Яков Канявский – Трагический эксперимент. Книга 13 (страница 3)
Несмотря на давление влиятельных товарищей, Косыгин так и не подписал документ. С этого момента у него произошёл полный разрыв с Брежневым и его окружением, что привело к тотальной изоляции премьера. Ровно через год его не станет.
«Косыгин был тысячу раз прав, когда удерживал Политбюро от этого тяжёлого решения, – размышлял в своих мемуарах маршал Валентин Варенников. – А главное – он обращал внимание всех руководителей СССР на то, что нас ожидает в перспективе, если введём войска в Афганистан. Как ни печально, но все развивалось именно так, как он предсказывал и от чего он всячески нас оберегал, и в первую очередь, от коварных действий США».
В 1976 году Косыгин пережил инсульт, а в октябре 1979 и в августе 1980 года – повторные инфаркты миокарда. Умер в больнице 18 декабря 1980 года после внезапной остановки сердца. О кончине «видного деятеля Коммунистической партии и Советского государства» официальная советская пресса сообщила только через три дня. Прощание прошло в Центральном доме Советской армии. После кремации тела Алексея Косыгина в ночь на 23 декабря, днём после траурного митинга на Красной площади в Москве состоялись похороны; урну с прахом в Кремлёвской стене установил Н. А. Тихонов, ранее сменивший Косыгина на посту председателя Совета Министров СССР.
Андропов понимал, что все усилия Косыгина по проведению реформ невозможно осуществить, пока в Политбюро сидят кремлёвские старцы, которые ничего не хотят менять.
Вдруг скончался Семён Кузьмич Цвигун (28 сентября 1917–19 января 1982) – советский государственный деятель, первый заместитель председателя КГБ СССР (1967–1982). Курировал второе (контрразведка), третье (военная контрразведка), пятое (борьба с идеологическими диверсиями) управления КГБ СССР и Главное управление Пограничных войск КГБ СССР. Генерал армии (1978). Герой Социалистического Труда (1977). Член ВКП(б) с 1940 года, член ЦК КПСС (1981 год). Депутат Верховного Совета СССР 7‐го, 8‐го, 9‐го и 10‐го созывов. Выступал как литератор и сценарист.
В 1937 году окончил исторический факультет Одесского педагогического института. В 1937–1939 гг. учитель, директор средней школы в Одесской области. С осени 1939 года в органах НКВД.
Согласно официальным сведениям, участник Великой Отечественной войны на Юго-Западном, Южном, Северо-Кавказском, Сталинградском, Донском, Западном фронтах. По собственным словам, воевал в партизанских отрядах.
10 января 1943 года в ходе Ростовской наступательной операции в станице Богоявленской Николаевского района Ростовской области в момент прорыва танков и автоматчиков противника 1271‐й стрелковый полк 387‐й стрелковой дивизии, к которому был прикреплён старший оперуполномоченный особого отдела дивизии младший лейтенант госбезопасности Цвигун, без команды начал отступать. C. Цвигун взял в свои руки инициативу руководства боем и получил за это орден Красной Звезды.
В наградном листе также указано, что С. К. Цвигун по состоянию на 30 марта 1943 года участвовал в боях за оборону Одессы, Севастополя, в боях на Халхин-Голе, Донском фронте.
С 1946 года в МГБ Молдавской ССР. В 1951–1953 – заместитель главы МГБ Молдавии. В 1953–1955 – заместитель главы МВД, заместитель председателя КГБ Молдавии. В 1955–1957 годы – первый заместитель председателя КГБ Таджикской ССР. В 1957–1963 годы – председатель КГБ Таджикской ССР. В 1963–1967 – председатель КГБ Азербайджанской ССР.
23 мая 1967 года назначен заместителем председателя КГБ СССР. С ноября 1967 года – первый заместитель председателя КГБ СССР. 13 декабря 1978 года присвоено воинское звание генерал армии.
С 1971 года – кандидат в члены ЦК КПСС. С 1981 года – член ЦК КПСС.
Цвигун, так же как К. У. Черненко и С. П. Трапезников, работал в Молдавской ССР одновременно с Брежневым. Именно этим обстоятельством объясняют его назначение на высокий пост в руководстве КГБ СССР с приходом Брежнева на должность Генерального секретаря ЦК КПСС.
Согласно официальной версии, в конце жизни Семён Цвигун тяжело болел раком лёгких. 19 января 1982 года он покончил жизнь самоубийством.
Версию о том, что перед смертью Цвигун болел раком, опровергал его лечащий врач – академик Михаил Израилевич Перельман. В 1971 году именно Перельман оперировал Цвигуна по поводу рака лёгкого и подтвердил полное восстановление своего пациента, а спустя десять лет – в декабре 1981 года (за три недели до смерти Цвигуна) участвовал в консилиуме врачей и засвидетельствовал отсутствие у Цвигуна рецидива рака и других опухолей. Об этом Перельман сначала заявил в документальном фильме «Генерал Цвигун. Последний выстрел», а позже написал в своей книге «Гражданин Доктор».
Семья С. К. Цвигуна после его кончины получила на руки свидетельство о смерти, где в графе «Причина» значилась «Острая сердечная недостаточность».
Цвигун похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище…
Одним из ключевых лиц в политике СССР второй половины XX века был Михаил Суслов. Он родился 21 ноября 1902 года в бедной крестьянской семье, после войны вознёсся на вершину власти, а при Леониде Брежневе стал главным идеологом КПСС и вторым человеком в партийной иерархии. Суслов прославился как исключительный аскет и педант, совершенно равнодушный к материальным благам. Товарищи по партии подшучивали над ним за глаза из-за того, что он годами ходил в одном и том же плаще и панически боялся простудиться. В то же время Суслова очень боялись и предпочитали не вступать с ним в спор. Он не стремился занять кресло генсека, довольствуясь неофициальной должностью второго секретаря – поэтому, возможно, и входил в правящую верхушку на протяжении стольких лет. Этот загадочный серый кардинал 17 последних лет своей жизни отвечал в партии за идеологию, образование и культуру.
В 1981 году кто-то из подхалимов в Академии наук СССР предложил избрать в академики Генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Брежнева. Идея обеспокоила учёных мужей: сам Леонид Ильич, конечно, едва ли откажется от такого, но как воспримет инициативу советское общество? Чтобы не нести груз ответственности в одиночку, президент АН СССР Анатолий Александров решил посоветоваться с «лидером номер два» Михаилом Сусловым. Прихватил на встречу и вице-президента Петра Федосеева, отвечавшего за общественные науки.
Академики поставили вопрос о выборе в академики Брежнева и Суслова. Их миссия окончилась полным провалом: как вспоминал помощник главного советского идеолога Степан Гаврилов, отказ был «однозначным, достаточно резким и окончательным» по обеим кандидатурам. В качестве аргумента хозяин кабинета напомнил опешившим светилам решение ЦК КПСС о невозможности руководителям, занимавшим на момент выборов высокие посты в партии или органах государственного управления, баллотироваться для избрания в Академию наук СССР. Донельзя смущённые, академики ушли восвояси, а четырежды Герой Советского Союза Брежнев так и не стал академиком.
Становление выходца из поволжских крестьян Суслова пришлось на первые годы советской власти. В начале 1920‐х он окончил рабфак, поступил в Московский институт народного хозяйства (МИНХ) имени Карла Маркса (ныне РЭУ имени Г. В. Плеханова), затем преподавал политэкономию. В начале 1930‐х начал работу в ВКП(б), где после чисток как раз освободилось много мест.
Как утверждал учёный в области информатики Леонид Сумароков, зять Суслова, в 1937‐м его тесть чудом избежал репрессий. Суслов тогда только-только возглавил один из отделов Ростовского обкома ВКП(б), и его обвинили в содействии проникновению враждебных элементов во власть. По словам Сумарокова, Суслов редко откровенничал на такие темы в семье, но о ростовском случае рассказал. Когда дело приняло слишком серьёзный для него оборот, на выручку якобы пришёл Сталин. По крайней мере, так он говорил Сумарокову.
Но то, что Суслов начал свою большую партийную карьеру ещё при Сталине, – это факт. В 1947 году он стал секретарём ЦК и затем ровно 35 лет возглавлял всю партийно-пропагандистскую работу.
В зависимости от ситуации его называли секретным наследником Сталина, догматиком, верховным жрецом марксизма. Есть мнение, что прозвище «серый кардинал» придумали противники Суслова, желая подчеркнуть его «серость» на фоне ярких Сталина, Лаврентия Берии и Никиты Хрущёва.
Тем не менее Жорес Медведев, анализируя значение и ранг Суслова среди других членов Политбюро, отводил ему особое место. На взгляд публициста, «лидер номер два» был воплощением существовавшей идеологии построения и развития социалистического общества и его места в мировой системе. По мнению главного редактора журнала «Коммунист» в 1976–1986 годах Ричарда Косолапова, Суслова по сравнению с коллегами по Политбюро отличали ум, лаконичность, жёсткость, начитанность и интеллигентность. В то же время академик Георгий Арбатов считал, что уровень Суслова «не превышал уровня доцента».
«В партаппарате Суслова считали самым марксистски подготовленным человеком, – подмечал секретарь ЦК КПСС академик Борис Пономарёв. – К тому же за ним не числилось таких грехов, как у других, ни в 1930‐е, ни в более поздние годы. Он не занимался ни сельским хозяйством, в котором постоянно случались неурядицы, ни хрущёвскими реформами экономики. А вредило ему то, что он никогда не выступал против подобных мероприятий».