Яков Канявский – Трагический эксперимент. Книга 13 (страница 4)
В 1944 году Сталин назначил Суслова председателем Бюро ЦК ВКП(б) по Литве, куда после немецкой оккупации вновь пришла советская власть. Ему предстояло бороться с «лесными братьями» и выстраивать общественную жизнь в соответствии с советскими правилами.
После ареста Берии в 1953 году выяснилось, что Суслов фигурировал в его расстрельных списках под первым номером. По воспоминаниям зятя Суслова Сумарокова, на одном из застолий у Сталина между Берией и Сусловым произошёл конфликт. Берия якобы ради шутки задумал сделать Суслову мелкую пакость, на что тот пригрозил вылить на него тарелку с борщом.
Суслова называли ярым сталинистом. При этом после выноса тела Сталина из мавзолея в 1961‐м он не спешил решить вопрос с установкой памятника на могиле у Кремлёвской стены. Дело в итоге растянулось до 1970 года.
«Оказалось, что памятник заказало управление охраны, а вопрос об установке застрял в ЦК у Суслова, – вспоминал в 2000 году управляющий делами Совета Министров СССР в 1964–1989 годах Михаил Смиртюков. – Он консерватором был ярым. Нет на могиле памятника, никто не ропщет – пусть все так дальше и остаётся. Он переставал быть консерватором, только когда речь шла о нём самом».
Бюст Сталина работы скульптора Николая Томского появился на могиле лишь после доклада Смиртюкова председателю Совмина Алексею Косыгину.
Суслов имел собственный взгляд на то, как должна выглядеть Красная площадь. Он говорил на Политбюро, что «негоже держать рядом с Мавзолеем торжище», и мечтал преобразовать ГУМ в выставочный зал. Если верить Смиртюкову, Суслов пытался добиться своего, пока Брежнев был в отпуске, однако генсеку доложили о намерениях второго секретаря – и он решил всё-таки напомнить, кто в стране самый главный. И все осталось по-старому.
Брежнев шутил, что в жизни Суслов боится только сквозняков. В отличие от многих других руководителей брежневской эпохи, он был совершенно равнодушен к охоте. Поговаривали, что такое же отношение сложилось у него к всевозможным почестям и наградам, а тем более к личному обогащению. Суслова интересовали не роскошь и богатство, а мировоззрение общества. В последние 17 лет своей жизни он считался главным идеологом КПСС.
Как и другие «кремлёвские старцы» (Юрий Андропов и Андрей Громыко), Суслов весьма благосклонно относился к Михаилу Горбачёву. Считается, что именно он способствовал выдвижению первого секретаря Ставропольского крайкома в Политбюро. Впрочем, Горбачёв утверждал, что сначала Суслов выступил против его введения в Политбюро и рекомендовал своего протеже кандидатом в члены руководящего органа партии – иначе могли обидеться товарищи с большим стажем работы. Когда Горбачёв в 1978 году переехал в Москву, Суслов встречался с ним, гулял и общался.
«Это была встреча ставропольцев: старожил Москвы как бы проявлял внимание к молодому, прибывшему из тех мест коллеге», – вспоминал последний генсек.
Летом 1981 года во время отдыха на юге Суслов много работал над проектом постановления о злоупотреблениях и борьбе с коррупцией. Чуть позже вышло специальное письмо ЦК КПСС по этому вопросу, которое зачитывалось на партийных собраниях. 22 января 1982‐го Суслов должен был обсудить с Брежневым так называемое бриллиантовое дело, фигурантом которого выступала дочь генсека Галина.
Однако накануне вечером «лидер номер два» почувствовал себя плохо во время просмотра телевизионной передачи о Ленине, потерял сознание и больше уже не приходил в себя. Поскольку незадолго до этого, 19 января, неожиданно покончил с собой первый заместитель председателя КГБ Семён Цвигун, тоже собиравшийся поговорить с Брежневым о «бриллиантовом деле», многие сочли такое совпадение слишком странным.
«Ожидалось, что именно эти два человека, не боящиеся откровенно высказать своё мнение, способны дать объективную оценку событиям, и от их авторитетного мнения, к которому с уважением относился Брежнев, зависело чрезвычайно многое, – рассуждал Сумароков. – Так или иначе намеченная встреча не состоялась, а драматические события, связанные с указанными обстоятельствами, развернулись несколько позже и имели долгосрочный характер».
Член Политбюро, секретарь ЦК КПСС, депутат Верховного Совета СССР, дважды Герой Соцтруда скончался, как писали, после непродолжительной тяжёлой болезни 25 января 1982 года в возрасте 79 лет. Его похоронили в отдельной могиле справа от Мавзолея у Кремлёвской стены – девятью годами ранее там же обрёл покой маршал Семён Будённый. А после Суслова подобной чести удостоились лишь три генсека, умершие в течение трёх следующих лет: Брежнев, Андропов и Черненко. Кстати, именно Андропов унаследовал от Суслова кресло секретаря ЦК КПСС по идеологии (второго секретаря). Он же, как выяснилось через несколько месяцев, стал преемником Брежнева.
«Смерть Суслова была очень своевременной, – заявил в 2002 году Александр Яковлев, который работал под руководством Суслова, а в 1986‐м тоже стал секретарём ЦК по идеологии. – Он очень мешал Андропову, который рвался к власти. Суслов не любил его и никогда бы не допустил избрания Андропова генеральным секретарём».
Несмотря на преклонный возраст Суслова, его кончина стала большой неожиданностью для правящей верхушки. Горбачёв подтверждал в своих мемуарах, что смерть «лидера номер два» обострила подспудную борьбу внутри политического руководства.
«Надо признать, что Михаил Андреевич, никогда не претендовавший на пост генерального секретаря и абсолютно лояльный к Брежневу, в то же время был способен возразить ему, – отмечал Горбачёв. – В составе руководства он играл стабилизирующую роль, в определённой мере нейтрализовывал противостояние различных сил и характеров. И вот его не стало. Первый вопрос – кто заменит? По сути дела, речь шла о преемнике Брежнева, о втором секретаре, который по традиции со временем становился первым, уже при жизни генсека постепенно овладевал рычагами власти, брал на себя руководство. Очевидно, кандидатом на данный пост мог стать лишь человек, приемлемый для самого Брежнева.
Существует и менее конспирологическое объяснение причин смерти Суслова: сильное волнение из-за попытки остановить антикоммунистические выступления в Польше…
В мае 1982 году на место Суслова секретарём ЦК был избран Андропов.
Юрий Владимирович Андропов родился 15 июня 1914 г. на станции Нагутская Курсавского района Ставропольского края.
Отец Юрия, Владимир Константинович Андропов – железнодорожный инженер, имел высшее образование, окончил Харьковский институт железнодорожного транспорта. Умер от сыпного тифа в 1919 г. Мать Андропова, учительница музыки Евгения Карловна Флекенштейн, дочь торговца часами и ювелирными изделиями Карла Францевича Флекенштейна.
После окончания семилетки Юрий Андропов работал на станции Моздок помощником киномеханика при железнодорожном клубе, рабочим на телеграфе. С 1931 года работал матросом речного флота на судах на Волжском пароходстве.
В 1936 году Ю. В. Андропов окончил техникум водного транспорта в городе Рыбинске Ярославской области. Был избран секретарём комсомольской организации техникума. Затем Юрия Владимировича выдвинули на должность комсорга Рыбинской судоверфи. Вскоре он уже завотделом горкома комсомола города Рыбинска, затем завотделом обкома комсомола Ярославской области. Уже в 1937 году его избрали секретарём Ярославского обкома ВЛКСМ, а на следующий год 1‐м секретарём.
В 1939 году Андропов вступил в члены ВКП(б). В 1940 году был назначен руководителем комсомола в недавно образованной Карело-Финской ССР.
В годы Великой Отечественной войны Юрий Владимирович не воевал, но проводил работу по организации партизанских отрядов, подпольных райкомов и групп.
В 1944 году утверждён вторым секретарём Петрозаводского горкома ВКП(б), а в 1947 году – вторым секретарём ЦК коммунистической партии Карелии. Окончил высшую партийную школу при ЦК КПСС, а в 1946–1951 гг. заочно учился на историко-филологическом факультете Карело-Финского государственного университета.
В 1951 году Андропов при содействии заместителя председателя Президиума Верховного совета СССР и главы Карело-Финской АССР Отто Вильгельмовича Куусинена переводится в Москву в аппарат ЦК партии. В ЦК он первое время работает инспектором. В качестве инспектора ЦК наблюдал за работой партийных организаций прибалтийских республик. Затем работал заведующим подотделом Отдела партийных, профсоюзных и комсомольских органов ЦК КПСС.
В мае 1953 года Андропов по предложению В. М. Молотова переходит в МИД СССР.
С 1954 по 1957 годы – он чрезвычайный и полномочный посол СССР в Венгерской Народной Республике. Именно Юрий Андропов в 1956 году настаивал на вводе советских войск в Венгрию и сыграл активную роль в подавлении восстания против коммунистического режима в Венгрии.
В 1957 году Юрий Владимирович выдвинут на должность заведующего отделом ЦК КПСС. С 1962 по 1967 год – секретарь ЦК коммунистической партии СССР. С мая 1967 года он председатель самой закрытой и самой могущественной организации – Комитета государственной безопасности (КГБ) СССР.
Юрий Андропов был сторонником самых решительных мер по отношению к тем странам социалистического лагеря, которые стремились проводить независимую политику.