Вячеслав Уточкин – Князь Медведев. Сила рода (страница 26)
Я закинул руки за голову и начал обдумывать варианты мести поэту, создавшему это произведение. После чашечки кофе в компании Лён кровожадные мысли покинули меня.
На поднятии флага Гнедич, подменивший Ордынскую, почти час нудно рассказывал, в какую замечательную Академию нам посчастливилось поступить. После завтрака наш курс усадили в микрики и отпустили на волю.
Семьдесят километров до Выборга преодолели за пятьдесят минут. Доброжелательная девушка на ресепшн выдала ключ-карту от номера «люкс». Лён поселилась в соседнем. Пока ждал её оформления, подошел к барной стойке. Там две молоденьких девчушки чародействовали с зёрнами кофе. Одна с улыбкой спросила:
— Вам просто кофе?
— А что, есть варианты?
— Какой результат желаете получить, господин?
— Заряд бодрости и энергии. Иначе боюсь не вылезти из номера за все четыре дня.
Девушка достала ручную мельницу и засыпала горсть зёрен. Напевая, начала вращать ручку:
— Кручу-верчу, всю усталость перетру. Всё дурное в пыль сотру, из твоей жизни уберу.
Аккуратно пересыпала полученный порошок в турку. Поставила в жаровню на горячий песок. Словно из ниоткуда, появилась на стойке пиала, расписанная голубыми рунами. Туда упали три кусочка тростникового сахара, специи и перетёртая кашица с лимонным запахом.
Девчушка в грациозном «па» подхватила со стойки за спиной полупустую коньячную бутылку. Щедро плеснула в пиалу и сложила пальцы в мудру огня. Состав покрылся язычками голубого пламени.
Выхватив закипевшую турку, наполовину заполнила фарфоровую чашку, расписанную драконами. Крутанув на пальце серебряное ситечко, безбоязненно ухватила пылающую пиалу. Жидкий огонь, проходя сквозь мелкие ячейки, заполнил чашку до краёв, заставив почти чёрный напиток засветиться потусторонним светом.
Пока я, как заворожённый, наблюдал за этой процедурой, подошла освободившаяся Лён.
— Ну ты, братец, гурман или выпендрёжник. Заказать «Венского чернокнижника» — это за гранью. Никаких денег не хватит, — воскликнула она.
Я сделал маленький глоток волшебного напитка. Усталость, накопленная за последнее время, покинула тело. Энергия заполнила каждую клеточку моего организма. Не обращая внимания на недовольно пыхтевшую Лён, я достал платиновую карточку, полученную на «сдачу» от Харченко, и приложил к идентификатору.
До этого видел, как один постоялец отеля расплачивался так за выпитый каппучино.
— Хочешь, тебе тоже закажу? — предложил я Лён.
Она в сердцах махнула рукой, подхватила чемодан и ушла к лифтам. Вот спрашивается — зачем на четыре дня ей целый чемодан?
Пока я допивал «Венского чернокнижника», ко мне подошел баронет Барбулис.
— Прошу прощения, хотел обратиться с просьбой. Все номера «люкс» заняты, — смущённо начал он и замолчал.
— Ну и? — поторопил я его.
— У меня сегодня невеста приезжает. Не хотелось бы встречаться с ней в «стандарте». Князь, войдите в положение, давайте поменяемся на два дня номерами. Моя благодарность не будет знать границ… в пределах разумного.
Я подумал, что мне пригодится лояльный сокурсник. Да и помню себя в его возрасте.
— Да какие счёты между студентами одного курса? — сказал я.
Достал карту-ключ и обменял на похожую у барона. Тот, радостный, ускакал наверх.
Энергия во мне бурлила, и я решил прогуляться по городу, тем более, до встречи с Кэт было полно времени. Обратился к девушке, создавшей такой прекрасный напиток:
— Сколько времени ваш кофе сохраняет свои свойства?
— В течение суток в специальном термосе.
— Тогда мне ещё одну порцию с собой, — попросил я, прикидывая, что ночь предстоит беспокойная. Две порции обошлись мне в десять тысяч рублей. Для моих финансов это мелочь. Тут я вспомнил про свою названную сестричку, и с каким укором она смотрела на мои траты. Наверняка для неё это были огромные деньги.
На ресепшн узнал, где можно провести операции по безналичным переводам. Оказалось, в отеле находится филиал Центрального Имперского Банка. Вызвал Лён по переговорнику. Убедил упрямую сестрёнку принять деньги. Это стоило мне кучу нервов. В город вырвался только через час.
Бесцельно гуляя по улочкам города, зашёл в маленький домашний ресторанчик на четыре столика. Сейчас они были пусты.
Выбрал место возле окна витрины. В зал вошла седенькая старушка в явно традиционной национальной одежде — белая рубашка с кружевными манжетами, красная жилетка, шерстяная юбка в пол, косынка, завязанная хитрым узлом на затылке. Чем ближе она подходила, тем больше её доброжелательная улыбка менялась на злобный оскал.
— Вон! Вон! Пошел вон, убийца!!! — завизжала вдруг старушка.
На её вопли из неприкрытой двери выскочили две молоденькие фурии, одетые в том же стиле. Бабуля, неприлично тыкая в мою сторону, заголосила:
— Убейте! Убейте!
Глава 11
Тайво
Девчушки хаотично замахали руками и выдали скороговорку:
— Цапля чахла, цапля сохла, цапля сдохла.
В глазах потемнело, мысли стали путанными, по ощущениям — я брёл куда-то в темноте. Очнулся, лёжа на холодном камне пирса. Прислонившись к металлической тумбе, принял сидячее положение. Солнце давно перевалило за вторую половину дня. На горизонте портовые краны разгружали контейнеры с широкой баржи. Вокруг не наблюдалось ни одной живой души. Только серые коробки зданий без окон стояли мрачными рядами в поле моего зрения.
Сидевшая напротив здоровенная крыса внимательно вглядывалась в меня.
«Ты решил все проклятия собрать?» — ворвалась в голову чужая мысль.
«Пошла на…» — сформулировал я ответ.
«А почему 'пошла?» — возмутился голос.
«Потому что крыса-а-а-а-а…»
«Я не понял, ты чего обзываешься?»
Во время этой фразы крыса, поняв, что ей ничего не обломится, гордо удалилась за мусорную кучу. Я громко подумал, что слуховые галлюцинации — предвестники шизофрении.
«Мишенька, это я, Потапыч», — голос стал ласковым, как при разговоре с психом.
Тут словно туманную плёнку сдернули с моих воспоминаний. Правда, они прерывались на том моменте, где две вредные девушки бормочут речитатив.
«Потапыч, как я здесь оказался?» — интересуюсь я у своего фамильяра.
«Это было проклятие полного забвения. Но ты уже побывал под ним. И организм выработал иммунитет. Вместо распада тебя начало глючить. Ведьмочки после его применения потеряли сознание. А старая карга не сумела догнать тебя, когда ты вышел через витрину. Зато побочный эффект потрясающий, — с энтузиазмом вещал Потапыч. — Теперь при минимальных затратах энергии в твоих каналах я могу видеть всё, что видишь ты. И общаться, пока…».
Его речь прервалась. Я почувствовал ещё большее истощение. Перед глазами мелькали светящиеся мушки. Достал из инвентаря термос с кофе и сделал пару глотков. Организм более-менее пришёл в норму.
Убрал обратно термос. Чувствую, он мне ещё пригодится.
Время на переговорнике — семнадцать тридцать одна. Надо срочно выбираться. К сожалению, вспомнил, что забыл вбить навигатор по Выборгу. Решил поискать местных аборигенов.
Пройдя в сторону серых зданий, на пороге слышимости уловил богатую на непечатные выражения критику. Используя эти звуки, как путеводную нить, забрёл в тупик. Там два здоровенных детины в матросской форме пытались взять на нож паренька моего нынешнего возраста. Тот ловко отмахивался металлическим прутом.
Кашлянув пару раз, я привлёк их внимание:
— Господа, не подскажете, как пройти в библиотеку Алваро Аалто?
Нервные они какие-то. Все трое заорали, потрясая своим оружием:
— Не подходи, убьём!
Я на всякий случай достал из инвентаря пистолет и посетовал:
— Ребята, вы чего такие неприветливые?
Они переглянулись и бросили оружие на землю. Туда же полетели деньги из карманов и разная бижутерия.
С удивлением я смотрел на этот перформанс, приподняв левую бровь. Один из матросов просипел: