Вячеслав Уточкин – Князь Медведев. Слово рода (страница 11)

Алёна разорвала зрительный контакт и тихо, почти шёпотом, выдала:

— Я не знаю, что делать.

— В маготехнике есть одно хорошее правило. Если механизм работает, не суйся в него. Забарахлит — тогда разбирай и ремонтируй. Отпусти ситуацию, Алёна. Время всё расставит по своим местам.

— Как у тебя всё просто, — поморщилась девушка. — Ладно, решим этот вопрос у Стелы. Раз она не обнулила мою клятву, значит, ты — князь Медведев. И пока остановимся на этом.

Я же, видя, что тема ей неприятна, решил перевести разговор в другое русло и поинтересовался:

— Что удалось выяснить по последнему трупу?

— Представляешь, это был заслуженный учитель Российской Империи, — выпалила Алёна на одном дыхании.

— Однако ж, крутые у вас учителя, — покачал головой я. — В свободное от уроков время киллерами подрабатывают. Да ещё внешность, как носки, меняют.

— У Гильдии Образования профильные способности школы Иллюзий. Они на неё энергию почти не тратят. Им это здорово в работе помогает.

— Да уж, — поёжился я, вспомнив холодные глаза лже-Арнольда, — я заметил.

Перезвон колокольчиков прервал наш разговор. Алена достала переговорник и, прислонив его к уху, бросила короткое: «Слушаю».

Через несколько минут кивнула и отчётливо произнесла:

— Так точно, сейчас буду.

Убрав устройство, устало порекомендовала:

— Ты пока здесь обживайся и передохни. Если нужна информация… Как пользоваться поисковиком, ты уже знаешь. Надеюсь, скоро освобожусь.

Она вышла, плотно закрыв за собой дверь в коридор. Умом я понимал: информация нужна срочно. Однако плоть человека слаба. Тело требовало отдыха, а вся кровь вместо головы прилила к желудку. Мысли путались.

Вспомнилась любимая поговорка Нади, когда я, увлекшись сложной задачей, забывал об отдыхе и сне: «Если голова уже не варит, ляг поспи, утро вечера мудреней».

Мягкий диван в комнате отдыха принял меня в свои объятия как родного.

Не знаю, сколько времени я провёл в умиротворяющей темноте, но в какой-то момент перед моим внутренним взором появился… светлячок. Его танец-полёт мгновенно раскрасил мой сон волшебными красками.

И это было прекрасно.

Это была не случайность, это была настоящая магия.

И когда за спиной раздался мелодичный перезвон чарующего женского голоса, я и не подумал удивляться. К тому же внутри сразу же появилось понимание, что оборачиваться — нельзя.

— Зачем ты здесь? — прошептала невидимая девушка.

— Любуюсь красотой, — абсолютно честно ответил я.

— Чего просишь ты?

В памяти всплыла одна из любимых фразочек Нади, и я, не задумываясь, ответил:

— Хороших полезных снов.

— Пусть будет так…

Светлячок погас, и умиротворяющая темнота, мигнув, сменилась любопытной картинкой…

Я с удивлением понял, что вижу идущего по коридору больницы Петра. И не просто вижу, но и… слышу его мысли?

«… с его владениями, и наконец расконсервировать усадьбу. Хорошая, даже отличная новость! Но всё портит исчезнувший артефакт Справедливости, служащий аккумулятором для всего рода… Дядю не жаль, тем ещё самовлюбленным мерзавцем был, а вот потеря артефакта — серьёзная проблема…».

Во внутреннем кармане Петра едва слышно завибрировал переговорник.

Он вздрогнул и, негромко выругавшись, достал девайс.

Настроение, как и всегда при виде переговорника, чуть поднялось. В России только пять человек имели такой крутой аппарат.

«Не зря лимонникам огромную сумму отвалил. Зато теперь, стоит его достать, все вокруг зеленеют от зависти!»

Мазнув пальцем по экрану, принял звонок и недовольно буркнул:

— Чего хотел?

С той стороны раздался неизменно раздражающий голос двоюродного брата:

— Я слышал, папа приказал долго жить. Надеюсь, тебе удалось выяснить все подробности.

— Да пошел ты… — скривился Пётр.

Он хотел было отключить разговорник, но следующая фраза заставила Петра изменить решение:

— Да я-то пойду. Но если ты не найдёшь флешку и артефакт, то пойдём вместе. Проколы закрывать.

Следом раздались короткие гудки, а экран переговорника потемнел, сигнализируя об окончании разговора.

— Да пошли вы все, — проворчал Пётр, сворачивая к камерам хранения.

Больница находилась под патронажем их рода, и он без проблем забрал оттуда пакет с вещами Медведева.

Затем, зло улыбнувшись, связался с модным модельным домом и заказал экстравагантный наряд, определив размер по биркам на лохмотьях нулёвки Михаила.

Выйдя на парковку, набрал следующий номер.

— Я вас внимательно слушаю, — раздался приятный голос из динамика.

— Вас всё ещё интересуют документы, исчезнувшие из хранилища вашей гильдии? — задал вопрос Пётр.

— Да.

— Один человек чересчур долго жив. Решите этот вопрос.

— Вы очень смелый молодой человек. Все шантажисты крайне плохо заканчивали.

— Это не шантаж. Просто сделка.

— Тогда не забудьте заплатить по нашим расценкам.

— Оплата будет передана вместе с документами.

Несколько минут молчания растянулись для Петра в часы. Он сильно рисковал, связываясь с этой организацией наёмных убийц.

— Хорошо, — наконец прозвучал ответ. — Высылайте данные на клиента. Документы должны быть сегодня в ячейке камеры хранения под номером двадцать два на Казанском вокзале. Код пришлёте на этот номер.

Пётр убрал переговорник в карман. Вытер вспотевшие руки шёлковым платком и выкинул его в урну. Сев за руль двухдверного красного родстера «Феррари Серджио», сделал несколько глубоких вдохов и завёл движок.

Повергнув в шок все камеры слежения, Пётр добрался до Казанского вокзала без единого нарушения ПДД.

Дверь кабинета хлопнула, и я проснулся.

Яркое сновидение чётко отпечаталось в памяти, заставляя задаваться вопросом — что это было? Я уселся на диван, ожидая Алёну. Прождал несколько минут, но она не появилась…

Отложив мысли о странном сне в сторону, я вышел в кабинет.

Ну почему в этом мире так часто хочется материться?

Алёна сидела за своим столом. Бледная, с закрытыми глазами, приставив к виску небольшой пистолет.

— Похоже, я не вовремя, — негромко произнёс я, опасаясь, что любой громкий звук может стать триггером для выстрела. — Зайду попозже.