Вячеслав Уточкин – Князь Медведев. Сила рода (страница 15)
В восемь сорок пять я вошёл в конференц-зал. Роскошный интерьер. Особенно по сравнению со столовой. Высоченные потолки. Витражные окна. Плюш анатомически удобных кресел и широкие проходы создавали неповторимую атмосферу уюта и комфорта.
Прямо у входа рядом со сценой стояла знакомая группа мещан. Кивнув им, я оглядел зал. На первом ряду на двадцать посадочных мест расположились девять аристократов. Мышин махнул мне рукой, показывая на место рядом с собой. Я отрицательно качнул головой и повернулся к переминавшимся в смущении мещанам.
— Пошли за мной, — негромко скомандовал я.
Мы расположились на третьем ряду. Сразу за нами в зал стали подходить остальные мещане и в растерянности замирали у входа.
Щупленький паренёк в круглых очочках занял крайнее место в первом ряду. Повернув к нему голову, Сева из рода Стужевых тихо процедил:
— Не наглей, не люблю.
Акустика у зала была прекрасной, так что все услышали его слова. Паренек вскочил и пулей убежал на самый дальний верхний ряд. Там же расположились остальные абитуриенты-мещане.
Всю стену перед нами занимал огромный экран. В правом нижнем углу этого колосса мелькали цифры.
В восемь пятьдесят восемь в зал вошла ректор Ольга Субудаевна. Ровно в девять она стояла на кафедре, возникшей перед ней.
— Господа и дамы! Я рада приветствовать вас в стенах Академии имени Бориса Годунова.
Я морально приготовился выслушать длинную нудную речь о восхвалении этого учебного заведения и его преподавателя. Каждый год мне приходилось так же выступать самому и выслушивать других. Но вместе всего этого прозвучало:
— Сегодня вы познакомитесь с кураторами. Завтра они вам проведут экскурсию в стабильный прокол. Желающие отчислиться после этого не получат штрафных санкций. К Стеле пойдёте послезавтра. После этого в течение полугода покинуть стены нашей Академии можно двумя способами: вперёд ногами или с волчьим билетом.
Она обвела нас тяжёлым взглядом, вызывающим легкий озноб.
В который раз слышу про волчий билет и не понимаю, чем это конкретно грозит. Надо будет поинтересоваться у Лён.
Меж тем ректор продолжила.
— Сейчас на экране будут появляться блоки фамилий. Названные абитуриенты в течение пяти минут покидают конференц-зал. На выходе их будет ждать куратор. Именно он сообщит всю остальную информацию и ответит на вопросы. Благодарю за внимание.
Ректор, словно на плацу, сделала разворот и покинула зал.
На экране высветилось одиннадцать фамилий. Встали сидящий в первом ряду граф Сева Стужев и десять мещан с последних рядов.
Они покинули зал. Через пять минут высветился следующий блок. Спустя полчаса на экране наконец высветилась и моя фамилия. Одновременно со мной поднялись девять парней с моего ряда. А с верхнего, торопясь так, что чуть не упал, прибежал тощий очкарик, нарушивший правила первого ряда.
За дверьми нас поджидала Кэт. Меня искренне порадовало, что нашим куратором стала именно она.
— Следуйте за мной, — подмигнув мне, скомандовала Кэт.
Наша группа гуськом отправилась за ней на второй этаж. Картинка «Мама-утка ведёт свой выводок на первую прогулку» встала перед глазами. Чуть не расхохотался, когда идущий последним тощий очкарик по имени Арнольд, засмотревшись на красоты, ушёл в параллельный коридор. Точно картинка из прошлой жизни.
Кэт возмущенно крякнула:
— Куда⁈
И быстро перенаправила его в другую сторону, ухватив за шкирку.
Вошли в кабинет под номером одиннадцать. Нас встретил висевший напротив двери ростовой портрет квадратного мужика с седой бородой до пупа. Одной рукой он опирался на стол с алхимической посудой, а в другой держал колбу с искрящейся жидкостью.
Наша группа с любопытством рассматривала портрет. Голос Кэт вывел всех из созерцательного состояния.
— Это знаменитый алхимик Мелдер. Он создал таблицу наиболее часто встречающихся элементов из проколов. Это стало важнейшей вехой в развитии алхимии как науки. Мелдер утверждал, что она ему приснилась. В этой аудитории вы будете изучать основы алхимии. Теперь прошу занять места.
Она махнула в сторону расставленных полукругом столов и стульев. Сама прошла за кафедру на небольшом подиуме.
— Первым делом представлюсь. Я — ваш куратор на ближайшие полгода. Ордынская Екатерина Олеговна.
Арнольд, мелкое недоразумение в очках, словно школьник, поднял руку.
— Да, я слушаю, — произнесла Кэт.
— Вы родственница ректора Академии? — пискнуло это чудо в перьях.
При этом, поняв, что допустил крутую бестактность, он покраснел и, кажется, начал сползать под стол.
Катерина, поморщившись, ответила:
— Да, я её дочь, — и с усмешкой добавила:
— И да, я не замужем. Но давайте оставим подобные вопросы и перейдём к более важным.
Она всё больше напоминала своим характером мою жену Надю.
— Завтра моя восьмёрка проведёт для вас ознакомительную экскурсию в разлом.
Арнольд снова поднял руку. Кэт озадаченно взглянула на этого субъекта и настороженно произнесла:
— Ну и какой вопрос созрел у тебя в голове на этот раз?
— А поч-чему в-восьмёрка, а н-не дес-сятка? — заикаясь, проблеял Арнольд.
— Хороший вопрос. Даже удивительно услышать его от тебя.
Арнольд стал краснее спелого помидора.
— Завтра отсеются не готовые убивать и быть убитыми, — продолжила Катерина. — Потом у Стелы умрут те, кого она не примет. Проколы соберут свою жатву. Обычно считается замечательным результатом, если через полгода остается пятьдесят процентов от первоначального состава. Так что мне с командой очень повезло.
Все ушли глубоко в свои мысли.
— Прошу внимания! — постучала по микрофону Катерина. — На следующий день после экскурсии мы идём к Стеле. И, если хотите остаться живыми, вы должны помнить три правила.
Она нажала на встроенный в кафедру интерактивный экран. За спиной девушки развернулась трёхмерная иллюзия-презентация. Крупные буквы пульсировали красным цветом:
Похоже, все, кроме меня, были знакомы с этой аксиомой. Пока я осмысливал прочитанное, Катерина продолжила вводную лекцию. Мы посмотрели краткий фильм по истории Академии. Потом она показала план застройки и дала пояснения, где что находится. Заметила мой отсутствующий взгляд.
— Михаил, ты не боишься заплутать в нашем лабиринте?
— Ни в коем разе. Мне Семён Семёныч на переговорник закачал всю нужную информацию.
— Это как ты сумел развести нашего ветерана на такой подарок?
— Почему это «развести»? Просто он сразу понял, что я замечательный человек. И решил во всём мне помогать.
Катерина с сомнением окинула меня взглядом. Следующая тема лекции, по моим понятиям, была очень важной. Нам продемонстрировали изображения преподавателей, дали краткие характеристики их особенностей и требований к студентам.
Работая в прошлом мире ректором, я упустил столь важный момент, ведь насколько было бы проще учиться студентам, получившим официально подготовленную справку по каждому учителю, а не раздутые сплетни.
Через четыре часа, когда некоторые товарищи из моего отряда начали беспокойно ёрзать на стуле и поглядывать на дверь, Екатерина закончила свою презентацию и, выйдя в коридор, отпустила беспокойных абитуриентов в туалет.
Собравшись вместе, мы начали спускаться по мраморной лестнице с вычурными пилястрами. На первом этаже я обратил внимание, что суетной Арнольд куда-то пропал. Решил его поискать от греха подальше.
На втором этаже из туалета доносилась ненормативная лексика. Я поспешил на шум, тихо вошёл. Ко мне спиной стоял элегантно одетый джентльмен. Возле его ног валялся скрюченный Арнольд. Этот нехороший джентльмен охаживал его тростью и при этом мерзко выражался.
Я включил переговорник на запись, аккуратно похлопал негодника по плечу и сказал:
— Ну, здравствуйте. Я требую прекратить избиение моего одногруппника.
Дядя развернулся и с ходу попытался нанести удар мне. Перехватив его руку, я с лёгкостью отобрал трость. Всё-таки хорошо, что в своё время я усилил мышечный каркас.
Успел заметить бляху с книгой, в которую была впечатана цифра два. В этот момент вместо прилизанного щеголя передо мной оказался бугрящийся мышцами тролль.