Вячеслав Туркменский – Байки зампотеха (страница 6)

Подошел начальник штаба, увидел нас живыми, осмотрел БТР, распорядился начальнику медицинской службы и начальнику автомобильной службы полка оказать нам помощь, а сам повел колонну дальше выполнять поставленную задачу.

Медик сказал, что вероятно у Никонова поломана рука и у него сотрясение головы, а мне надо сделать рентген ребер и кисти руки. Я чувствовал свою вину и от госпитализации отказался. Никонова же, начмед отправил на санитарной машине в наш военный госпиталь в городе Дечин. Диагноз нашего полкового врача в отношении Никонова там полностью подтвердили.

Что касается бронетранспортера, то начальнику автомобильной службы удалось спустить вниз ремонтную летучку и с ее помощью поставить БТР на колеса. На нем были поломаны только две антенны. Я сел за руль и выехал на нем на дорогу, а затем довел машину до запасного района.

Позже я все же сделал рентген: с ребрами было все нормально (просто ушиб) а на правой кисти руки все же был сломан один палец. После учений я получил большую «выволочку» от командира полка, но о том, что мы пересаживались Никонов ни кому не сказал. Таким образом, он показал себя Большим Джентльменом, за что я его сильно зауважал.

Из всего выше изложенного я на всю жизнь сделал вывод:

РЕБЯТА, НЕ МЕНЯЙТЕ ВОДИТЕЛЯ ВО ВРЕМЯ ДВИЖЕНИЯ!

ОПЕРАЦИЯ «КОНОТОП»

В шикарном старинном замке уютного чешского городка, с комфортом разместился советский зенитно-артиллерийский полк. Со своими 57мм пушками, он нес боевое дежурство и занимался прочей своей плановой боевой деятельностью-попивал пивко и находился в хороших отношениях с местным населением,

Но жизнь шла своим чередом, ПВО развивалось и настало время этому весьма боевому полку перевооружиться. Поменять технику на новейший комплекс «Куб» (по классификации НАТО – «Выгодный») и стать современным зенитно-ракетным полком.

При этом надо было укомплектоваться по новым штатам, переучиться на новую технику, получить её, провести стрельбы и самое «печальное» – сменить место дислокации.

И вот, согласно «задумок» Генерального Штаба, в августе 1972 года покинув в Чехии это «обжитое и насиженное» место боевые подразделения полка убыли в учебный центр ПВО, который находился в городе Кунгур Пермской области.

Здесь планировалось в течение 3-х месяцев пройти переучивание, а затем убыть на полигон для получения техники и проведения стрельб. А оставшиеся в Чехословакии подразделения полка за это время должны были в глубоком лесу отстроить новый военный городок, перевести туда всю оставшуюся технику, имущество и семьи военнослужащих, а затем оборудовать позиции для несения боевого дежурства.

Но в это время шла война. Не волнуйтесь, воевали не мы, воевали извечные враги: арабы и израильтяне. Советский Союз подключился к войне чуточку позже, «по привычке» встал на сторону арабов и с целью повышения эффективности их ПВО стал поставлять в Египет и в Сирию зенитно-ракетные комплексы «Квадрат» (экспортный вариант нашего комплекса «Куб»).

Вскоре в Египет были направлены и советские зенитно-ракетные части вооруженные этим комплексом. А так, как в 1972-1973 годах боевые действия резко активизировались, то и наши заводы стали работать на пределе своих производственных возможностей и «гнать» технику в основном на экспорт.

В этих условиях нашему Главнокомандованию было не до полка, находившегося в Кунгурском учебном центре так, как техники пока для него не было, а что бы полку не было скучно ему повторно устроили учебный процесс.

Но политическая обстановка «дама капризная» и по настоянию президента Египта Анвара Садата вскоре одна из советских бригад «Квадрат» была выведена из Египта и тогда чья-то «умная голова» в Генштабе вспомнила о забытом в Кунгуре полке из Чехословакии и предложила передать ему эту потрепанную в Асуане технику. Местом передачи определили – полигон Яворов (подо Львовом).

Видимо эта мысль в нашем Генштабе «зародилась» весьма внезапно потому, что и обогащенный новыми знаниями полк тоже внезапно подняли по тревоге, большую часть его личного состава «запихали» в обычный пассажирский поезд и отправили в сторону Львова. Причем бойцов срочной службы разместили в общих вагонах, а офицеров и прапорщиков распределили по всему поезду на свободные плацкартные и купейные места.

На радостях, что «до чертиков» надоевшая всем учеба наконец-то завершилась, офицеры и прапорщики полка смешались с гражданскими пассажирами образуя множество компаний, которые стали чисто «по-русски» отмечать столь знаменательное событие.

Но советский Генштаб не дремал. Нашлась другая не менее «умная голова», которая решила, что негоже славный полк, которому предстояло нести боевое дежурство в Центральной группе войск, вооружать «покуроченной» на Ближнем Востоке техникой, да еще в экспортном исполнении.

Поэтому в 2 часа ночи поступила новая директива: «Полку выгрузится на станции Конотоп Сумской области и вернуться обратно в Кунгур». Командиру полка такой «мудрый» приказ довели минут за 20 до прибытия поезда на эту легендарную станцию. По всему поезду забегали посыльные, разыскивая по всем вагонам офицеров и прапорщиков. Те, кого удалось найти торопливо стали одеваться и собирать свою амуницию.

В вагонах поднялся большой переполох, весь гражданский люд проснулся и не понимал происходящего (впрочем, большинство военных – то же).

Прибыли на станцию Конотоп. Видимо предупрежденный заранее местный военный железнодорожный комендант организовал оцепление вокзала силами ближайшей воинской части, что еще больше придало колорита всему происходящему.

С солдатами и сержантами срочной службы было проще, они схватили свои нехитрые пожитки и вполне благополучно «вывалились» из вагонов. Но с офицерами и прапорщиками дело обстояло «похуже», да еще требовалось выгрузить кое-какое полковое имущество и документацию, поэтому поезд, у которого на этой станции по расписанию предполагалась 5-минутная остановка, был задержан на целый час.

Ошарашенный и полуодетый личный состав полка со всеми своими «потрохами» построился на перроне вокзала. Это было «потрясающее» зрелище, такого «строевого смотра» еще никогда не было. Начали проверку имущества (здесь было сравнительно все нормально), сделали перекличку и выявили отсутствующих. Оказалось, что с десяток офицеров и прапорщиков все же проехали Конотоп и они потом еще в течение нескольких дней догоняли полк.

Надо отдать должное командиру полка, он в течение кратчайшего времени привел полк в «порядок» и четко организовал погрузку в уже поджидавшие «персональные» вагоны, которые прицепляли к попутным поездам в обратном направлении, до самого Кунгура.

Вернувшийся в Кунгурский учебный центр полк в третий раз «засадили» за учебу.

Впоследствии, этот эксперимент Генерального штаба с «суматошным» и бестолковым совершением марша железнодорожным транспортом вошло в историю полка под ироничным названием – «Операция «Конотоп». Но на этом приключения полка не окончились.

ДИАРЕЙНЫЙ ЭШЕЛОН

Наконец в феврале 1973 года полк вырвался из надоевшего Кунгура и убыл на государственный полигон Эмба (Казахстан) для получения техники и проведении стрельб.

Но и здесь, на Эмбе, все сложилось очень не просто.

«На дворе» стояла лютая казахская зима. Полк поселили в одиноко стоявшей 5-ти этажной казарме с плохим отоплением, без воды, с неработающими туалетами.

Начали получать технику и проводить на ней «стыковочные» мероприятия. Но здесь сразу всплыла одна «странность» – техника-то была в экспортном исполнении и стало ясно – она не для полка. Полку объявили, что этот комплект техники надо «состыковать», «отстрелять» и передать представителям из Египта, а вот следующий комплект уже будет для полка. Все требуемое сделали. Но следующий комплект техники опять оказался для арабов и так было еще раза три.

Прошла зима, а за нею и большая часть весны. Полк из казармы переселился в полевой палаточный лагерь. Наконец стала поступать техника и для измученного долгими ожиданиями полка. К этому времени личный состав уже на «отлично» знал технику и получил огромный опыт проведения боевых стрельб.

Поэтому, при приемке техники задержки были только из-за отказов по вине заводов-изготовителей. С представителями этих заводов (т.н. «заводчиками») работали очень «плотно», настолько «плотно», что пару полковых офицеров женились на молоденьких «инженерах-заводчицах» (которые к стати и в будущем оказывали большую помощь в ремонте техники полка). Вдобавок, нашелся еще один молоденький, но шустрый сверхсрочник, который умудрился жениться даже два раза.

Наконец, в июне полностью закончили получение своей техники и провели «стыковочные стрельбы». Остался последний этап: проведение боевых зачетных стрельб и после этого – ДОМОЙ!!!

Но тут полк постигла новая БЕДА. Его личный состав элементарно «обгадился» в прямом смысле этого слова так, как подхватил дизентерию, которая, как известно, является болезнью «грязных рук». Ну, а грязи в полевых условиях было предостаточно.

И вот эта зараза начала «косить» ряды невезучего, но по-прежнему лихого полка. Его значительная часть «перебралась» в местный госпиталь, в котором было развернуто дополнительное инфекционное отделение, а в полевом лагере ввели карантийный режим. Командир полка сам подозрительно часто куда-то бегал. Дело дошло до того, что стрелять было почти некому и полигонное начальство уже собиралось перенести стрельбы на более поздний срок. Но полк уже почти 10 месяцев был в командировке и комполка всеми правдами и неправдами добился, что бы дату стрельб не меняли. С трудом набрав личный состав, необходимый для стрельб (половина, из которого была поражена диареей), полк героически вышел на огневой рубеж и выполнил зачетные боевые стрельбы с «отличной» оценкой.