Вячеслав Соколов – Мажор: Путёвка в спецназ (СИ) (страница 21)
А видно в нём: широко раздвинутые женские ножки, а между ними волосатая мужская задница!? От это я сходил на диверсию! Пытаюсь рассмотреть, а не блондинка ли… Тьфу ты, идиот! Если бы насиловали, то женщина не стонала! Наверное! Тут я не специалист… И тут, как бы в подтверждение моих слов, слышу: «Хасан, ты настоящий мужчина! И бла, бла, бла…» Главное здесь: «Хасан» и то, что женщина говорит по-французки. Сомневаюсь, что найдётся много местных женщин в порыве страсти балакающих на языке Наполеона. И так — Мадлен. Фамилии Эльза не знала, но вот то, что наёмница француженка — указала однозначно. Вот это фарт — сразу два фигуранта! Надо брать живьём. Только как? Два таких хищника просто порвут меня — только дай шанс. Но делать нечего — надо, да и бесшабашная весёлость, всё ещё бродит в крови…
Прижимаюсь к полу, чтоб, если что, не отразиться в зеркале и толкаю дверь: не сильно, как будто сквозняком качнуло. Глупо, но может и прокатить. Стоны и всхлипы продолжаются. Не заметили? Или может Мадлен извращенка и надеется, что за ней подглядывают? Ох, тяжела ты жизнь диверсанта. Пытаюсь подсмотреть в щель между косяком и дверью. Вроде глаза закрыты: стонет и подмахивает, а на дверь плевать.
Ложусь на пол и бочком, бочком… Фух, пролез! Всё! Теперь пишите письма — нет меня — я тень. И смотреть только боковым зрением, а то учуют взгляд. Я ещё не слишком большой специалист и если присматриваться меня можно увидеть. Ползком до кровати! Опять одолевает азарт и бороться с ним нет ни сил, ни желания. На кровати всё движется к финалу. Пора…
Интересно: успел Хасан до того, как я засветил ему по башке? Дамочка-то точно недовольна и чего спрашивается? Подумаешь, в рот ствол запихал!? Какой-то весёлый бесёнок дёрнул меня за язык:
— Что? Что-то другое в рот хотела? Извиняй, для порядочных женщин берегу.
От как глазками сверкает — поняла! А что?! Французкий у меня практически без акцента. Но дожидаться ответа я не стал. Придавив слегка шейку, вырубил дамочку, как минимум на полчаса.
К двери кто-то подходит. Недолго думая, отскакиваю к стене, замирая в ожидании. Слышится лёгкое движение и щелчок языком. Отвечаю. Родной до боли голос говорит:
— Джинн.
— Мажор. Заходи, командир, у меня подарок!
Рогожину подарок пришёлся весьма по нутру. О чём ясно свидетельствовала довольная улыбка:
— Живые?
— Обижаешь, командир! Только вот, у Хасана шишка будет, а так здоровье не пострадало. Нервы же в расчёт не берём?
— Не берём! — засмеялся капитан. — А шишка… Я думаю, это меньшая из его проблем!
Вот тут пришла моя очередь улыбаться. Это точно, ножом под рёбра — это ещё та проблема!
— Мажор, на кухне твоя работа?
Киваю, а что, по-моему, хорошо сработал. Или нет? Напрягшись, жду продолжения.
— Хвалю!
Видимо удивление от того, что вместо ожидаемых звездюлей, получил благодарность, написана на моём лице во весь рост. Хмыкнув, командир пояснил:
— За то, что пристрелил, а не стал в героя играть и с ножом не попёр. Ведь была мысль?
— Была, — опускаю голову.
— Вот и хвалю… — и резко сменил тему: — Заложников нашли?
— Антон в подвал пошёл. Я приказал: если найдёт, с ними остаться. Сейчас здесь закончу и пойду, — отчитываюсь, упаковывая пленников пластиковыми ремешками.
— Подвал? Хм… Разумно. Вместе пойдём, — и, повернувшись к зашедшим вместе с ним Тихоне и Балагуру, скомандовал: — Останьтесь здесь. С этих глаз не спускать. Мажор, отдай им рацию и показывай дорогу.
Пока осторожно шли к спуску в подвал, размышлял: «Раз парни пришли вместе с командиром, значит: живых в доме нет. Скорее всего… Могли ведь и пропустить кого-нибудь, но именно на этот случай: Пепел и Маркони караулят двери. Так что нужно быть просто внимательным, вдруг какой недобиток вылезет, хотя вряд ли, но бережённого, как известно — Бог бережёт!»
Вот и ступеньки вниз. Спускаемся, ПБ в боевой готовности — мало ли… Оп-па! Возле стены, лицом вниз, лежит труп. На полу лужа крови, осторожно перешагиваем, чтоб не запачкаться. А через несколько метров справа — открытая дверь.
Похоже, что это была комната охраны. Решил я так потому, что тут стоял стол уставленный снедью, у стенки разложенный диван и старое кресло. Интерьер же разнообразили пять трупов: четыре мужских и один женский… Кто-то тут нехило полютовал: кругом кровь, мозги и внутренности. И если трое бандитов были в более-менее приличном состоянии, то у четвёртого — со спущенными штанами, голова была просто расколота. Ну, а женщине просто выпустили кишки… Кто? Думаю не ошибусь, если предположу, что это был Листик.
— Что-то мне не нравится обстановка, — задумчиво произнёс капитан, — и гложут меня сомнения… Пойдём-ка искать нашего бойца!
А чего его искать! Подкрадывается по коридору — ниндзя доморощенный… Практически одновременно прижимаемся к стене… Немая сцена. Листик-то не знает, кто вошёл, а мы не уверены, кто подкрался… Хотя? Сигнал нам подавать, мы хоть шаги слышали и уверенны, что кроме Антона тут живых нет. Ну, бандитов точно! Рогожин щёлкнул языком, подавая сигнал. Оба напрягаемся, готовясь к действию, а вдруг нам сейчас подарок в виде гранаты прилетит? Секундная пауза, щелчок.
— Джинн.
Молчу, а вдруг там враг? Зачем ему знать, что нас двое?
— Листик.
Фу-у-у… Не люблю такие моменты…
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Наверное, стоит рассказать, что же произошло в этом подвале. И не теми словами, которыми коротко и лаконично отчитался Антон, а немного подробнее… Объяснить, почему такой холодный профессионал, как Листик, устроил кровавое побоище, а не спокойное умерщвление — как оно должно было быть. Да и история имела своё продолжение в будущем, как и своё прошлое, которым парень в своё время делился с нами — своими друзьями.
Расставшись со мной: Антон тихим, неслышным шагом начал спуск в подвал. Дойдя до угла лестницы, делавшей поворот на девяносто градусов, остановился, прислушиваясь. Послышался звук спускаемой в туалете воды. Незаметно выглянув из-за угла: увидел, как из двери вышел мужчина и, повернувшись к нему спиной, начал удаляться. Стремительно преодолев три последних ступеньки, зажал бородачу рот и воткнул в шею нож. Придержав тело, аккуратно опустил на пол и только после этого освободил оружие, не забыв обтереть его об одежду убитого, после чего убрал в ножны и взял в руку ПБ. Снова прислушался… из-за приоткрытой двери, метрах в трёх дальше от него, раздавались странные звуки: мужские голоса и тоненькие всхлипы.
Картина, которую он увидел в приоткрытую дверь — шокировала… Листик ненавидел насильников, а то, что девушку насилуют, у парня не было сомнений. И, похоже, что это действо продолжается уже давно: светловолосая заложница, неподвижно лежащая под насильником, уже не сопротивлялась, а только тихонько всхлипывала.
В глазах парня вспыхнул огонь ярости, рука сама убрала пистолет в кобуру и достала нож. Твари не достойны пули…
Да! Листик ненавидел насильников, и тому была причина… Из-за таких вот ублюдков, парень пережил главную трагедию в своей жизни…
Тогда его звали Антон Листьев, который даже не мог подумать, что ему суждено стать диверсантом, убийцей, палачом… Он был весёлым и в тоже время серьёзным молодым человеком. Любил пошутить, но думал о будущем, а ещё он любил девушку Надю и думал о будущем с ней. Ему было семнадцать, ей уже исполнилось восемнадцать, и они ждали совершеннолетия Антона, чтоб пожениться. Данное событие должно было произойти через семь месяцев. А пока, чтоб не терять время и заработать немного денег на свадьбу, парень поехал на работу в геологическую партию — на полгода. Конечно, он был молод, но его дядя был закадычным дружком с начальником геологов и его взяли. Надя не хотела его отпускать и постоянно плакала, уговаривая остаться. Но совместными усилиями, подключив её и его родителей, девушку смогли уговорить, что так будет лучше. Ах, если бы он знал…
Работа была интересной, хотя и забрались в такую даль, что до ближайшего жилья было не меньше трёхсот километров. За ежедневными заботами время летело незаметно, единственно — Антошка скучал по дому и любимой девушке. Но всё когда-нибудь заканчивается, вот и геологи вернулись в родной город. И здесь Антона ждал удар, уничтоживший все его мечты о счастливой семейной жизни.
Примерно через месяц после отъезда: Надя, допоздна засидевшись у подруги, возвращалась домой и решила сократить дорогу через парк… Трое пьяных отморозков, пытавшиеся познакомиться, сперва вызывали лишь раздражение. И вот один из них схватил девушку за руку, пытаясь вырваться, Надя ударила наглеца сумкой. Возможно, это послужило сигналом? И вот отчаянно сопротивляющуюся девушку потащили вглубь парка…
Зачем двое патрульных свернули вглубь парка, отклонившись от своего маршрута? Кто знает?! Может причина в том, что одному из них понадобилось в кустики по неотложному делу? А может само провидение привело их? Кто знает!? Но вот подозрительное пыхтение и женские всхлипы, вкупе с мужскими смешками — заставили их заглянуть в близлежащие заросли…
Картина, открывшаяся молодым милиционерам, ясно говорила о том, что здесь происходит. Девушка в разодранной одежде, двое ублюдков держащих её за руки и ещё один лежащий на ней…
В скорую увозили четверых… На счастья патрульных: никто из отморозков не умер, хотя ребята и подошли к делу весьма ответственно! (Первый раз радуюсь тому, что ублюдки будут жить!) Разразился жуткий скандал и парней чуть не выгнали с работы. Очень правозащитники старались, но не тут то было. Нашлись и порядочные люди в журналисткой братии. Хотя как посмотреть!? Фотографии избитой девушки появились во всех местных газетах и на телевидении. А ведь у многих такие же дочери и сёстры. Короче пикет правозащитников, возглавляемый родственниками «потерпевших», был жестоко бит! С применение бейсбольных бит и других подручных материалов… (Вот иногда горжусь нашими мужиками!) Скандал вышел первостатейный! Да и коллеги обвиняемых патрульных не остались в стороне. В общем, парней оправдали, а насильникам, в конце концов, дали срок! Может я не всё понял в этой истории!? Может Листик не так рассказал!? А может мы оба!? Но запомнилось мне именно так!