Яков Барр – Оракул (страница 31)

Первым делом позвонил Треплову.

— Виктор Семеныч, приветствую!

— Сделка готовится, завтра сядем и подпишем бумаги по Ласточке, — обрадовал меня авторитет.

— Это прекрасно, но я по другому поводу, — поспешил я разочаровать смотрящего.

— Чувствую, не к добру это, — я по голосу догадался, как мой собеседник схватился за голову.

— У меня вопрос.

— Стреляйте.

— Как поживает наш общий друг Овсов?

Цитрамон сообщил, что Гвоздь еще портит воздух на нашей планете. Тогда я в общих чертах обрисовал ситуацию, не рассказывая, конечно, о своей роли в происходящем и судьбе Клеща. Треплов поблагодарил и посоветовал быть осторожным.

Я тем временем задумался, как бы мне очистить дом от мертвых тел. И тех, кого я уже убил, и тех, кого убью прямо сейчас, потому что отпускать банду Клеща я не собирался. Эх, подумал я, просто фантазируя, если бы собрать трупы в тот же карман, куда моя левая рука прячет все, что плохо лежит…

«Без проблем», — услышал я в ответ.

Рука прикоснулась к плечу Клеща, тот исчез, та же участь ждала и его отрубленную голову. Так же мы справились и с тремя другими мертвыми бандитами. Я еле успел остановить руку, когда там потянулась к еще живому Янке. Что-то он, кстати, долго отдыхает, накачали его что ли чем-то?

Глава 18

Убедившись, что пульс у Янко прощупывается, я набрал его дядюшку.

— Твой племянник со мной. Не сказал бы, что здоров, но жить будет, особенно если, не мешкая, оказать ему медицинскую помощь.

— Скажи, где он, я пришлю врача.

— Сейчас скину адрес. У меня, в связи с этим, есть маленькая просьба. Как у вас в таборе с клинингом?

— Нужно забрать тела? — слишком быстро догадался барон.

— С трупами я сам разобрался. Не спрашивай, как. Я сделал все тихо, но помещение, в котором я нахожусь, залито кровью. Можно ли здесь все помыть?

— Я все устрою. Спасибо, бхут.

В ожидании цыганской делегации я осмотрел дом, который, на минуточку, должен стать моим. До сих пор мое знакомство с ним проходило в нездоровой спешке. Убийства, знаете ли, здорово отвлекают от созерцания.

В приемной я заметил внушительного вида кофейный автомат. В шкафчике по соседству нашелся и симпатичный фарфоровый сервиз. Вряд ли его принес с собой Клещ, значит это — овечье наследство. Я приготовил себе чашечку эспрессо, потом еще одну.

Подумал, что сгинет это богатство в аду неизбежного ремонта, дал команду воровской руке и в ее тайнике исчезли и автомат, и сервиз. А затем я подумал и отправил туда же и мешочек с кофейными зернами. Не от жадности, не подумайте плохого, я просто хотел провести эксперимент, как будут себя чувствовать в кармане продукты питания. Если предположить, что там нет ни пространства, ни времени, то с ними вообще ничего не должно произойти. Но проверить надо. Протез скромно промолчал, ему-то кушать не хочется, из хозяина соки сосет. «Кто из кого сосет», — проворчала рука.

Я вновь попытался привести спасенного юнца в чувство, но опять не добился успеха. Ну и ладно. Моя работа выполнена, здоровьем пациента пусть занимаются специально обученные люди. Эти молодцы подъехали на карете скорой помощи, погрузили Янко, мгновенно утыкав его капельницами и напялив кислородную маску. В парня сразу же мертвой хваткой вцепилась заплаканная чернявая девица, она забралась с ним и врачами в кузов скорой.

Медиков сменила бригада женщин с тряпками и швабрами. От вида крови они в обморок не падали. Я оставил дом на попечение этих милых женщин, а сам отправился в «Ласточку». По дороге я решил заехать за своей машиной, оставленной на приличном отдалении от места стрелки. Да, мне тогда пришлось изрядно прогуляться, но в хорошую летнюю погоду да по лесу это было одно удовольствие.

Эдельвейс я оставил на крохотной стоянке возле съезда на проселочную дорогу, как раз и ведущую на смотровую площадку, облюбованную любителями шашлыков и стрелок. Я припарковался рядышком, вышел, потянулся, разминая немного затекшие от сидения в машине мышцы. Неожиданно я услышал стук, доносившийся из багажника. У меня же там сладкая парочка заныкана, а я совсем про нее забыл. Проснулись деточки!

Я вытащил их, в силу сложившихся между нами традиций, за шиворот. Они мешками с трухой рухнули на потрескавшийся асфальт.

— Ну и что с вами делать? — спросил я, скептически глядя на пленников. — Повезло вам, забыл я про вас, когда ваших дружков зачищал. Исправить упущение?

Бандиты под моим скептическим взором нервно заерзали на асфальте. Мелкий попытался что-то возразить, но из его пересохшего горла вырвалось только слабое шипение.

— Понять и простить? — переспросил я хрипуна.

Тот отчаянно закивал, активно соглашаясь.

— Ладно, будем считать, что сегодня провидение на вашей стороне. Катитесь из города и вообще из губернии. Увижу еще раз — не пощажу! И лучше поторопитесь! А то цыгане — народ злопамятный. Поймают — отрежут что-нибудь важное.

Кажется, мелкий ожидал, что я протяну ему руку и помогу встать. Наивный, максимум, чем я мог ему помочь, это пинками отогнать от машины, к которой он прислонился. В итоге проныра оперся на своего друга и с горем пополам попытался сесть за руль. Этого я, конечно, позволять не собирался. Оттащил дурачка за многострадальный ворот от заветной дверцы.

— Куда! Автомобиль я оставляю себе как трофей и возмещение ущерба. Топайте на север, там при заправке есть автобусная остановка.

Страдальцы заковыляли под шоссе в даль светлую. Я дождался, пока они скроются за горизонтом, и на любимом Эдельвейсе поехал в санаторий к девушкам.

Я намеревался только лишь немного побеседовать с Надей, ну и пообедать, конечно, а то я, пока устраивал резню, порядком проголодался. Как случилось, что я оказался в постели сразу с Надей и ее двумя подругами-блондинками, понятия не имею.

Когда активная часть нашего «совещания» закончилась, девушки стали одеваться, что тоже само по себе очень красивое зрелище, особенно когда модели тебя немного поддразнивают и принимают разные соблазнительные позы. У меня-то процесс натягивания костюма происходит по-военному быстро. Сорок секунд и команда «форма одежды номер три» выполнена. Кстати, я конечно же успел переодеться в «цивильное» прямо на стоянке в лесу.

Мы спустились из номера в ресторан, где мне очень шустро и с заметным уважением накрыли стол. Блондинки, поняв, что мне надо поговорить с Надей, испарились по дороге.

— Помнишь, как вы с Цитрамоном обсуждали дробовик? — спросил я ее.

Надя поежилась.

— Забудешь тут.

— Держи ухо востро. Держи на быстром доступе и мой номер, и Треплова. Выбери нескольких боевитых и смышленых девиц, у них должно быть оружие под рукой.

— А что случилось? — забеспокоилась девушка.

— Пока ничего, но птичка на хвосте принесла, что всякие нехорошие люди могут устроить провокации. Не факт, что это коснется именно вас, но и не факт, что не коснется.

Надя накрыла мою руку своей.

— Расскажи мне, что происходит, пожалуйста! Это райское место, где ты нас поселил, может оказаться роскшной ловушкой, если мы не будем понимать, что к чему.

Я подумал и решил, что таить суровую реальность смысла нет, да и права она, я ведь приперся специально, чтобы предостеречь ее. И зачем тогда играть в молчанку?

— В вашем славном Гречине сейчас вообще нет организованной преступности, никакой. Это вакуум, который попытаются заполнить те, кто вел с Овсовым дела раньше. Поставить своего Гвоздя в конце концов. Ваше маленькое предприятие в Ласточке — лакомый кусок, который захотят проглотить в первую очередь. Думаю, что вас пока не тронули просто потому, что пока не знают о вашем существовании. Это ненадолго.

Я подошел к окну, глядя как девочки, из тех детишек, кого я спас в первую очередь, гоняют по двору на велосипедах, коих в прокате санатория было предостаточно.

Меня вдруг остро кольнуло предчувствие опасности. Я открыл окно, высунулся, чтобы рассмотреть все внимательнее.

— Что-то не так? — встревожилась Надя за моей спиной.

Я пожал плечами. Вроде пока ничего не изменилось, все та же идиллическая картина перед глазами. А потом я увидел его: сгорбленный мужичонка в поношенном плаще эксгибициониста вышел из проходной. Он что-то бормотал под нос, я напряг ликвор, чтобы лучше слышать.

— Он есть все! Он есть все! — повторял этот странный человек.

Охранник, дежуривший на посту, выполз из будки, держась за живот. Раненый, он все еще пытался остановить нарушителя. Следом выбежал, размахивая резиновой дубинкой, второй дежурный.

Странный тип проявил неожиданную прыть, одним прыжком он добрался до ближайшей малолетней велосипедистки и схватил ее.

В этот момент я увидел гораздо четче все, что происходило на санаторном дворе. За скорчившимся охранником тянулся кровавый след, в руке нарушителя сверкало лезвие ножа, который он сейчас приставил к горлу девочки.

Не мешкая я выпрыгнул из окна третьего этажа. Клумба немного смягчила падение, но в целом конечно я не переломал себе ноги и все остальное, только благодаря необыкновенной ловкости, подаренной ликвором. Ну и умел я грамотно падать, этому меня учили в прошлой жизни.

Девочка еще была жива. Тип уже не бормотал, а орал во весь голос:

— Он есть все! Я приношу тебя в жертву…

Дальше я слушать не стал, выстрелил ему в голову из отнятого у мелкого бандита красного дракона. Безумец начал медленно, еще бы, я же был под ускорением, заваливаться назад, а я перехватил его руку, выламывая нож из пальцев. На этом все и кончилось, на горле девочки остался маленький красный след от прижатого лезвия без малейшего пореза.