широко применяет литературоведение одно геометрическое понятие — треугольник: «он», «она» и «третий лишний». И эта схема действует настолько безотказно, что писатель готов даже ее выдумать…
Просто так, для интереса. А Валентин Берестов за неимением треугольника предлагает даже более сложную конфигурацию…
«Что же мне прикажете делать с моими товарищами, — горестно, со свойственным ему юмором жалуется он в одной из повестей об археологах. — Ввести любовную интригу? Треугольник? Кстати говоря, для нашей экспедиции когда-то более характерными были не „треугольники“, а (ввожу новый термин) „цепочка“.
Некто А., по слухам, влюблена в Б., а тот слишком часто консультирует В., которую видели плачущей ночью на башне из-за того, что Г. не обращает на нее внимания. И так далее. До некоего К., ожидающего писем от Л.
Цепочка, таким образом, обрывалась в Москве, где загадочная Л. выходила замуж за уже совершенно никому не известного М.».
Эта главка так и названа Валентином Берестовым: «Цепочка вместо треугольника». Только вот утверждение насчет новизны термина, пожалуй, не совсем точно. Впрочем, по-видимому, здесь мы имеем дело с двумя независимыми друг от друга открытиями. Но социальная психология, как мы видим, в заимствовании терминов шагнула далеко вперед.
Подсчет отношения числа всех взаимных выборов к общему количеству выборов позволяет сравнивать разные группы. Например, у нас есть две группы по 30 человек, где проведены соответствующие эксперименты. В каждой группе сделано по 90 выборов (это число было задано в условиях эксперимента). А вот количество взаимных выборов зависит от взаимоотношений, которые сложились в каждой из групп. Если в одной группе 45 взаимных выборов, а в другой только 30, это составляет соответственно 50 и 33 процента. В зарубежной социальной психологии эти величины обозначаются как «индекс групповой сплоченности».
Можно ли на этом основании судить о качестве коллектива? Оказалось, что нет. Иногда в классе, где хромает дисциплина, плохо ведется общественная работа и неважная успеваемость, обнаруживается более высокий коэффициент взаимности (так мы называем эту величину), чем в классе, который с педагогической точки зрения значительно лучше первого. И в какой-либо дворовой компании, которая сплотилась на почве праздного времяпрепровождения, весьма высокий коэффициент взаимности… Но нас устраивает не любая сплоченность, а коллективистская, на почве какой-то общей, полезной для общества деятельности. Так что сама найденная величина нуждается в дальнейшем психологическом анализе, но это ничуть не снижает ее ценности: во всяком случае, есть точное основание и для сравнения и для дальнейших поисков. Психологи из Ленинграда выяснили, например, что в бригадах коммунистического труда коэффициент взаимности чаще всего выше, чем в других производственных коллективах.
Имея в своем распоряжении две координаты (количество полученных выборов и взаимность), мы можем построить настоящую карту взаимоотношений — круговую социограмму. Карта как карта: здесь и два «полушария», и свои благоприятные и неблагоприятные для личности «климатические зоны», есть свои «материки», даже «острова».
Попробуем нарисовать такую карту. Вычертим четыре концентрические окружности и полученный щит поделим сверху вниз диаметром на две половины — мужское и женское полушария. Теперь мы имеем центральный круг, окруженный тремя кольцами. Выберем условные обозначения. Договоримся мужчин обозначать треугольником, а женщин — кружком.
Взаимный выбор обозначим прямой линией, невзаимный выбор — прямой со стрелкой, которая идет от выбиравшего к выбранному, пунктиром — взаимную антипатию, пунктиром со стрелкой — антипатию без взаимности. Теперь можно заполнять карту. Только предварительно условимся еще о том, что правое полушарие будет мужское, а левое — женское.
В центральном круге помещаются «звезды», в первом кольце — «предпочитаемые», во втором — «пренебрегаемые», в третьем — «изолированные». Соединяем символические изображения людей линиями симпатий и антипатий. Карта готова.
Посмотрите, как она выглядит. Прежде всего видно, сколько в этой группе «звезд», «предпочитаемых», «пренебрегаемых» и «изолированных». Если карта построена на основе нескольких экспериментов, она как бы обобщает эти данные. Это значит, что и положение членов группы, и их отношения друг к другу, зафиксированные здесь, отражают
Вообще говоря, по характеру этого распределения о качестве коллектива судить довольно трудно. Мне приходилось видеть, как в хороших, по мнению окружающих, коллективах «изолированных» оказывалось больше, чем в неблагополучных. Может быть, в хорошем коллективе у людей выше требовательность друг к другу, товарищи более строго судят друг друга. Но такая требовательность хороша только тогда, когда она ведет к борьбе за товарища и не дает ему засиживаться в «изолированных». Четвертый круг — очень опасное место для личности.
Этот количественный анализ заставляет нас задуматься и над вопросами, на которые в социограмме ответа нет. Достаточно того, что она их помогает поставить.