Яир Лапид – Двойная ловушка (страница 15)
– С чего ты взял, что у меня есть парень?
– Твой папа мне сказал.
– Папа?
– Да.
– И ты ему веришь?
– Вообще-то да.
– Это не так.
– Нет значит нет.
Снова молчание.
– Джош.
– Да?
– Ты правда был женат?
– Да.
– Долго?
– Два года.
– А почему развелся?
– Сам не знаю.
– В смысле?
– Я работал над одним делом на севере страны. Недалеко отсюда. Через две недели вернулся домой, а ее там не было.
– И с тех пор вы не встречались?
– От случая к случаю. В основном у адвоката.
– Она сказала тебе, почему ушла?
– Она сказала, что я не умею делиться. Все оставляю внутри.
– Ты ее любил?
– Думаю, да.
– А теперь?
– Прошло уже шесть лет. Это много.
– Как она выглядела?
– Красивая. Как фарфоровая японская кукла.
– В Гемаре[7] сказано: «Если мужчина разводится с первой женой, даже алтарь льет слезы…»
– Не припоминаю, чтобы кто-то так уж плакал по этому поводу.
Она провела тонким пальцем по моей кисти, погладила развилки вен. Я убрал руку и снова закурил.
– Прости, ты выглядел очень печальным.
– Все в порядке. Просто иногда забываю, что ты дочь раввина.
– Я не забываю. Просто иногда что-то происходит у меня внутри, а я вижу это как бы со стороны. Будто сижу за плечом у самой себя.
Она говорила с закрытыми глазами, всем телом неестественно подавшись вперед.
– Я не уверен, что понял тебя.
– Когда они меня трогали… Во мне было все. Отвращение. В основном отвращение. Меня тошнило от их прикосновений. От запаха. Но было что-то еще.
– Любопытство?
– Нет. Совсем нет. Ничего похожего. Я знала, что это не моя вина. Что я ничего плохого не сделала, просто не могла, но я знала, что все будут думать, что это произошло из-за меня. Что я каким-то образом являюсь причиной всего этого. И тогда я решила, что больше этого не произойдет. Пусть я умру, но больше никто не дотронется до меня без моего желания. Даже мой муж. Я вдруг почувствовала, что ничем не связана со своим женихом, с родителями, даже с… – Она запнулась.
– С Богом?
– Да.
– Почему?
– Ты знаешь, какое наказание в Торе полагается за изнасилование?
– Нет.
– Там сказано: «…Если кто-нибудь встретится с девицею необрученною, и схватит ее, и ляжет с нею, то во всю жизнь свою он не может развестись с нею».
– И это все?
– Да.
Мы оба продвигались вперед на ощупь. Хороший допрос построен или на доверии, или на страхе. Я выбрал доверие. Мне нечем было угрожать Рели. С ее точки зрения, самое плохое, что могло с ней произойти, уже произошло. В ней бушевала злость, ужасная, всепоглощающая злость, и мне оставалось только направить ее в нужном направлении. Я налил себе еще узо. Камни, на которых мы сидели, промерзли до белизны.
– Я много лет был полицейским.
– Я знаю.
– Это занятие ничему особенно не учит. Может быть, чуть лучше разбираться в людях. Зато много узнаешь о случайностях. Вор, который «случайно» залез на виллу к миллионеру. Муж, жена которого «случайно» упала ему на нож. Девушка, которую «случайно» изнасиловали как раз в том же месте и в то же время, что ее бойфренд грабил мастерские с бриллиантами.
– Он не мой бойфренд.
Я улыбнулся в темноте. Все когда-нибудь ошибаются. Рели не была исключением. Когда она снова заговорила, в ее голосе зазвучала нотка тупой и усталой покорности.
– Ты ведь никогда не говорил мне, кто ограбил мастерские, правда?
– Да.
– Это был Шай Таль?
– Да.
– Я ничего не понимаю, Джош. С тех пор как ты рассказал мне об ограблении, я все пытаюсь понять, но у меня ничего не получается. Он несколько раз говорил мне, что надо подождать еще немного, а потом он сможет развестись с женой и сбежать со мной. Но между нами все было кончено еще до этого.
– Ты любила его?
– Да.
Все-таки стоило мне попытаться всыпать этому мерзавцу, когда он был у меня.
– И что же произошло?
– Мой отец обо всем узнал. Он говорил со мной. Мы проговорили три дня. Он меня убедил. Я сказала Шаю, что все кончено. Он не стал спорить. Спустя три недели он позвонил и сказал, что нам надо встретиться. Обсудить, что делать с фотографиями. Я спросила с какими. Он сказал, что снимал нас вдвоем. Понимаешь? Вдвоем.
Не обязательно быть Эркюлем Пуаро, чтобы догадаться. Я кивнул.