Вячеслав Сизов – Путь на запад (страница 21)
Русские самолеты пронеслись над нашей колонной. Летчики поливали нас огнем из пулеметов и сбрасывали бомбы. В полдень мы опять остановились на отдых под жестоким зимним солнцем в деревне. И снова погрузились в сон.
Началась оттепель. Наши бомбардировщики сумели разорвать для нас кольцо окружения. Мы приветствовали их с ликованием, криками и слезами в глазах. Еще бы! Мы были помилованы, хотя и на короткое время…
Глава 13
Новые планы командования
– Рад тебя видеть живым и здоровым, Володя. С возвращением. Как себя чувствуешь? Не ранен? Мне докладывали, что вас там сильно прижали.
– Спасибо, Богдан Захарович. Все нормально.
– Много говорить не буду. Скажу только одно – вы молодцы. Эта оценка не только моя и штаба фронта, но и Ставки. Благодаря вам удалось накостылять Клейсту и его 1-й танковой. Ему пришлось практически все свои танки и тяжелое вооружение под Орджоникидзе и Прохладным побросать.
– Мы сделали все что смогли.
– Приказом Ставки все участники десанта награждены орденом Красной Звезды. На тех, кто достоин большего, подавай представления. Все будут рассмотрены в ускоренном порядке.
– Кадровики будут против. На многих буду готовить.
– Не будут. Им дана команда не привередничать и пропустить всех, на кого подадут документы. На любые награды. Без всякой разнарядки. Сколько у тебя в строю осталось?
– Чуть более 15 % от личного состава десанта. Примерно столько же находятся на излечении в Ворошиловске (Ставрополь). На их скорое возвращение в строй рассчитывать не приходится.
Богдан Захарович, их бы на лечение сюда или в Тбилисский госпиталь перевести. Линия фронта от Ворошиловска совсем недалеко проходит. Вражеская авиация спокойно дотягивается. Жалко, если людей, выживших в аду Невинномысска, задарма потеряем.
– Об этом не беспокойтесь. Сделаем. Сегодня же дам команду, чтобы твоих парней сюда или в Пятигорск перевезли. Там лечебная база сохранилась практически в целости. Что с вооружением?
– Минометы, гранатометы, противотанковые орудия и ружья все потеряны в боях. Остальное тяжелое вооружение по штату. Что в боях потеряли, за счет врага добрали.
– Тяжелое вооружение восстановим. Резерв есть, в том числе и трофейного оружия.
– Спасибо.
– Не спеши благодарить. Теперь о вас… Командование фронта планирует провести еще одну десантную операцию, в которой вновь хочет использовать твою бригаду.
– В ближайшее время мы не сможем повторить то, что сделали в Невинномысске. От бригады остались одни ошметки. Того, что осталось, хватит на один не самый сильный бой. Чтобы добиться реального результата, нам срочно нужно хорошо подготовленное пополнение и хотя бы небольшой отдых для тех, кто был в Невинномысске. Мы, конечно, выполним любой приказ, но о значительном результате и самой бригаде придется забыть.
– Я это понимаю. У тебя есть несколько дней, чтобы отдохнуть и привести бригаду в порядок. Примите пополнение из состава 12-й Орджоникидзевской дивизии НКВД. Вам передадут по полностью укомплектованному, обученному батальону из Особого полка, 169-го и 273-го стрелковых полков. Распоряжение в дивизию дано еще два дня назад.
– А как же дивизия?
– Как все. Она понесла большие потери под Гизелью, но вместе с частями 10-го стрелкового корпуса смогла замкнуть кольцо окружения и удержать пытавшиеся прорваться оттуда основные силы 3-го танкового корпуса[74] немцев.
Стремясь оказать помощь окруженным, Клейст бросил в бой свой резерв 2-ю румынскую горнострелковую дивизию и полк «Бранденбург», поддержав их атаку 60 танками. В Суарском ущелье за Майрамадаг[75], где оборонялась 34-я отдельная стрелковая бригада полковника Ворожищева, сформированная из курсантов военно-морских училищ, и подразделения Особого полка из дивизии Киселева, произошло ожесточенное сражение. Наши ребята не позволили противнику захватить Майрамадаг и проникнуть в Суарское ущелье, чтобы пробить коридор к окруженным. Стояли насмерть. Не отступили ни на метр и дали возможность войскам фронта уничтожить «котел». Благодаря мужеству курсантов одних только танков почти 200 штук захвачено. Часть трофеев в неисправном состоянии, но, надеюсь, быстро их восстановим и поставим в строй.
Из-за понесенных потерь участвовать в наступлении дивизия пока не может, выведена в резерв фронта и сейчас занимается охраной тыла и пленных. В ближайшее время сюда прибудет маршевое пополнение, и дивизия будет численно восстановлена.
Исходя из складывающейся обстановки и понимая, что твоя бригада нуждается в пополнении, штаб фронт принял решение об укомплектовании вас сохранившими боеготовность подразделениями дивизии.
– Ясно. Куда планируют нас закинуть?
– Пока точно не определено, но многие склоняются к Тихорецку.
– Красиво. Ничего не скажешь. Крупная жд станция, большой аэродром, и, по всей видимости, там же располагаются штабы 17-й полевой и 1-й танковой армий. Одним махом сразу столько значимых целей поразить можно. Красиво и очень заманчиво. Можно вопрос, Богдан Захарович?
– Давай?
– Как идет наше наступление?
– Неплохо. Линия фронта сейчас примерно проходит так: Майкоп – Лабинск – Армавир – Изобильный – Донское – Ипатово – Дивное – река Маныч. Нашим войскам приходится преодолевать упорное сопротивление противника. Командующий 17-й полевой армией Руофф не зря свой пост занимает. Настроил несколько линий обороны. Его войска постоянно контратакуют и сбивают темп нашего наступления. Тем не менее мы хоть и медленно, но продвигаемся вперед. Заставляем врага отступать по всему фронту.
– Понятно. Простите, товарищ комиссар ГБ 3-го ранга, но считаю, что с подготовкой нового десанта штаб фронта явно поторопился.
– Почему ты так решил?
– Потому что с каждым днем темп нашего наступления будет падать, а сопротивление врага нарастать. Клейст в самый короткий срок приведет в порядок свои части и усилит ими оборону 17-й полевой армии. Из-за этого наши потери значительно вырастут. Мне думается, что противник будет продолжать отходить от рубежа к рубежу до Кубани, где и встанет в жесткую оборону, которую мы с ходу взять не сможем. В связи с чем нам скоро придется приостановить свое наступление. Остановимся и потому, что уже сейчас тылы сильно отстают от наступающих частей. По дороге сюда в Орджоникидзе я видел длинные колонны гужевых повозок и грузовиков, двигающихся в сторону фронта, массу народа, трудящихся на восстановлении разрушенных немцами при отступлении мостов и жд путей. Но все равно грузы не успевают к войскам. На своем опыте коменданствования в Невинномысске убедился, когда пришлось на голодном пайке сидеть. Да и войска в ходе наступления устали и понесли потери. Как-никак за такой короткий срок столько территории освободить. Им требуется пополнение и отдых. Так что нам придется остановиться. Если, конечно, на фронте не произойдет каких-либо кардинальных перемен и враг не бросится ускоренно отступать. Например, будет перерезана «пуповина» у Ростова. Но, насколько я понял, удар на Ростов и форсирование Маныча войсками Южного фронта пока не получились?
– Да. На том направлении идут очень тяжелые бои. Немцы подтянули туда свою 4-ю танковую армию, а также усилили оборону румын артиллерией и подразделениями 11-й полевой армии.
– Исходя из вышесказанного, считаю заброску десанта в Тихорецк пока бессмысленным и неоправданным делом. Только зря людей положим. Я бы предложил высадить морской десант в Приморск-Ахтарске, Ейске или Мариуполе. Ейск предпочтительней, но десант в Приморск-Ахтарске легче снабжать по морю.
– Возможно, ты прав. Я доведу твои доводы командованию фронта и наркомата. Тем не менее готовь людей к новому десанту.
– Есть. Нам потребуется не менее двух недель на подготовку бойцов и притирку подразделений.
– Вряд ли столько времени у тебя будет, максимум неделя…
Глава 14
Снова в Москву
Снова под крылом плыла бескрайняя снежная степь. Тройка транспортных самолетов в сопровождении истребителей неслась на север. Приказ о переброске бригады в распоряжение командующего Донским фронтом пришел за сутки до начала операции по десанту в Тихорецк и встречи Нового года. Без объяснения причин мне выдали предписание о командировке в Москву, а бригаде указано грузиться в эшелоны и по железной дороге ускоренным темпом направиться в Сталинград. В принципе чего-то подобного я и ожидал. Правда, думал, что нас бросят на Брянский фронт. Но что наверху решили, то решили.
Сборы в дорогу были недолгими. Самолеты для переброски группы управления бригады выделили без промедления. Эшелоны под погрузку подали – и вперед.
Старшими в эшелонах едут начштаба с замполитом, а Серега с частью штаба и группой управления вместе со мной летит. Будет эшелоны на месте встречать, а пока, закутавшись в полушубок, своим храпом безуспешно пытается конкурировать с двигателями «Дугласа». Ну да ладно, пусть спит, ему еще вкалывать и вкалывать на новом месте. Еще неизвестно, когда и где ему теперь придется поспать. Ведь место нашего назначения так и не определено. Так что мотаться ему и мотаться по штабам, решая, где нам быть и чем заниматься. Ну а мне предстояло прибыть под ясные очи моего наркома и командующего оперативными войсками наркомата.
Вместе со мной в Москву полетит и остаток нашей вертолетной эскадрильи – четыре пилота и восемь техников – получать пополнение и новые «вертушки». Остальной личный состав эскадрильи, получив награды, очередные звания и должности, остался в Орджо. На их базе будет развернут вертолетный полк НКВД, приданный Управлению внутренних войск НКВД Северо-Кавказского округа. По оговоркам в штабе фронта выходит, что во главе Управления будет стоять командир 12-й Орджоникидзевской дивизии войск НКВД генерал-майор Василий Иванович Киселев. Именно он, изучив наш опыт применения автожиров, выходил через Кобулова на наркомат с инициативой сформировать специальный вертолетный полк, обученный действиям в горах для борьбы с бандитизмом. Кобулов и Берия его поддержали. Пока мы геройствовали в Невинномысске, этот вопрос в Ставке решился положительно. Из бригадной эскадрильи выделили 2 звена, которые теперь и послужат базой для формирования полка.