Вьюн – Бальтазар (страница 43)

— Еба…ный мудак, чтоб тебя черти драли… — выдохнул он, выбираясь из бетонной паутины трещин и пытаясь сообразить, какой же план может сработать против такого монстра.

Именно в этот момент за его спиной раздался тихий, издевательский смешок. Прежде чем он успел среагировать, его тело пронзила невыносимая боль… несколько копий из чистого света пригвоздили его к асфальту. Туман рассеялся так же внезапно, как и появился, открывая вид на медленно спускающуюся с неба фигуру. Бальтазар. Этот ублюдок каким-то чудом пережил взрыв, даже не испачкав свой идеально выглядящий наряд.

— Кусок дерьма, — процедил Се Ван, пытаясь вырваться, но световые копья сидели глубоко в его плоти, не спеша исчезать, причиняя жгучую боль.

— Ты похож на клопа, которого прикололи булавкой к стене, — раздался самодовольный, бархатный голос.

Се Ван лишь сжал челюсти до хруста, мысленно клянясь, что при первой же возможности сотрет этого гада в порошок. Но следующие слова Бальтазара заставили его усомниться в собственном слухе и рассудке.

— Хочешь ли ты стать моим другом или врагом? — спросил он, как будто предлагал чашку чая.

В первую секунду Се Вану действительно показалось, что он ослышался. Но нет… на лице Бальтазара не было и тени насмешки, лишь холодная, отстраненная серьезность. Подавив первое побуждение выложить в ответ все, что он думает, Се Ван прохрипел сквозь стиснутые зубы:

— Конечно, я хочу стать твоим другом, — он оскалился в улыбке, в которой не было ни капли тепла. — Кто же откажется стать другом такому… замечательному… человеку, как ты? Подойди поближе, пожмем друг другу руки…

Он знал, что это не сработает. Не может сработать.

— Ты станешь первым моим другом. Гордись, Се Ван, — так же серьезно, без тени иронии, прозвучало в ответ.

Парень замер, не веря своим ушам. Он что, абсолютно серьезно⁈ Последующие действия Бальтазара лишь подтвердили эту безумную догадку. Тот спустился на землю, небрежным жестом развеял световые копья и протянул Се Вану руку для рукопожатия.

«Придурок!» — захотелось ему в голос рассмеяться.

Едва сдерживая нервную дрожь и дикое желание либо рассмеяться, либо снова ударить, Се Ван ухватился за этот шанс. Он заглянул прямо в золотые глаза надменному ублюдку, используя свой главный козырь: «Кару». Древнюю магия его мифа, бьющую по самой сути существа. Заклятье сработало, он это почувствовал. Оно не могло не сработать…

Но Бальтазар продолжал стоять, все так же протягивая ему руку. Его лицо не дрогнуло ни на миг.

В полном, оглушающем шоке, не понимая, что вообще происходит, Се Ван машинально ухватился за протянутую ладонь и позволил помочь себе подняться. Рыцарь света поднял его, как равного. Рваные раны на его теле стремительно затягивались, но настоящий ужас охватил его, когда он посмотрел в лицо своему… «другу»? Его магия, «Кара», призванная обнажать внутреннюю тьму и поражать душу, будто вовсе не подействовала, но это было невозможно.

И в этот миг в его сознании, с леденящей душу ясностью, пронеслась единственная мысль, полная отчаяния и страха: «Что это за монстр⁈ Как он смог защититься от столь древней и могущественной магии⁈ Монстр!!!»

Глава 23

Глава двадцать третья. Почти как дома.

Столик в углу тихой кофейни стал нашим импровизированным штабом после возвращения с Теневых Троп. Воздух пах дорогими зернами и сладкой выпечкой, столь чуждой после запаха гари и расплавленного асфальта. Я откинулся на спинку стула, наблюдая за своей новой… компанией.

Се Ван уселся в самом дальнем углу, вцепившись пальцами в белый фарфор чашки, словно это была шея врага. Его желтый плащ, вернее, его обугленные остатки, остались там на теневых тропах. Теперь на нем была лишь простая белая рубашка, и она делала его почти обычным. Его взгляд, тяжелый и налитый свинцовой неприязнью, бурил дыру в стене где-то позади меня. Казалось, он мысленно переигрывал каждый момент нашей схватки, желая свернуть мне шею. Как мило с его стороны продолжать думать обо мне даже сейчас.

Сонми напротив устроилась поближе ко мне, усевшись на краешке стула. Её поза была скованной, а взгляд настороженным. Она переводила глаза с моёго невозмутимого лица на хмурую фигуру Се Вана и обратно, словно пыталась разгадать головоломку, в которой все детали были от разных наборов. Её пальцы нервно теребили подаренный мной браслет, и я видел, как она сжимает губы, прежде чем нарушить тягостное молчание.

— Люциус, — наконец произнесла она, и её голос прозвучал тише обычного. — Ты не считаешь нужным объяснить, что… он делает здесь с нами? После всего, что произошло?

Тепло улыбнувшись ей, я сделал медленный глоток своего зеленого чая, наслаждаясь её смятением.

— Всё произошедшее было не более чем… нашим бурным знакомством, — качаю головой, ставя чашку на блюдце с тихим звоном. — А теперь позволь мне представить. Сонми — это Се Ван, мой новый друг. Се Ван — это Сонми, мой злейший враг. Отныне мы будем иногда проводить время вместе…

Сонми застыла с широко раскрытыми глазами. Её взгляд метнулся к Се Вану, который лишь сдержанно фыркнул, не удостоив её даже взгляда.

— Новый друг? — прошептала она. — Люциус, он… он напал на тебя! Он военный маг! Он…

— Я доказал ему, что сильней, — мягко прерваю её. — И пока так будет продолжаться, Се Ван будет мои другом, хочет он того или нет.

Се Ван наконец оторвал взгляд от стены. Его горящие угли глаз упёрлись в меня, и в них читалась такая концентрация ненависти, что, кажется, могла бы расплавить даже сталь. Мне понравился этот взгляд, будто мы одна большая любящая семья, так на меня смотрела лишь родня. Парень так напоминал своим поведением фамильных приведений, что я невольно подумал, не было ли среди его предков кого-то из Бальтазар?

— Ты сумасшедший, — проскрежетал он.

— Возможно, — невозмутимо отвечаю. — Но это не отменяет того факта, что ты проиграл. Пока ты меня не победишь, ты будешь улыбаться, приходить на встречи и в целом… — с ухмылкой на него посмотрев: — Мне нужен ДРУГ на котором я бы мог испытать свою магию, не опасаясь, что он случайно умрет. НО… — позволяю на своем лице появиться усмешке, — ты должен знать, что быть моим другом может быть крайне опасно, мои враги будут крайне могущественны, тебе придется приложить немало сил, чтобы просто выжить, друг мой.

Сонми смотрела на нас, будто мы говорили на разных языках. Скептицизм и тревога боролись на её лице.

— Я не понимаю, что ты задумал, Люциус, — сказала она, и в её голосе зазвучала усталость. — Иметь подобных «друзей» крайне опасно.

Задумчиво кивнув, я про себя подумал, что плохо представляю, что такое настоящая дружба. Но взгляд Се Вана был наполнен эмоциями, я видел, что не безразличен ему. Это было так привычно, что, когда он согласился на мою дружбу, я ощутил, что все так и должно быть. Да, именно такие друзья и нужны потомку Бальтазар. Сильные, яростные, безжалостные. Едва ли мой путь будет прост, рядом со мной нет и не будет места слабакам. Так что своего первого друга я выбрал из той мысли, что его не убьют на следующий день. Было бы проблемно делать свою новую связь с человеком, который так быстро умрет.

В свою очередь Сонми также не была так проста, как, возможно, думала сама. Мой злейший враг был отмечен Мэри Стрентон, смог одолеть свой страх, полностью его поборов, чего не смог сделать даже я сам. Воистину она заслуживает моего внимания, к тому же… она довольно мила. Я не был уверен, можно любить друзей, но восхищаться врагами меня научила сама жизнь.

— Ты права, — киваю Сонми, немного высокомерно задрав подбородок. — Иметь таких друзей, как я, может быть крайне опасно, именно поэтому Се Ван подходит идеально. Он живуч, как таракан, плюс посмотри на него, — киваю на парня. — Его эмоции читаются, словно открытая книга. Он не привык врать, ненавидит подковерные игры. Не стоит ожидать от него яда или подковерной интриги, — я повернулся к Се Вану, поймав его ледяной взгляд. — Не правда ли, друг мой?

В ответ он лишь отвернулся, всем своим видом демонстрируя глухую стену неприятия. Но я-то знал, что стены бывают не только у крепостей, но и сердец. Иногда они становятся частью крепкого фундамента. И я был готов подождать, дать время этой связи укрепиться. Да и к тому же… я так соскучился по взглядами, полными ненависти, что чувствую себя без них некомфортно. Впервые за прошедших три дня, уже даже отчасти четыре, я ощутил себя в своей тарелке. Мне не хватало такого друга, как Се Ван, и то, что он сам меня нашел, было большой удачей.

Так что отпив еще чаю, я искренне улыбнулся своему злейшему врагу и первому другу. Я впервые за эти дни ощутил себя в Сеуле, почти как… дома. Единственное, чего мне ещё не хватает, это ежедневных попыток убить меня…

Затянутый красным деревом стол в правительственном кабинете напоминал ей гробницу: памятник уже давно минувшему прошлому. Мэри сидела во главе, откинувшись на спинку кресла, её пальцы неторопливо барабанили по полированной поверхности. Краем уха она ловила препирательства тучного чиновника, чей голос дрожал от напряжения. Мужчина, обливаясь потом и смахивая платком струйки с лба, что-то яростно доказывал. Ему приказали задержать ведьму, и он, как верный пёс, выполнял приказ, даже понимая, что лезет в пасть к монстру.