Вячеслав Сизов – Штурмовой батальон (страница 29)
– Вроде один. Ты хоть ел чего?
– Не помню.
– Понятно, сейчас втык Никитину дам. Пошли, поешь. Как знал, с собой прихватил.
Поесть так и не дали. На дороге нарисовалась автоколонна из пары «Ба-10» и «эмки» в сопровождении трех кавалеристов, в которых я узнал своих егерей. Колонна двигалась с включенными фарами.
В метрах трехстах от моста колонну остановили пограничники и потребовали выключить свет. Из машин им что-то отвечали. А егеря, оставив лошадей, пришли на КП.
– Вам что, жить надоело? Раскатываете с включенным светом!
– Товарищ лейтенант, там дивизионный комиссар из штаба армии прибыл. А с ним еще несколько командиров. Они командование полка искали. Вот мы их сюда и привезли, – словно оправдываясь, сказал Метелкин.
– Понятно, – только и успел ответить я, когда вышедшие из «эмки» и броневиков военные позвали меня. На петлицах одного из них сверкнула пара ромбов.
– Товарищ дивизионный комиссар, исполняющий обязанности командира 132-го отдельного батальона конвойных войск НКВД лейтенант Седов, – представился я, подойдя к группе командиров, стоявших в окружении нескольких пограничников, вооруженных автоматами. Среди командиров находился и капитан ГБ с тремя шпалами в петлице. Дивкомиссар представился. Он был из 24-й армии.
– Лейтенант, мы ищем командование сводного полка 161-й дивизии, что должен здесь держать оборону.
– Мы и есть остатки этого полка, а я его командир. Принял командование полком после ранения командира.
– Понятно. Лейтенант, перед вами наши войска есть?
– Нет.
– Вы ничего не путаете? Представитель вашей дивизии нам сообщил, что в Михайловке и в Кислое держат оборону наши части из состава вашей же дивизии.
– Там нет наших частей. Те остатки, что оборонялись в указанных пунктах, собраны здесь. Населенные пункты впереди заняты противником. Линия фронта проходит здесь.
– Кто вам противостоит? Соседом слева у вас были остатки полка капитана Попова. Кто у вас сосед справа? Какие потери?
– Потери уточняются. Еще не все доклады поступили из подразделений. Полк вступил в бой, понеся потери на предыдущем рубеже обороны. В течение дня нами отбита атака танков и пехоты противника. Уничтожено до десятка единиц бронетехники и несколько рот врага. Соседа справа не имею. Полк обороняется по реке Медведок. Нам противостоят несколько пехотных и танковых частей из состава 10-й танковой дивизии Вермахта.
– Получается, что если бы продолжили движение, то могли попасть в ловушку?
– Да.
– Сколько у вас человек? Что имеете на вооружении? Не боитесь, что враг вас обойдет?
– Нас около восьмисот человек. На вооружении два противотанковых орудия, несколько минометов, станковые и ручные пулеметы. Нашими разведгруппами ведется наблюдение за противником, если противник начнет выдвижение, мы будем знать и своевременно отреагируем. В случае прорыва будем отходить к переправе. Неисправные танки превращены в БОТы. Их экипажи в случае обхода нас прикроют.
– Ну, думаю, этого не потребуется. Через несколько часов сюда подойдут подразделения нашей армии и вас сменят. Вас отведут в тыл на переформирование. Приказ об этом вам сейчас передаст представитель вашей дивизии. Сейчас идет смена полка Попова, а потом и до вас дойдет дело, так что вам осталось ждать недолго. Пока надо продолжать удерживать позиции здесь. Вам все понятно, лейтенант?
– Да.
– Товарищ дивизионный комиссар, – встрял в разговор чекист, – разрешите переговорить с лейтенантом!
– Да, пожалуйста.
Отойдя в сторону от разглядывающих карту командиров, капитан задал вопрос:
– Лейтенант, вы знаете, что ваше подразделение уже вторые сутки разыскивают? Вам что, не доводили приказ?
– Нет. Никаких приказов, кроме как держать оборону и действовать совместно с полком из штаба дивизии, куда мы вышли из окружения, нам не поступало.
– Понятно. В соответствии с указанием командования бригады особой группы при Наркоме вы должны быть немедленно направлены на место постоянной дислокации в г. Москву. Для вас и вашего имущества подготовлен эшелон на станции Энгельгардовская. Первоначально планировалось вас отправить воздухом, но аэродромы «Шаталово» и «Боровое» в результате авианалета надолго выведены из строя. Как только подойдут передовые подразделения 24-й армии, вам необходимо сдать им участок обороны и выйти к Монастырщине. Оттуда мы вас вывезем автотранспортом. Я сейчас свяжусь с нашим отделом по этому вопросу. Наш представитель будет ждать на станции и организует все необходимое. Там же он передаст пароль для связи с командованием и временное удостоверение на ваше имя…
После отъезда командования Петрович, забрав раненых, уехал отправлять обоз в Монастырщину, а то потом вся дорога будет забита войсками. Мы с ним договорились, что встретимся в лагере, где до этого располагались.
Смена пришла только под утро. Личный состав нашего полка пошел на пополнение полка Попова, правда, часть народа я все же себе урвал. Пусть всего полтора десятка человек, зато лучших. Пятеро «ворошиловские стрелки», их немного подучить – отличные снайпера будут. Трое рукопашники от бога. Это они после прорыва немцев в окопы в рукопашной не только удержали свой рубеж, но и сами организовали контратаку врага. Остальные были членами пулеметных и противотанковых расчетов и неплохо показали себя. Мне такие люди нужны. Забрал я и сержанта танкиста. Понравился он мне, толковый парень, под стать моему Козлову.
В Монастырщине я впервые надел в петлицы две шпалы. Капитан не подвел, все было организовано как надо. Нас ждали грузовики и старлей ГБ на «эмке». Он-то и вручил мне временное удостоверение старшего лейтенанта ГБ. Потом была не самая лучшая дорога в Починок и на станцию Энгельгардовская. Практически весь путь нас донимала вражеская авиация. Вроде и ехать всего ничего, а нам вот пришлось трижды прятаться от бомб. После взятия Хиславичей немцы вышли на линию Прилепово – Зимницы, и Люфтваффе старалось расчистить им дальнейший путь на восток. Поэтому нас так торопили…
Глава 16
В лесах под Минском
Противно стуча по стволам деревьев, пули осыпали щепками укрытого среди корней сержанта ГБ Могилевича. Надо же было такому случиться, что начатый почти три недели назад с таким успехом рейд так нехорошо закончится. А все из-за глупой случайности. Надо же было так влипнуть с эсэсовцами, которых взяли на дороге от Ляховичей в Минск. Кто же знал, что, кроме легковушки и сопровождавшего ее грузовика с десятком солдат, следом идет еще несколько грузовиков с солдатами. Вот теперь и приходится расплачиваться за свои ошибки. Разделившись на несколько частей, группе пришлось отступать в лес. Александр с еще несколькими пулеметчиками прикрывал отход остальных, давая возможность уйти раненым и унести трофеи. Сначала вроде бы удалось прижать врага к земле и даже несколько оторваться от него, уходя в противоположную от остальной группы сторону, но вскоре снова пришлось принимать бой. Около двух десятков солдат противника продолжили их преследование. Пара преследователей подорвались на выставленных растяжках. Еще троих удалось снять на поляне, но остальные не успокоились и продолжали их гнать дальше, прижимая к болоту. Закрепившись на высотке, пришлось снова принимать бой. Немцы действовали в своей излюбленной манере, попытались обойти с флангов, но были встречены пулеметным огнем. Потеряв еще шесть человек убитыми и пару ранеными, они откатились назад и стали закрепляться на достигнутых рубежах, охватывая высотку с трех сторон. Вырваться отсюда днем было нереально, нужно было ждать ночи. Но до нее надо было дожить, а патронов и гранат оставалось всего ничего, только запас в рюкзаках по триста патронов и паре гранат на брата. Это было понятно всем, в том числе и тем, кто был внизу и горел желанием отомстить за своих камрадов. Похоже, у них с боеприпасами проблем не было. Установив среди деревьев пулеметы, они из них поливали высоту, надеясь поразить обороняющихся. В принципе это им удалось. Из пяти человек в строю остались трое, один из которых ранен. Надеяться на помощь не стоило. Группа ушла к точке сбора и назад возвращаться не должна. Рация тоже с ними, так что оставалось подвести печальный итог и постараться унести с собой как можно больше врагов.
Сразу после ночного разговора с Командиром в Старых Дорогах отобранная Александром группа, переодетая в немецкую форму, на нескольких трофейных грузовиках успешно покинула освобожденную от оккупантов Слутчину. Сплошной линии фронта не было. Бои шли за населенные пункты у шоссе. Пользуясь лесными дорогами и проселками, уничтожая мелкие группы оккупантов и их помощников, постоянно ведя разведку, удалось прорваться почти к Минску, где в лесном массиве удалось создать базу и аэродром.
Задачи, поставленные Командиром, были довольно просты и незамысловаты. Вести работу по вскрытию замыслов фашистского командования, выявлять важнейшие объекты в оперативном тылу группы армий «Центр», собирать сведения для нанесения авиаударов и проверять их результативность, организовывать засады, минировать дороги. Всеми способами уничтожать живую силу и боевую технику фашистов, мосты и переправы, устраивать диверсии на ж.-д. линиях, выявлять и уничтожать вражескую агентуру и пособников, помогать в организации партизанских отрядов. Для этого группа была обеспечена необходимым запасом боеприпасов, продовольствия, оружия и ГСМ, рацией и шифрами для связи с командованием.