Ядвига Симанова – Восход памяти (страница 65)

К тому моменту, как Константин окончил рассказ, на него давно уже никто не смотрел. Все взоры обратились на стоявшего поодаль Илью, по-прежнему отстраненного и безразличного ко всему.

– Зачем ему это нужно? – нерешительно спросил Аким. – Он пришел ко мне домой, когда я связал тебя, Марианна, с Марийкой по телефону. Я хотел выполнить просьбу Марийки. Она сказала, где найти Малу. Илья сам вызвался помочь. И помог…

– Помог в чем? – спросил Константин.

Послышался непонятный гул, похожий на далекий шум моря; погас свет, через секунду вспыхнув вновь, но вместо светодиодной ленты на потолке поочередно замигали сотни старомодных лампочек, наподобие елочной гирлянды.

– Собрать Бусинки! – прогремел голос, звучавший одновременно повсюду: из динамиков аппаратуры, от потолка и стен, – звуковая волна распространялась от окон и дверей, объемля замкнутое пространство помещения, вклиниваясь в вибрации самого воздуха.

Голос узнали все, кроме Степы, который никогда раньше его не слыхал. Он принадлежал Илье Вадимовичу Седых, который все еще стоял на том же месте, не меняя позы. И Мала узнала голос. Он не изменился с тех пор, как в ипостаси Грегора отправлял несчастных на смерть.

– Грегор!

В порыве гнева цыганка швырнула в Илью клюкой; соприкоснувшись с целью, клюка рассекла воздух, пролетев дальше, и со звоном приземлилась на напольную плитку. Константин, встав со стула, сделал несколько шагов, подобрал клюку и, пройдя буквально сквозь недвижно стоящего Илью, вернулся на место, деловито заключив:

– Сознание Вихря оставило нам свою проекцию, неуязвимую, разумеется.

Между тем всеобъемлющий голос вновь ворвался в пространство, повторив сказанное:

– Собрать Бусинки! Я помог тебе собрать Бусинки.

Илья вдруг резко повернул голову, устремив на Акима ярко-красные глаза. Только глаза уже не казались воспаленными, они горели алым. Мальчик вздрогнул, поняв, что существо, называвшее себя Ильей, а на деле сознание разрушительного Вихря, обращается к нему.

– Все было ради того, чтобы собрать Бусинки.

– Надо полагать, проекция способна отвечать на вопросы? – Константин поднялся со стула, подойдя вплотную к истукану Илье, тем самым придя на помощь побледневшему от ужаса Акиму.

Илья тут же перевел взгляд на Константина, даже состроил некую имитацию улыбки и лукаво произнес:

– Ну не мог же я оставить вас, дорогих гостей, в неведении. Любопытствуйте!

– Для начала скажи: к чему были все эти стихи, недосказанности, проблемы с речью? – поинтересовался Константин.

– Если бы я напрямую выдал вам то, что собирался вложить в ваши головы, вы бы непременно заподозрили неладное. Нужно было, чтобы вы сами догадались собрать Бусинки. Вы заблуждались насчет цели. Я намеренно, используя мальчика и собственные, как ты изволил выразиться, недосказанности, ведя Марианну дорогой красной нити утерянных воспоминаний, навел вас на ложную мысль о том, что Бусинка, открывшая врата нечисти через Вихрь, способна их закрыть. Это не так. Бусинка не закрывает, а открывает врата. И на этот раз все три ипостаси Бусинки должны были собраться вместе, но не затем, чтобы закрыть врата, а с тем, чтобы, наоборот, открыть их.

– Зачем отворять то, что уже открыто? – спросил Константин.

– Как бы тебе объяснить… Если исходить из аналогии присущих этому миру образов, то врата, что открыла Бусинка, – узенькие воротца, калиточка, куда за многие годы еле смогла протиснуться жалкая кучка трусливых сущностей из недр земли, и то по очереди, по одному. Колдунья Мэв спасала дочь. – Илья недовольно хмыкнул. – Теперь ее почитают за святую. Создала Вихрь — путь спасения от Смерти. Лично я не почитаю это за благо. Как по мне, так лучше быстро сгореть в очищающем пламени Гидры, чем прозябать в страхе – неизменном спутнике вечного марафона бегущих от Смерти душ.

При этих словах старая цыганка заметно напряглась, ее темные пальцы до онемения сжали клюку, побелев на кончиках. Цыганка сдержалась. Оторвала пальцы от клюки, взяла колоду карт и привычным движением принялась ее перетасовывать.

– Так вот, – продолжал Илья, – для замещения, которое готовлю я, недостаточно калиточки. Нужны огромные врата! А для создания огромных врат требуется поистине огромная сила, энергия, мощь. Я, проведя немало времени в вашем мире, обнаружил, что наибольшее количество энергии среднестатистический современный человек направляет в информационное пространство. Это своего рода вторая реальность, источник удовольствий, выплеска эмоций, зарождения идей, своеобразная новая вера. Поэтому, используя сеть, я создал бренд, бунтаря – рэпера МС Рад-Х. Корень – основа всему, вы помните… Сотворенная информационная сущность функционировала за счет энергии почитателей музыканта, направленной в единое русло: восторгаясь или выражая неодобрение, обсуждая, делясь мнениями о вышедшем треке или об очередной выходке рэпера (все это пачками фабриковал ваш покорный слуга), они щедро делились энергией, отдавали часть себя этой сущности, отдавались Вихрю. Для замещения, почву которого я старательно лелеял, наращивая вихревую силу, мало распахнутых врат. То, что ворвется в этом мир, нуждается в движении дальше, расширении и росте. Двигаться дальше должен и Вихрь, для этого ему надо переродиться, вначале завершив свой нынешний жизненный цикл. Этим целям в земных реалиях могли служить коснувшиеся Вихря тела: двадцать два существа из недр земли, прошедшие через Вихрь и успевшие вытеснить людские души в Элизиум, и пятьдесят шесть «счастливчиков», кому предстояло коснуться Вихря здесь, в этом уютном гнездышке, всего – семьдесят восемь. Собранный карточный домик упокоит Вихрь, он же дает ему новое начало, движение вперед. Но не тем несчастным, томящимся на темной стороне Элизиума существам уготовано принять новую жизнь в пятидесяти шести людских телах – напрасно они ждут маршрутку, для них она никогда не придет. Новая жизнь ждет кое-кого посерьезнее.

Марианна с Малой переглянулись. Их глаза отразили единый на двоих страх – они ведали ответ.

– Да, да… – Илья окинул взглядом девушку и старую цыганку, – Могущественную Гидру! От смерти не сбежишь, верно, Бусинка? – И весело подмигнул обеим.

Сердце Марианны сжалось, неисчерпаемое горе разом вылилось в бескрайнее море, где вечная тьма качает душу на волнах забвения, – вот что на самом деле ожидало ее вместо притягивающего мечты белого парусника.

– Откуда взялась цифра 78? – вдруг спросил Константин, оборвав безотрадные мысли девушки.

– О… Ответ на твой вопрос еще сложнее облечь в слова, нежели, повествуя о вратах, проводить приземленную аналогию. Семьдесят восемь карт в колоде Таро, семьдесят восемь образов. Образы Таро, рожденные на заре человечества, есть совокупность символов, составляющих модель мироздания. В символике заключена огромная сила. Каждый коснувшийся Вихря принимает на себя роль, соответствующую определенному аркану, одновременно становясь своего рода сосудом для заключенной в символах силы: почитаемая шувихани, Мала – Верховная Жрица, второй аркан, разлюбезная Марианна, вечная жертва – Повешенный – двенадцатый, еще была третья – сбежавшая шельма, она – Шут, начало и конец, нулевой аркан, он же – двадцать второй. Все вместе они образуют полный набор древних символов жизненного пути.

– Кажется, я начинаю понимать. – Константин резко встал и принялся ходить взад-вперед, то и дело потирая переносицу, как если бы у него спадали очки, которых не было. – Карты Таро… Связь с архетипами Юнга. Я читал об этом. Семьдесят восемь тел… Сосуды… Форма без содержания. Помехи в информационном поле, которые создает Вихрь. Ты превращаешь людей в сосуды, начисто опустошая их память. Вот что делает Вихрь – стирает память, оставляя пустоту, а пустоту заполняет Гидра – это тоже образ, ведь так? Врата в коллективное бессознательное, соприкосновение с архетипами… В образовавшемся вакууме архетип активируется, вызывая компульсивность. Компульсия с приведенным в действие архетипом овладевает человеческой личностью, человек попросту сходит с ума.

Пока Константин говорил, Марианна чувствовала себя участником какого-то научного симпозиума, и сам он, похоже, ощущал себя в схожих обстоятельствах.

– В старину подобные эндогенные заболевания шизофренического спектра принимали за одержимость бесами. Вихрь – механизм тотального сумасшествия! Но в чем твоя выгода от всего этого?

– Я – эмиссар, посол доброй воли, если хотите! – пафосно объявил Илья, сверкнув алыми углями глаз. – Я здесь, чтобы вернуть украденное у Гидры. Вселенная – единый организм, где каждая, самая ничтожная частица несет строго определенную функцию. Если какая-то часть перестает по той или иной причине функционировать, в организме происходит сбой. Мэв подняла Вихрь, открыла врата, спасла дочь. И что в результате? Святая? Открыла путь к спасению? Вовсе нет! Души уходят, Гидра теряет силы. Никто и не задумывается, что Гидра тоже выполняет некую функцию, а не просто сидит в ущелье, пожирая все и вся. В ущелье когда-то было озеро. Когда людские грехи наводнили Земле, и спасу ей не стало от них, мир мертвых переполнили мириады неупокоенных душ убийц, садистов, растлителей и прочих нечестивцев. В мире мертвых они замаливали свои грехи. Молили и плакали… Но не покаяние двигало ими, а пресловутый страх небытия, желание выбраться из заточения. Оттого слезы их горчили ядом, и яд этот просачивался в недра, превращая озеро в ядовитое болото. Ядовитые слезы рождали токсичное море; яд, подобно раскаленной лаве, с каждым приливом отравлял почву, выжженный ядом грунт слой за слоем отравлял сам себя. Наш мир, превращенный в помойную яму для людских грехов, угрожал погибелью всему сущему. И гибель непременно бы настигла нас… Если бы не обитала в тех краях спасительная змея. С достойной поклонения жертвенностью, превозмогая адскую боль, змея принялась поглощать воды озера, принимая весь пропитавший их яд. Змея, наполняясь ядом изнутри, менялась – росла, мутировала, пока не превратилась в девятиглавое чудище. Гидра, вобрав в себя мирской яд, стала той, кто она есть. По сей день она защищает недра от губительной отравы людского горя. Для поддержания ее сил приходится идти на жертвы, тут уж ничего не попишешь. – Илья развел руками. – Таков закон.